Have you found a typo?
Select it, press CTRL+Enter
and send us a message.
Thank you for your help!
Jean-Jacques Rousseau (1712–1778) / Жан-Жак Руссо

Эмиль, или О Воспитании. Ч. 1

Description

Language of the original
French 
Full title
Эмиль, или О Воспитании. Ч. 1
Translator
Елизавета Дельсаль 
Place of publication
Moscow
Publisher
Тип. С. Селивановского
Publication year
1807
Translator's preface

Есть

Table of contents

[Посвящение Е.П. Брусиловой]

Страницы не нумерованы

«Милостивая государыня!

Вы, которая дватцать лет не переставали оказывать мне вашу дружбу, удостойте принять почтительное и явное приношение, которое подносит самая чувствительная благодарность <…>»

От переводившей

Кн. 1

С. 1–140

Кн. 2

С. 141–468

Number of pages
[8], 468 [2] с., [3] л. илл.; 12°
Catalog number
СК 1801–1825 7834
Location
RSL; NLR; LRAS; SPHL; MGL SPU; RSAAA
Bibliography

Макаров М. Н. Материалы по истории русских женщин-авторов // Дамский журнал. 1830. Ч. 32. № 51–52, декабрь. С. 119–120; Геннади Г. Н. Справочный словарь о русских писателях и ученых, умерших в XVIII и XIX столетиях, и список русских книг с 1725 по 1825 гг. Т. 1. Берлин, 1876. С. 288; Голицын Н. Н. Библиографический словарь русских писательниц. СПб., 1889. С. 83; Венгеров С. А. Источники словаря русских писателей. Т. 2. СПб., 1910. С. 216.

Author of the description
Alla Zlatopolskaya

Text example

Original
Translation
Р. 2

Sans cela, tout iroit plus mal encore, & notre espece ne veut pas être façonnée à demi. Dans l’état où sont désormais les choses, un homme abandonné dès sa naissance à lui-même parmi les autres, seroit le plus défiguré de tous. Les préjugés, l’autorité, la nécessité, l’exemple, toutes les institutions sociales, dans lesquelles nous nous trouvons submergés, étoufferoient en lui la nature & ne mettroient rien à la place.

С. 2

Без сего все было б еще хуже, и наш род не может быть полуобработан. В настоящем состоянии вещей, человек, оставленной от своего рождения самому себе, между другими был бы безобразнее всех. Предразсудки, власть, необходимость, пример и все общественныя учреждения, в которых мы погружены, истребили бы в нем природу, и ничем бы ее не заменили.

P. 4

On façonne les plantes par la culture, & les hommes par l’éducation.

С. 3

Произрастения образуются обработыванием, а человек воспитанием.

P. 5

Tout ce que nous n’avons pas à notre naissance & dont nous avons besoin étant grands, nous est donné par l’éducation.
Cette 
éducation nous vient de la nature, ou des hommes, ou des choses. Le développement interne de nos facultés & de nos organes est l’éducation de la nature : l’usage qu’on nous apprend à faire de ce développement est l’éducation des hommes ; & l’acquis de notre propre expérience sur les objets qui nous affectent est l’éducation des choses.

С. 3

Все необходимое в возрасте нашем; и чего однако ж не имеем [с. 4] при рождении своем, доставляется нам воспитанием.
Сие 
воспитание дается нам природою, или человеками, или вещьми. Внутреннее развертывание наших способностей и чувств, воспитание естественное, употребление, кое научают нас из онаго делать, есть воспитание человеков: познание чрез собственное наше испытание о вещах, нас трогающих, есть воспитание вещей.

P. 9

Forcé de combattre la nature ou les institutions sociales, il faut opter entre faire un homme ou un citoyen ; car on ne peut faire à la fois l’un & l’autre.
Toute 
société partielle, quand elle est étroite & bien unie, s’aliene de la grande. Tout patriote est dur aux étrangers : ils ne sont qu’hommes, ils ne sont rien à ses yeux. 

С. 8

Противиться природе, и вместе гражданским учреждениям невозможно; должно избрать одно: или сделаться человеком, или гражданином.
Всякое 
частное общество, когда оно согласно и тесно, отделяется от большого общества. Всякой любитель отечества жесток к чужестранцам: они ничто в его глазах; они только человеки. 

P. 10

Défiez-vous de ces cosmopolites qui vont chercher loin dans leurs livres des devoirs qu’ils dédaignent de remplir autour d’eux. Tel Philosophe aime les Tartares, pour être dispensé d’aimer ses voisins.
L’
homme naturel est tout pour lui : il est l’unité numérique, l’entier absolu, qui n’a de rapport qu’à lui-même ou à son semblable. L’homme civil n’est qu’une unité fractionnaire qui tient au dénominateur, & dont la valeur est dans son rapport avec l’entier, qui est le corps social

С. 9

Опасайтесь тех всеградников, которые, презирая исполнение должностей окрест себя, стараются в своих книгах находить оныя вдали. Иной Философ любит Татар, чтоб не быть принуждену любить своих соседей.
Естественной человек только для самого себя: он есть числительная единица, целое совершенное, имеющий отношение к одному себе или к подобному себе. Человек общественный есть единица частная, принадлежащая знаменателю; и значение его состоит в целом, кое есть собрание гражданское.

P. 10

Les bonnes institutions sociales sont celles qui savent le mieux dénaturer l’homme, lui ôter son existence absolue pour lui en donner une relative, & transporter le moi dans l’unité commune ; en sorte que chaque particulier ne se croye plus un, mais [p. 11] partie de l’unité, & ne soit plus sensible que dans le tout. Un Citoyen de Rome n’étoit ni Caïus, ni Lucius ; c’étoit un Romain : même il aimoit la patrie exclusivement à lui.

С. 9

Лучшия гражданские учреждения суть те, которыя наиболее обезображивают человека; отнимают [с. 10] у него независимое существование; дают существование относительное, и переносят слово Я в единицу общую, так, что каждый человек не почитает себя единым, но частью общества, и чувствителен токмо к целому. Римской гражданин не был ни Кай, ни Луцилий, но Римлянин: он любил отечество свое, изключая себя.

P. 12

Celui qui dans l’ordre civil veut conserver la primauté des sentiments de la nature, ne sait ce qu’il veut. Toujours en contradiction avec lui-même, toujours flottant entre ses penchants & ses devoirs il ne sera jamais ni homme ni citoyen ; il ne sera bon ni pour lui ni pour les autres. Ce sera un de ces hommes de nos jours ; un François, un Anglois, un Bourgeois; ce ne sera rien.

С. 11

Тот, который в гражданском устройстве желает сохранить первоначальныя естественныя чувства, не знает сам, чего хощет. Будучи в безпрестанном противоречии с самим собою, колеблем между склонностями и должностями, не будет никогда ни человеком, ни гражданином; и не будет полезен ни себе, ни другим; будет человек нашего [c. 12] века, Француз, Англичанин, мещанин, наконец – ничто.

P. 13

De ces objets nécessairement opposés, viennent deux formes d’institutions contraires ; l’une publique & commune, l’autre particuliere & domestique. 
Voulez-vous prendre une idée de l’
éducation publique ? Lisez la république de Platon.

С. 12

Из сих необходимо противных видов выходят два рода учреждений противоположных: одно народное, другое особенное и домашнее. Буде читатель мой желает иметь понятие о народном воспитании, то пусть читает Платонову Республику.

P. 13

L’institution publique n’existe plus & ne peut plus exister, parce qu’où il n’y a plus de patrie il ne peut plus y avoir de citoyens. Ces deux mots, patrie & citoyen, doivent être effacés des langues modernes.

С. 13

Народное учреждение не существует более, и не может существовать; потому что, где нет отечества, не может там быть и граждан. Сии два слова: отечество и гражданин, должны быть истреблены из языков нынешних времен.