Gewalt

.term-highlight[href='/ru/term/gewalt'], .term-highlight[href^='/ru/term/gewalt-']
Оригинал
Перевод
S. 17

Es war ohngefehr im hundert ein und sechzigsten Jahr nach der Geburt unseres Erlösers, von der Erbauung der Stadt Rom aber, im neun hundert und vierzehenden, als nach Absterben des Antoninus Pius, der Römische Rath, unsern Marcus Aurelius vermochte, die Regierung auf sich zu nehmen. Er hatte dieselbe nur einen Monath lang geführet, als er die erste Probe beydes seiner Erkäntlichkeit, Gehorsams, Freundschafft, und Ansehens, dadurch blicken ließ, daß, ob er gleich bestimmet war, allein das Regiment zu führen, er dennoch den Lucius Verus, am sechsten Aprill desselben Jahres, zum Mit-Regenten ernennete. Dannenher machte er ihn zum Tribunus, lehte ihm den Nahmen eines Käysers bey, und ließ sich also gefallen, seine Gewalt mit demselben zu theilen.

От рождества Спасителя нашего около ста шестьдесят перьваго, а от создания города Рима в девятьсот четвертом надесять году, весь Римской Сенат по смерти Антонина кроткаго, соправителя и преемника его престола, а своего новаго Цесаря Марка Аврелия [c. 23] к совершенному принятию скипетра, и ко вступлению в действительное правление государства по многократной и неотступной прозьбе с великим трудод [sic] едва убедил.

Марк Аврелий с месяц спустя по принятии Римской державы, перьвой опыт своей благодарности, послушания, и власти чрез сие показал, что хотя один он к державству престола не только уже назначен, но и действительно подтвержден был; однако Луция Веруса в том же году Апреля 6 числа соправителем себе определил; и для того не только Тривуном его учинил, но Цесарем назвал, и в том намерении власть державы и правления своего с ним разделил […].

S. 25

Und der Ausgang hat uns gelehret, daß die Unterthanen, nachdem sie die ungereimte und unziemende Dinge wahrgenommen, welche aus ihren eignen Verfahren entstanden, diejenige Gewalt, so sie durch ihren Auffruhr an sich gebracht, damit aber nicht umbzugehen gewust, ihren rechten Besitzer wiedergeben müssen, ehe sie ihnen zum Untergang gereichet; denn eine unumschränckte Freyheit reibet sich selbst auff.

Ihr müsset auch dieses wissen, daß die Endabsichten des gemeinen Volcks, wenn sie unter auffrührischer Freyheit verborgen liegen, von dem Zweck Souverainer Printzen weit unterschieden sind. 

Dem menschlichen Geschlecht ist hoch und viel daran gelegen, daß es dasjenige unterstütze, so desselben eigne Sicherheit angehet, und solche Künste zernichte, wodurch über seinen Untergang gerathschlaget wird. 

Euren Fürsten untherthänig seyn, ist eure Schuldigkeit, und auff seine Güthe ein gutes Vertrauen setzen, wird eurer Klugheit gemäß seyn.

Ein Fürst thue was er wolle, so ist davor zu halten, daß es aus erheblichen Ursachen [S.26] geschehen; wenn er etwas befiehlet, so ist jedermann verbunden zu glauben, daß er es zu befehlen guten Fug und Recht habe: Seine Handlungen sind offenbahr, aber seine Gedanken sind verborgen: Es ist unsere Schuldigkeit das eine zuertragen, und wieder das andere nicht zu murren: Denn der Könige Bücher sind mit dunckeln Zeichen geschrieben, welche wenig Leute aufflösen können, und ihre Verrichtungen sind tieffen Flüssen gleich, wovon wir zwar den Lauff des Strohms sehen, die Quelle aber oder den Grund davon nicht wissen.

C. 14

Самая практика не однократно уже показала, как подданные начавши Богу противныя и опасныя дела увидели, [С. 15] что им в безумных своих начинаниях устоять, а возмущением похищенной власти удержать и править невозможно; то принуждены были оную законному и от Бога поставленному своему владетелю назад отдать: ведая, что тело без головы стоять не может, а неопределенная вольность сама себя съедает. Ведай себе, что в неспокойстве тлящиеся замыслы подлаго народа, от намерения самовластных Государей так различны, как песок от золота; а далеки, как земля от неба. Сие роду человеческому нужняе всего, дабы то всеми силами содержать и подкреплять, что до собственной его безопасности касается; а все те хитрости разрушать, которыми на его падение умышляют. Верным подданным Государю своему быть, то твоя должность: а на милость его уповать, в том особливая мудрость состоит. Что бы Монарх ни делал; то надобно думать, что он сие для важных причин делает. Чтоб [c. 16] Государь ни приказал, о том всякому должно верить, что владетель справедливо и законно повелевает. Дела повелителя явны, а мысли его весьма тайны. То наша должность, чтоб Монаршей воли повиноваться; а на дела его отнюдь не роптать. Царския книги такими темными литерами писаны, что немногие их читать могут: а дела их подобны глубокой реке. Всяк на реку и на быстрое течение оныя смотрит; а дна у реки никто не видит, и глубины ея знать не может.

S. 87

Ein Herr achte nach die Liebe seiner Unterthanen nie gering; sie reicht weiter als alle Gewalt.

C. 79

Никакой Государь не должен презирать любви своих подданных, она гораздо полезнее силы.

Государь и министр (1766)
Фридрих Карл фон Мозер-Фильзек
S. 92

§57. 

Wenn demnach auch eine Regierung das allervollkommenste Recht zur uneingeschränkten Gewalt hat; so erfordert es die Natur der Sache, die Billigkeit und die Wohlfahrt des Staats, die mit ihrer eigenen so genau verbunden ist, daß sie sich selbst mäßiget und ihre Gewalt aus eigener Bewegung einschränket. Das Volk gehet ihnen hier mit einem Beyspiele vor, das sehr nachahmungswürdig ist. Niemand kann ein vollkommeneres Recht zur uneingeschränkten Gewalt haben, als das gesammte Volk. Alle Gewalt beruhet bey ihm und entspringet von ihm, als aus der einzigen Quelle. Es könnte also auch alle Gewalt vor sich behalten [S.93] und in gewissen Fällen Oberherr und in andern Unterthan seyn

C. 75

§57. 

И так когда какое нибудь правительство наисовершеннейшее имеет право к неограниченной власти, то требует того естество вещи, правосудие и государственное благополучие, с собственным его толь точно сопряженное, дабы оно само себя умеряло по собственному своему побуждению. Народ в сем случае предшествует ему подражания достойным своим примером. Никто не может имееть совершеннейшаго права к безпредельной власти кроме соединеннаго народа. Всякая власть  бывает начально в нем, и от него происходит, как единственнаго источника (§46); и так может оной всякую власть у себя удерживать, и в известных случаях господствовать, в других же подданствовать.

S. 128

§74. 

Eine Aristocratie ist, wenn in einem freyen Staate ein Theil des Volkes, oder ein erblicher Adel, die oberste Gewalt besitzet und so wohl alle gesetzgebende Macht, als alle Theile der vollziehenden Macht ausübet. Diese Regierungsform hat mit der uneingeschränkten Monarchie ganz einerley Beschaffenheit; nur daß hier der Adel an die Stelle des Monarchen tritt, dessen Gewalt in Ansehung seines ganzen Körpers eben so uneingeschränkt ist, als die Gewalt des Monarchen. Gleichwie aber der Adel nur vermöge seines ganzen Körpers Monarch ist; so ist ein einzelnes Mitglied des adelichen Körpers zwar in gewissen Betracht ein Theilhaber der uneingeschränkten Gewalt, in vielen andern Betracht aber und insonderheit in allen seinen Privathandlungen ein Unterthan; dahingegen der Monarch ganz frey ist.

§74.

Многоначалие есть то, когда в вольной области одна часть народа, или природное благородство, имеет верьховную власть, и оную в действо производит как в законодательных, так и исполнительных случаях. Сей правления образ имеет совсем одинакое свойство с неопределенным единоначалием, с такою только разностию, что здесь находится вместо одной особы, все благородство, котораго власть в разсуждении всего народнаго тела также неограничена как и единоначальника. И как благородство в разсуждении всего тела своего есть державно, то единственной онаго член в известном отношении есть соучаcтник неограниченныя власти, во многих же иных случаях, а особливо в частных своих делах, подданной; напротив того единоначальствующий Государь от всего сего свободен есть.

S. 799

36. <…> Aber eben diese vermeinte Auskunft gabe zu grössern Zerrüttungen, und folglich zu einem fast allgemeinen Justitio Anlaß. Denn alle höhere Reichs-Stände hielten diese gemeinschaftliche Gerichtsbarkeit vor bedencklich, und weigerten sich, solche anzunehmen. Hierüber ward die Verwirrung allgemein. Denn auch das Cammer-Gericht war dadurch in Ausfertigung seiner Urtheile gehemmet. Der Reichs-Tag aber gienge auch sogleich auseinander, weil niemand dem andern eine Direction, noch weniger aber dem strittigen Vicariat eine Gewalt über dessen Fortsetzung zustehen wolte <…>.

C. 232

36. <…> Но сие мнимое согласие и примирение подало повод к великим неспокойствам и, следовательно, к всеобщему почти правосудию. Ибо высокие Имперские чины почли сей общей суд за подозрительной, и оной принять не хотели. От чего произошло общее замешательство. Камерной суд в подавании своих приговоров уничтожен. Имперской сейм немедленно также разошолся, потому что чины ни один другому над собой дирекции, а особливо спорному Викариату власти в продолжении онаго сейма уступить не хотели <…>.

S. 122, §127

Eine jede Regierung setzet ein Oberhaupt und eine Gewalt voraus; und keine Regierung kann ohne eine solche Gewalt statt finden. Hieraus folget offenbar, daß die häusliche Gewalt durch die Verfassung der Republiken, weder aufgehoben wird, noch gehindert werden darf. Der Staat muß vielmehr von der guten Beschaffenheit und Ausübung dieser Gewalt seine hauptsächliche Wohlfarth erwarten, die mit der Wohlfarth der Familien in so genauem Zusammenhange stehet.  

С. 220, §128

Всякое правление предполагает бытие начальника и власти; и ни какое правительство без таковаго могущества состояться не может. Отсюда же явствует, что устроение гражданских обществ не долженствует домашней власти ни уничтожать, ни обезсиливать: но государству надобно еще от изрядного состояния и произвождения сей власти главнейшаго ожидать себе благополучия, которое с благосостоянием семейств в крайне тесном пребывает союзе. 

S. 276

III. Ohnedem hatte das Parlament zu diesen Kriegen die Geldverwilligungen deswegen angeschlagen, weil es vorläufig den grossen Beschwerden über des Königs willkührliche Gewalt, den Uebermuth seiner Staatsbedienten, und Umwachs des Pabstthums abgeholfen wissen wollte. Dagegen hatte der König drei Parlamente kurz hintereinander, [S. 277] 1625, 1626 und 1629, aufgehoben; und inzwischen, aus eigner Macht, nicht nur einige bisher gewöhnliche Steuren fernerhin eingefordert; sondern sogar neue ganz ungewöhnliche Auflagen, mit dem Vorsatz, weiter kein Parlament mehr zu berufen, ausgeschrieben.

C. 150

III. Парламент хотел наперед, чтоб отвращено было великое негодование на произвольную Королевскую власть, чтоб укрощена была гордость его Министров, и не дано было усиливаться Папистам; и для того отказал в потребных для ведения сих браней деньгах. Король же напротив того разпустил сряду три Парламента 1625, 1626 и 1629 годов; и между тем самовольно не токмо обыкновенныя до селе некоторыя подати, но также и новыя со всем необыкновенные приказал платить налоги, и принял намерение не созывать больше Парламента

C. 76

340. Ибо народ есть как бы некоторый род политической супруги, [с. 77] которою управляет он более благоразумием, нежели насилием.

S. 82

330. Ein König und ein Tyrann, sind sehr verschiedene Charaktere: Jener regiert sein Volk nach Gesetzen, worinn es willigt; dieser nach seinem unumschränkten Willen und Gewalt: Jene Regierungsart heißt man frey: diese, tyrannisch.

C. 75

330. Государь и Тиранн суть весьма различныя между собою свойства: первый правит народом по законам, а второй по своей неограниченной власти и насилию: первый образ правления называют вольным, а второй тиранским.

II. § 3. S. 11-12

Ist nun ein Staat  von der ersten Sorte  und durch fundamental Verträge die Gewalt des Fürsten limitiret und umschräncket so muß man aus deren Innhalt beurtheilen wie weit der Fürst auch über die succession disponiren könne. Manch mal wird in einer republique noch bey Leb-Zeiten seines Herren Vaters der Prinz zu seinen Nachfolger ernennet angenommen und wol gar gekrönet: aber es ist solches nicht gleich der Macht seines Vaters zuzuschreiben. Vielleicht daß die Stände des Reiches es durch eine freye Wahl jederzeit in solchen Reiche aus zumachen pflegen weil sie es ihrer republique zuträglich gefunden bey einen gewissen Successorem in ihren Staate zu constituiren und der Fürst kan solches Werck durch nichts als recommendiren bitten oder wie manchmal zu geschehen pfleget durch allerhand intriguen befördern. In etlichen Ländern hat das Volck das Recht der Erstgeburt als ein fundamentell Gesetz wollen angesehen wissen: es hat der Königlichen Familie und in derselben dem Erstgebohrnen das Successions Recht aufgetragen und stehet also einem Könige nicht frey ohne consens des Reiches hievon abzugehen. Zuweilen hat das Volck zwar der Familie die Succession überlassen aber sich vorbehalten einen aus derselben bey ereignenden Fall zu seinen Regenten zu erwehlen und sich keinesweges an die Ordnung der Natur oder der Linie. Andere Völcker erwarten von der denomination ihrer Regenten zwar die Nachfolger in der Regierung: allein sie wollen das Recht haben selbige zu confirmiren oder auch wenn sie erhebliche Ursach dazu finden solche zu verwerffen und sich andere aufs Tapet bringen zu lassen. Vieler andern Gewohnheiten zu geschweigen welche bey denen Völckern gleich anfangs introduciret worden oder allmählich mit der Länge der Zeit eingeschlichen, weil sie ihren republiquen vortheilhafft geschienen haben.

Л. 16

Ежели стат какой от первого образа, и власть обладателя чрез фундаментал[ь]ное уложение [л. 16 об.] стесненна и окруженна, то надлежит из содержания оных разсудить, коль далеко обладатель над сукцессионом диспонеровать может; иногда в републике и при времяни жизни отца принц ево наследником учреждаетца, признаваетца и венчаетца; однако ж сие не подобает властию отеческою присвоить, разве чины г[о]с[у]д[а]рства чрез доброволное выбрание оное так соизволили, для того, что они к ползе своея републики разсудили, бл[а]говремянно наследника в своем стате учредить, а обладатель в таком деле ничего не может действовать, но точию рекомандовать, просить, или чрез всякие корысти споспешествовать; в некоторых землях народ правость первородства за фундаменталное уложение уставили, и королевской фамилии, а во оном первородному, правость сукцессиона присвоили [л. 17] и по такому образу королю непристойно без соизволения г[о]с[у]д[а]рства от оного отступат[ь];  иногда народ убо королевской фамилии сукцесион отдал, а притом предудерживал себя одного из одной фамилии по приключившим случаям выбирать; а ни по какому образу себя порядку натуры по линеви обязывать; другие народы ожидают убо от учреждения обладателя своего наследника в державствование; однако ж они требуют себе той правости, чтоб им самим их утвердить, или отставит[ь] и других об[ъ]явить. Умолкаем мы многие другие обыкновении, которые в народе от начала введены, или произхождением времянии вползли, понеже оные им к републике своей показались ползователными.

Нашли опечатку?
Выделите её, нажмите Ctrl+Enter
и отправьте нам уведомление. Спасибо за участие!