libre

.term-highlight[href='/ru/term/libre'], .term-highlight[href^='/ru/term/libre-'], .term-highlight[href='/ru/term/libres'], .term-highlight[href^='/ru/term/libres-']
Оригинал
Перевод
P. 423

Il ne se parloit que de liberté dans ces assemblées ; et le Peuple Romain ne se crut pas libre s’il n’avoit des voyes legitimes pour résister au Senat. On fut contraint de luy accorder des Magistrats particuliers appellez Tribuns du Peuple, qui pussent l’assembler, et le secourir contre l’autorité des Consuls, par opposition, ou par appel.

С. 73

В собраниях их ни о чем так не твердили, как о вольности ; и Римской народ не считал себя вольным, пока не будет иметь законных путей спорить Сенату. Принуждены были дать им особенных начальников, назвав их Тривунами народными, которые б могли их собирать, и [c. 74] вспомоществовать им противу власти Консулов, сопротивлением или челобитьем.

P. 12

Du reste, ils vivoient presque sans aucune dépendance de la Cour, & même sans aucune union entr’eux, également incapables de société & de soumission, & plûtôt farouches & indociles, que libres.

Tant d’indépendance dans des Sujets, une autorité si bornée dans le Souverain, si peu d’union entre les differens ordres de l’Etat, tout cela avoit été cause que ce Royaume n’avoit presque jamais été sans quelque revolte & sans Guerres Civiles.

С. 14

<…> они [мужики] жили почти без всякой зависимости от двора, и без всякаго союза между собою, и равно неспособны ни к сожитию человеческому, ниже к послушанию власти; и больше свирепы и невежи, нежели вольны были.

Такая независимость подданных от верховной власти, столь ограниченная власть государева, и так слабой союз между разными государственными чинами причиною были, что сие государство почти [с. 15] никогда не было без какого ни есть возмущения, или междоусобной войны.

P. 46

Les Suedois redoutoient de la puissance absoluë jusqu’au nom du Roi, & ils se flattoient d’être plus libres sous un Administrateur, qui avoit cependant autant d’autorité que les Rois en avoient eu <...>.

С. 60

Шведы так боялись самодержавной власти, что им и имя Королевское опасно было, и они надеялись себе больше вольности под управлением Администратора, которой не смотря на то, имел столько власти, сколько и сами короли <...>.

T. 5. P. 338

Comme pour vouloir il faut être libre, une autre difficulté qui n’est guere moindre, est d’assurer à la fois la liberté publique & l’autorité du gouvernement. Cherchez les motifs qui ont porté les hommes unis par leurs besoins mutuels dans la grande société, à s’unir plus étroitement par des sociétés civiles ; <…>.

С. 14

А чтоб хотеть надобно быть волну, другая не меньшая трудность утвердить вдруг и вольность народную и власть правления. Поищи движений, которыя побудили людей обязанных взаимными их нуждами в великом обществе обязать себя наибольше обществами гражданскими.

T. 5. P. 338

Nous serions instruits par l’un & conduits par l’autre, & cela seul décideroit de la préference : car on n’a jamais fait un peuple de sages, mais il n’est pas impossible de rendre un peuple heureux [c. 338] Voulons-nous que les peuples soient vertueux ? <…> Ce seroit bien pis s’ils n’y joüissoient pas même de la sûreté civile, & que leurs biens, leur vie ou leur liberté fussent à la discrétion des hommes puissans, sans qu’il leur fût possible ou permis d’oser reclamer les lois. Alors soûmis aux devoirs de l’état civil, sans joüir même des droits de l’état de nature & sans pouvoir employer leurs forces pour se défendre, ils seroient par conséquent dans la pire condition où se puissent trouver des hommes libres, & le mot de patrie ne pourroit avoir pour eux qu’un sens odieux ou ridicule. Il ne faut pas croire que l’on puisse offenser ou couper un bras, que la douleur ne s’en porte à la tête ; & il n’est pas plus croyable que la volonté générale consente qu’un membre de l’état quel qu’il soit en blesse ou détruise un autre, <…>. 

С. 27

Мы бы научаемы были одним и предводимы другим, сие бы разрешило спор о преимуществе; потому что никогда еще не сделан был весь народ разумным, а не невозможное дело сделать народ благополучным.

Хотим ли мы, чтоб народы были добродетельны? <…> А еще и того хуже ежели они не наслаждаются в нем и покоем гражданским, и когда их имения, жизнь их и свобода зависят от воли людей сильных, так что им не можно и не дозволено осмелиться прибегнуть к законам. Тогда они под игом должностей гражданских, не наслаждаясь правами самой природы, и не могши употребить сил своих к своему защищению, бывают следственно в наихудшем состоянии, в каком только свободное человечество случиться может, и название отечество не может инако для них быть, как противно или смешно. Вероятно ли, чтоб можно было повредить или отрезать руку и болезнь бы не бросилась в голову? Так и то, чтоб воля общая дозволила члену общества какому бы ни было вредить и губить другаго <…>.

P. 3

On pensoit alors dans les Républiques d’Italie que les Traités qu’elles avoient faits avec un Roi ne les obligeoient point envers son successeur ; c’étoit pour elles une espece de Droit des Gens: ainsi tout ce qui avoit été [р. 4] soumis par un Roi de Rome se prétendoit libre sous un autre, & les guerres naissoient toujours des guerres.

С. 3

В Италийских республиках думали тогда, что заключенный с каким государем мир не обязывал их в разсуждении его преемника; они почитали сие за некоторое общенародное право: так каждый покоренный от одного Римскаго короля народ почитал себя вольным при владении другаго, и одна война рождала другую.

T. 15. P. 167

SICYON

Cette ville autrefois puissante, & qui eut ses propres rois, devint ensuite libre ; & durant la guerre des républiques de la Grece, elle fut tantôt soumise aux Athéniens, tantôt aux Lacédémoniens.

C. 26

Сикион

 Сей в древния времена сильный город имел собственных своих царей, по том сделался вольным; и во время войны греческих республик принадлежал то Афинам, то Лакедемонянам.

P. LX

<…> les Jurisconsultes Romains assujettissent indifferemment [p. LXI] l'homme & tous les autres animaux à la même Loy naturelle, parce qu'ils considèrent plutôt sous ce nom la Loy que la Nature s'impose à elle même que celle qu'elle prescrit ; ou plutôt, à cause de l'acception particulière selon laquelle ces Jurisconsultes entendent le mot de Loy qu'ils semblent n'avoir pris en cette occasion que pour l'expression des rapports généraux établis par la nature entre tous les êtres animés, pour leur commune conservation. Les Modernes ne reconnoissant sous le nom de Loy qu'une régle prescrite à un être moral, c'est-à-dire intelligent, libre, & considéré dans ses rapports avec d'autres êtres, bornent consequemment au seul animal doué de raison, c'est-a-dire à l'homme, la compétence de la Loy naturelle ; <…>

Л. )(8

<…> Римские Юрисконсулты без всякаго различия подчиняют человека, и всех прочих животных томуж естественному закону, для того, что они разсуждают под сим именем закона, более о том, что природа налагает сама себе, нежели о том, что она предписывает, или лучше сказать, по причине особливаго означения, по которому сии Юрисконсулты разумеют слово закон, которое кажется, что приняли они в сем случае только за выражение всеобщих отношений, установленных природою между всеми существами одушевленными для собственнаго их сохранения. [л. )(8 об. ] Нынешние писатели, не признавая под сим именем закона, как только единое правило предписанное существу нравственному, то есть: разумному, свободному и разсуждающему в его отношениях к другим существам: следственно, ограничивают все в едином смыслом одаренном обуздании, то есть, в человеке, принадлежность закона естественнаго <…>.

P. 163

<…> Magistrats & leurs Courtisanes font un trafic public du pouvoir de la Magistrature ; ils voyent d’un oeil indifférent, & peut-être avec joie, les maux de la Patrie, dont ils profitent ; le peuple [p. 164] jaloux, & fatigué de son oisiveté, ne veut vivre que des gratifications que lui prodigue l’Etat ; il regarderoit un Magistrat honnête homme & éclairé comme un tyran ; & ne se croyant libre qu’autant qu’il a la licence de tout faire impunément <…>.

С. 196

<…> градоначальники [c. 197] наши и их любодейки явно торгуют властию градоначальства; смотрят они без жалости, а может быть и с радостию, на беды отечества, которыми они пользуются; народ и ревнуя и утомяся своею празностию, не хочет жить как награждениями, которыя область на него разточает; он градоначальника, человека добраго и просвещаннаго почитал бы тираном, и не чая себе быть вольным, как по елику он своевольство имеет делать все не бояся наказания.

P. 177

Des mœurs austeres & mâles devoient servir de ressource contre la tyrannie. La mal étoit grand, mais les esprits étoient capables de supporter un plus grand reméde. Le courage vertueux des Athéniens s’indigna de la servitude. La République dont toutes les parties étoient saines, en [p. 178] faisant un effort pour chasser le Tyran, rompit aisément ses chaînes, & reparut plus libre que jamais.

С. 213

Строгие и мужественные нравы служить имели [с. 214] надеждою против Тираннии. Болезнь была велика, но и духи были в состоянии снести великое врачевание. Добродетельная у Афинян храбрость вознегодовала с огорчением на раболепство. Республика, у которой все части находились здравы, собрався с силами на изгнание тиранна, разрушила без трудности свои оковы и вторично явилася вольною паче прежняго.

P. 317

Comme dans un état libre, tout homme qui est censé avoir une ame libre, doit être gouverné par lui-même ; il faudroit que le peuple en corps eût la puissance législative ; mais comme cela est impossible dans les grands états, & est sujet à beaucoup d’inconvéniens dans les petits, il faut que le peuple fasse par ses représentans tout ce qu’il ne peut faire par lui-même.

De l'esprit des lois. T. 1 (1757)
Charles Louis de Montesquieu
С. 316

Как в вольном государстве каждый человек почитающийся имеющим вольность, должен управляем быть сам собою; то [с. 317] надлежит, что бы народ обще имел законодательную власть; но как сему в великих государствах быть не возможно, а в малых производит сие многия неустройства; то надлежит народу производить чрез выбранных в лице своем все то, чего сам делать не может.

О разуме законов (1775)
Шарль Луи де Монтескье
P. 46

Les villes, en acquérant le droit de communauté, devinrent autant de petites républiques gouvernées par des loix connues de tous les citoyens & égales pour tous ; la liberté étoit regardée comme une partie si essentielle de leur constitution, qu’un serf qui s’y refugioit & qui dans l’intervalle d’une année n’étoit pas réclamé, étoit aussi-tôt déclaré homme libre & admis au nombre des membres de la communauté.

С. 69

Города, приобретши право общества, зделались небольшими республиками или общенародиями, и были управляемы известными всем гражданам и равными для всех законами; вольность почитаема была за толь существенную часть их постановления, что ежели какой раб прибегал в оные, и чрез год требован не был, то [с. 70] немедленно объявляем вольным человеком и допускаем был в число членов общества.

P. 22

Le premier sentiment d’un sauvage de l’Amérique, c’est que tout homme est né libre & indépendant, & qu’il n’y a aucune puissance sur la terre qui ait le droit de restreindre & de limiter sa liberté naturelle. On trouve à peine quelque apparence de subordination entr’eux, soit dans le gouvernement civil, soit dans le gouvernement domestique.

С. 30

Первое чувствование дикаго Американца есть то, что всякой человек рожден свободным и независящим, и что нет на земле ни одной власти, которая бы имела право умерить и поставить предел естественной его свободе. У них едва ли можно найти какой нибудь знак повиновения как в гражданском, так и в домашнем правлении.

P. 97

Il y avoit dans les villes d’Allemagne des habitans de trois différentes classes : les nobles, familiae ; les citoyens ou hommes libres, liberi ; les artisans qui étoient esclaves, homines proprii. <…> Henri V, qui commença son regne l’an 1106, affranchit les artisans esclaves qui habitoient dans les villes <…>. Les villes d’Allemagne acquirent plus tard que celles de France la liberté ; mais elles étendirent leurs priviléges beaucoup plus loin. Toutes les villes impériales & libres, dont le nombre est considérable, acquirent en entier le titre d’immédiates, terme qui, dans la jurisprudence Germanique, désigne qu’elles étoient sujettes de l’empire seul, & qu’elles possédoient dans leur district tous les droits d’une souveraineté parfaite & indépendante

С. 140

В Германских городах жители разделялися на три разные рода: на дворян, familiae; граждан или людей свободных, liberi, ремесленников, которые были невольники, homines proprii. <…> Генрих V, который начал государствовать в 1106 году, отпустил на свободу тех ремесленных рабов, которые жили в городах <…>. Хотя Германские города приобрели свободу позже нежели Француские; однако они гораздо далее распространили свои преимущества. Все имперские и свободные города, число которых не малое, прозваны были непосредственными, которое слово в Германском законоискустве означает, что зависели оные от одной только империи, и пользовалися в своем уезде всеми правами совершенной и независящей власти.

T.1, P. 10

La Suède fut toujours libre jusqu’au milieu du quatorzième siècle. Dans ce long espace de temps, le gouvernement changea plus d'une fois; mais toutes les innovations furent en faveur de la liberté [P. 11]. Leur premier magistrat eut le nom de Roi, titre qui, en différens pays, se donne à des puissances bien différentes; car en France, en Espagne, il signifie un homme absolu; et en Pologne, en Suède, en Angleterre, l'homme de la république. Ce Roi ne pouvait rien sans le sénat, et le sénat dépendait des états-généraux que l'on convoquait souvent. Les représentans de la nation, dans ces grandes assemblées, étaient les gentilshommes, les évêques, les députés des villes, avec le temps on y admit les paysans même, portion du peuple injustement méprisée ailleurs, et esclave dans presque tout le Nord.

Histoire de Charles XII, roi de Suède (1731)
François-Marie Arouet dit Voltaire
Л. 6. об.

Швеция всегда была вольная, до половины XIV века, сим долгим временем правительство не однажды переменялось, но все новости были в пользу вольности, первой их судья имел имя королевское, которое весьма иным властям дается, ибо во Франции и Гишпании, оное значит самодержавшую особу; в Польши же Швеции и Англии, републическаго человека, сей король ничего без сената не может, а сенат зависит от генеральных штатов (чинов) которых часто созывают вместо всего народа, бывают при сих собраниях великих шляхтичи, епископы, депутаты от городов, а временем допускаются к тому и крестьяни, которые в других местах в презрении, да и во всем почти севере в неволе неправедно находятся.

P. 393

L’édit portoit, & cela est [p. 394] fort remarquable : “en attendant, que par le moyen dun bon, libre & légitime concile, il plût à Dieu de réunir tous les sujets à l’église catholique”.

C. 478

Вышеозначенный указ заключал в себе следующие достойные примечания речи: «в ожидании, когда способом благоустроенного, свободного и законного собора, угодно [c. 479] будет Господу Богу присоединить всех подданных сего государства к православной церкви».

P. 162

Les droits de la succession violés en faveur d’un étranger, le roi légitime détrôné par son gendre & proscrit par la nation <…> c’étoit une suite naturelle des principes qui avoient pris racine dans ce royaume, & qui avoient donné au génie libre & turbulent de l’Anglois une audace féconde en entreprises contre les droits de ses souverains. Mais soit que l’expérience eût fait connoître les inconvéniens d’une trop grande liberté, soit que le parti populaire n’osât franchir les barieres de la constitution [p. 163] nationale <…>.

C. 280

Права наследства к престолу нарушенныя для иностранца, законный Государь низверженный с oнаго зятем своим и изгнанный от подданных <…> суть естeственныя следствия правил окоренившихся в государстве сем которыя вольнолюбивых и склонных к волнованию Англичане наполнили дерзостию противу прав Государей своих. Опыты ли доказали неудобства безпредельныя вольности или народ вообще не отваживался выйти из пределов политическаго своего состава <…>.

P. 375

L. XCVIII. La Baie d’Hudson. <...> car ce peuple est un des plus libres de la terre. C’est, en général, la forme de gouvernement de la plupart des sauvages du Canada, le pur naturalisme. En guerre, ils se donnent des capitaines, qui n’ont presque droit que de ralliement, de marcher aux coups les premiers, ou tout au plus, la premiere part au butin. <...> Point d’autres loix que la raison, l’honneur, la conscience, et [p. 376] une certaine tradition de mœurs <...>.

C. 260

П. 85. Гудсонов залив. <…> сей народ более всех других любит свою вольность. Таковой естественный закон есть вообще род правления большой части Канадских Индейцов. Во время войны избирают они предводителей, которых власть состоит только в том, чтобы собрать всех вместе, итти первому на сражение, или по крайней мере первую иметь часть в добыче. <…> Нет у них других законов кроме здраваго разсудка, честности, совести и некотораго предания <…>.

P. 375

L. XCVIII. La Baie d’Hudson. <...> car ce peuple est un des plus libres de la terre. C’est, en général, la forme de gouvernement de la plupart des sauvages du Canada, le pur naturalisme. En guerre, ils se donnent des capitaines, qui n’ont presque droit que de ralliement, de marcher aux coups les premiers, ou tout au plus, la premiere part au butin. <...> Point d’autres loix que la raison, l’honneur, la conscience, et [p. 376] une certaine tradition de mœurs <...>.

C. 260

П. 85. Гудсонов залив. <…> сей народ более всех других любит свою вольность. Таковой естественный закон есть вообще род правления большой части Канадских Индейцов. Во время войны избирают они предводителей, которых власть состоит только в том, чтобы собрать всех вместе, итти первому на сражение, или по крайней мере первую иметь часть в добыче. <…> Нет у них других законов кроме здраваго разсудка, честности, совести и некотораго предания <…>.

Нашли опечатку?
Выделите её, нажмите Ctrl+Enter
и отправьте нам уведомление. Спасибо за участие!