pays

.term-highlight[href='/en/term/pays'], .term-highlight[href^='/en/term/pays-'], .term-highlight[href='/en/term/pais'], .term-highlight[href^='/en/term/pais-'], .term-highlight[href='/en/term/pais-1'], .term-highlight[href^='/en/term/pais-1-']
Original
Translation
P. 91

La liberté du Peuple Romain n’en fut pas plus asseûrée. Pompée regnoit dans le Senat, et son grand nom le rendoit Maistre absolu de toutes les déliberations. Jules Cesar en domptant les Gaules, fit à sa Patrie la plus utile conqueste qu’elle eust jamais faite. Un si grand service le mit en estat d’établir sa domination dans son païs <...>.

С. 66

Вольность народа Римскаго чрез  то не безопаснее стала. Помпей властвовал в сенате и его великое имя учинило его совершенным властелином  всех приговоров. Юлий Цесарь укротя Галлов, учинил отечеству своему наиполезнейшее приобретение, какого еще не бывало. Толь великая заслуга привела его в состояние утвердить власть свою в своем отечестве.

P. 167

Il n‘est point de jurisconsulte en Europe, il n’est pas même d’esclave qui ne sente toute l’horreur de cette injustice barbare. Le premier crime de cet infortuné était d’avoir représenté respectueusement les droits de sa patrie à la tête de six gentils-hommes livoniens, députés de tout l’état: condamné pour avoir rempli le premier des devoirs, celui de servir son pays selon les lois, cette sentence inique l’avait mis dans le plein droit naturel qu’ont tous les hommes de se choisir une patrie. Devenit ambassadeur d’un des plus grands monarques du monde, sa personne était sacrée. Le droit du plus fort viola en lui le droit de la nature et celui des nations. Autrefois l’éclat de la gloire couvrait de telles cruautés, aujourd’hui elles le ternissent.

Л. 100

Нет такова в свете юриста, нет и самаго таковаго раба, который бы, чувствуя, не ужаснулся толь варварскаго правосудия. Первая нещастнаго сего министра вина та была, что он с своею свитою, состоящею из шести Лифляндских дворян и всего владения депутатов, с почтением о правах своего отечества представил. Он лишен живота за то, что самую первейшую должность исправил, должность служить своему отечеству по законам. Сей неправедной приговор привел в полное естественное право, котораго часть все люди избирают. Он принял должность посла одново из величайших в свете Государей, имел на себе священный вид. Право силнаго и храбраго Г[осу]д[а]ря превозмогло в нем естественное и народное право. До того времени сияние славы прикрывало такия безчеловечия, а ныне оное помрачает их.

P. 260

<...> tout le Royaume de Dannemarq s’étoit enfin soulevé contre Christierne.

[p. 261] Ce Prince toujours violent méprisoit les Loix & les Privileges de son Païs, il disposoit selon son caprice des biens & de la vie même de ses Sujets; il en vouloit sur tout au Clergé du prémier Ordre, & à la Noblesse qu’il soupçonnoit de méditer quelque revolte, parce qu’ils avoient lieu de se plaindre de lui.

С. 25

<...> все Дацкое Королевство взбунтовалось против Христиэрна.

Сей немилосердой Государь презирал законы и привилегии своего народа. Он во удовольствие своей наглости, похищал имение и живот у своих подданных, а наипаче у духовных первых санов и дворян, думая, что они, недовольны будучи его правлением, хотят против его взбунтоваться.

Т. 8. P. 225

Nous avons vingt histoires de l’établissement des Portugais dans les Indes ; mais aucune ne nous a fait connoître les divers gouvernemens de ce pays, ses religions, ses antiquités, les Brames, les disciples de Jean, les Guebres, les Banians. Cette réflexion peut s’appliquer à presque toutes les histoires des pays étrangers.

Si vous n’avez autre chose à nous dire, sinon qu’un Barbare a succédé à un autre Barbare sur les bords de l’Oxus & de l’Iaxarte, en quoi êtes-vous utile au public ?

La méthode convenable à l’histoire de votre pays n’est pas propre à écrire les découvertes du nouveau monde. Vous n’écrirez point sur une ville comme sur un grand empire ; vous ne ferez point la vie d’un particulier comme vous écrirez l’histoire d’Espagne ou d’Angleterre.

С. 27

Мы имеем дватцать Историй о поселении Португальцов в Индии; но ни одна из них не уведомляет нас о разных правлениях, о законах и о древностях сея земли, о их браминах, о учениках Иеана, о Гвербах, о бониянах. Сие примечание, можно сказать, почти о всех Историях писаннных о чужих землях.

Когда ты будешь, писать, что на брегах Иаксарты и Оксусы, один варвар наследником был другому варвару, какая из того польза обществу будет?

Сочиняя Историю своего государства, весьма несвойственно будет ея написать тако, как Историю бы, какова ниесть вновь найденнего света. Не можно писать об одном городе, как бы о каком великом государстве, [c. 28] и нельзя писать Историю жизни какого нибудь приватнаго человека, как Историю Ишпанскую или Аглинскую.

Переводы из Энциклопедии. Ч. 1 (1767)
Франсуа-Мари Аруэ (псевд. Вольтер)
Т. 15. P. 423

SOUVERAINS, s. m. pl. (Droit naturel & politiq.) Ce sont ceux à qui la volonté des peuples a conféré le pouvoir nécessaire pour gouverner la société.
L’homme, dans l’état de nature, ne connoît point de souverain ; chaque individu est égal à un autre, & jouit de la plus parfaite indépendance  <…>.
Les hommes ne se sont mis en société, que pour être plus heureux ; la société ne s’est choisi des souverains que pour veiller plus efficacement à son bonheur & à sa conservation.  <…>
Les peuples n’ont point toujours donné la même étendue de pouvoir aux souverains qu’ils ont choisis. L’expérience de tous les tems apprend, que plus le pouvoir des hommes est grand, plus leurs passions les portent à en abuser : cette considération a déterminé quelques nations à mettre des limites à la puissance de ceux qu’elles chargeoient de les gouverner. Ces limitations de la souveraineté ont varié, suivant les circonstances <…> Il faut cependant que la limitation du pouvoir ait elle-même des bornes. Pour que le souverain travaille au bien de l’état, il faut qu’il puisse agir & prendre les mesures nécessaires à cet objet ; ce seroit donc un vice dans un gouvernement, qu’un pouvoir trop limité dans le souverain : il est aisé de s’appercevoir de ce vice dans les gouvernemens suédois & polonois.
D’autres peuples n’ont point stipulé par des actes exprès & authentiques les limites qu’ils fixoient à leurs souverains ; ils se sont contentés de leur imposer la nécessité de suivre les lois fondamentales de l’état, leur confiant d’ailleurs la puissance législative, ainsi que celle d’exécuter. C’est-là ce qu’on appelle souveraineté absolue. Cependant la droite raison fait voir qu’elle a toujours des limites naturelles ; un souverain, quelque absolu qu’il soit, n’est point en droit de toucher aux lois constitutives d’un état, non-plus qu’à sa religion ; il ne peut point altérer la forme du gouvernement, ni changer l’ordre de la succession, à-moins d’une autorisation formelle de sa nation. D’ailleurs il est toujours soumis aux lois de la justice & à celles de la raison, dont aucune force humaine ne peut le dispenser.
Lorsqu’un souverain absolu s’arroge le droit de changer à sa volonté les lois fondamentales de son pays ; lorsqu’il prétend un pouvoir arbitraire sur la personne & les possessions de son peuple, il devient un despote. Nul peuple n’a pu ni voulu accorder un pouvoir de cette nature à ses souverains ; s’il l’avoit fait, la nature & la raison le mettent toujours en droit de réclamer contre la violence. Voyez l’article Pouvoir. La tyrannie n’est autre chose que l’exercice du despotisme.

С.85

САМОДЕРЖЦЫ (право естеств. и полит.) суть те, которым воля народов поручила власть нужную для управления обществом.
Человек в естественном состоянии не ведает Самодержца : каждый частный человек равен другому и пользуется всесовершеннейшею независимостью. 
[с.87] Люди собрались в общество чтоб быть благополучнейшими ; общество избрало себе Самодержцев, чтобы чрез них больше и действительнее утвердити благоденствие свое и сохранить себя в целости. <…>
[с. 88] Народы не всегда давали равную власть Самодержцам, которых они избирали. Опыт всех времен доказывает что, чем больше страсти приводят их к употреблению оныя во зло. В разсуждении сего некоторые народы положили пределы власти [с. 89] тех, коим отдали себя в управление. Сии ограничивания переменялися по обстоятельствам <…>.  В прочем нужно что бы самое ограничение власти имело пределы : а дабы Самодержец имел попечение о [с. 90] благе общем, надобно чтоб он мог действовать и принимать меры нужныя для сего предлога. И так власть Самодержца весьма ограниченная, будет порок во правлении : легко можно приметить таковой порок во правлении Шведском и Польском.
Другие народы договорами нарочно учиненными и неоспоримыми не предохранили пределов полагаемых ими своим Самодержцам : но только предписали им необходимо следовать законам в основание положенным в государстве, поверяя им в прочем власть законодательную так равно как и исполнительную. Таковое самодержавство называется самодержавством совершенным. Однако здравый разсудок показывает, что оное всегда имеет естественные пределы : Самодержец, сколь ни совершенна власть его, не имеет права касаться законам составляющим государство, ниже вере ; не может переменять образа правления, [с. 91] ни порядка наследства без точнаго уполномочивания народнаго, и всегда подвержен он законам правосудия и благоразумия, от которых ни какая человеческая сила свободить его не может.
Когда Самодержец совершенный старается присвоити право переменять по своей воле законы за основание принятые в его государстве ; когда требует  власти произвольныя над животом и имением народа своего, тогда делается он Деспотом. Ни какий народ не мог и не желал дать таковыя власти своим Самодержцам : если же он то учинил, естество и благоразумие всегда подает ему право противится насилию. Тиранство есть ни что иное, как произведение в действо Деспотисма т.е. безпредельныя власти.

О государственном правлении (1770)
Антуан-Гаспар Буше д'Аржи, Луи де Жокур
P. lxxxiv

Tant s’en faut que les vertus [р. lxxxv] morales & chrétiennes soient exclues de la monarchie, que même la vertu politique ne l’est pas. <…>.

Enfin l’homme de bien, dont il est question dans le livre III, chapitre v, n’est pas l’homme de bien chrétien, mais l’homme de bien politique, qui a la vertu politique dont j’ai parlé. C’est l’homme qui aime les loix de son pays, & qui agit par l’amour des loix de son pays.

De l'esprit des lois. T. 1 (1757)
Charles Louis de Montesquieu
С. II

В таком же смысле надлежит понимать и о том, что по изключении нравственныя и Християнския добродетели из правления самодержавнаго, не останется в оном и самыя политическия добродетели. <…>. 
На последок человек добродетельный о каком говорится третия книги в главе пятой, разумеется добродетельным не Християнски, но политически, имеющий ту политическую добродетель, о которой я говорил. Он есть такий человек, который любит законы своего отечества, и который действует по законам своея земли.

О разуме законов (1775)
Шарль Луи де Монтескье
P. xc

Si je pouvois faire en sorte que tout le monde eût de nouvelles raisons pour aimer ses devoirs, son prince, sa patrie, ses loix ; qu’on pût mieux sentir son bonheur dans chaque pays, [р. xcj] dans chaque gouvernement, dans chaque poste où l’on se trouve ; je me croirois le plus heureux des mortels.

De l'esprit des lois. T. 1 (1757)
Charles Louis de Montesquieu
С. VIII

Ежели бы я возмог каким образом произвести, что бы весь свет возъимел новыя причины к возлюблению своих должностей, своего Государя, своего отечества и своих законов, и что бы возчувствовали лучше свое блаженство в каждой земле, в каждом правлении и в каждом состоянии, в каком кто находится; то бы я почел себя наисчастливейшим из смертных.

О разуме законов (1775)
Шарль Луи де Монтескье
P. 54

L. 261. On fit une loi fondamentale, confimée par les sermens [p. 55] les plus solemnels, sous le nom de l’Union de Calmar <...>. Cette Union renfermoit quatre articles principaux. 1°. Que le Roi seroit élu, tour à tour, dans les trois Etats. 2°. Qu’il y partageroit successivement sa résidence. 3°. Que chaque Nation conserveroit ses loix, ses usages, ses privileges. 4°. Que les dignités et les places seroient remplies par les naturels du pays.

С. 40

П. 249. Поставлен коренной закон, утвержденной торжественными клятвами, под именем Калмарскаго союза <…>. Сей союз замыкал в себе четыре главныя статьи: 1, Что Король избираем будет попеременно в трех Государствах. 2, Что жить он будет також попеременно в каждом. 3, Что каждой народ сохранит свои законы, обычаи и преимуществы. 4, Что достоинствы и места даваться будут природным обывателям каждаго Государства.

P. 136

L. XLIV. L’isle de Java. <...> les Chinois ont fait de tout temps ce qui se pratique encore aujourd’hui par leurs compatriotes ; qu’ils venoient s’établir à Bantam, pour se soustraire aux loix tyranniques de leurs pays.

С. 87

П. 44. Остров Ява. <…> Китайцы всегда поступали, как еще и ныне поступают их земляки, то есть, что приезжали селиться на Бантаме, убегая от безчеловечных законов своего отечества.

Have you found a typo?
Select it, press CTRL+Enter
and send us a message. Thank you for your help!