нрав

.term-highlight[href='/ru/term/nravov'], .term-highlight[href^='/ru/term/nravov-'], .term-highlight[href='/ru/term/nravam'], .term-highlight[href^='/ru/term/nravam-'], .term-highlight[href='/ru/term/nravy'], .term-highlight[href^='/ru/term/nravy-'], .term-highlight[href='/ru/term/nravax'], .term-highlight[href^='/ru/term/nravax-'], .term-highlight[href='/ru/term/nravah'], .term-highlight[href^='/ru/term/nravah-'], .term-highlight[href='/ru/term/nravami'], .term-highlight[href^='/ru/term/nravami-']
Оригинал
Перевод
P. 8

Meleander, quod opinor non ignoras, paternum avitumque Siciliae regnum tenet, mitissimi ingenii homo ; sed qui non saeculo, non hominum moribus aestimatis, ita caeterorum fidei credidit, ut sibi credi par esse ex virtute sentiebat. Illum quoque existimem nimia felicitate laboravisse. Nam sub initia imperii, quia pacata omnia erant, palam cupiditates solvit, lenes quidem & multis Principum familiares, quae tamen facilem prodiderunt, [p. 9] nec in iniurias idonea severitate acrem. 

Argenis (1621)
John Barclay
I, 2, 7. C. 15

Мелеандр, о чем уповаю, что вам не безызвесно, от отца и прародителя имеет себе наследством Сицилийское государство, и с природы прекроткаго сердца человек: но не рассуждая ни о веке, ни о нравax людских, так он на чужую верность положился, как, чувствуя по своей добродетели, сам себе мог верить. Думал бы я, что ему чрезмерное его благополучие во вред обратилось. Ибо, по восшествии сперва на престол, видя что везде в его державе было тихо и спокойно, в явные он попустился роскоши, хотя и не безмерные, и многим [с. 16] из Государей обыкновенные; однако сии самые показали его, что он милостив, и за учиненныя себе оскорбления, пристойною казни жестокостию не был мстителен.

Т. 8. P. 223

De l’utilité de l’Histoire. Cet avantage consiste dans la comparaison qu’un homme d’état, un citoyen peut faire des loix & des mœurs étrangeres avec celles de son pays : c’est ce qui excite les nations modernes à enchérir les unes sur les autres dans les arts, dans le commerce, dans l’Agriculture.

С. 15

О пользе истории. История нас пользует тем, что какой ни есть служащей человек или гражданин, читая ея может сравнивать законы и нравы со своими. От сего возбуждается старание во всяком народе превзойти другия в науках, купечестве и земледелии.

Переводы из Энциклопедии. Ч. 1 (1767)
Франсуа-Мари Аруэ (псевд. Вольтер)
S. 221

Das Land gefiel ihr nicht. Sie hatte einen Eckel und Abscheu an den Sitten und Gebräuchen der Leute, und die schwedische Sprache war ihren Ohren höchstunangenehm.

С. 167

Государство ей столько не нравилось, что она имела омерзение к народным нравам и обыкновениям, так что и самой шведской язык был ей весьма противен.

Dissert. Р. 26

On trouve trois sortes de Loix dans tous les Païs ; à sçavoir, celles qui tiennent à la Politique, & qui établissent le Gouvernement ; celles qui tiennent aux Moeurs & qui punissent les Criminels; & enfin les Loix Civiles, qui réglent les Successions, les Tutelles, les Usures & les Contracts. Les Legislateurs, qui établissent des Loix dans des Monarchies, sont ordinairement eux-mêmes Souverains : si leurs Loix son[t] douces & équitables, elles se soutiennent d’elles-mêmes ; [p. 27] tous les Particuliers y trouvent leur avantage : si elles sont dures & tyranniques, elles seront bientôt abolies ; parce qu’il faut les maintenir par la violence, & que le Tyran est seul contre tout un Peuple, qui n’a de désir que de les supprimer.

Dans plusieurs Républiques, où des Particuliers ont été Legislateurs ; leurs Loix n’ont réüssi qu’autant qu’elles ont pû établir un juste équilibre entre le Pouvoir du Gouvernement & la Liberté des Citoiens.

С. 356

В каждой земле находим мы троякое законов разделение; то есть те, которые надлежат до Политики, и на которых основано стоит правление, те, которые касаются до нравов, и наказывают преступников, наконец гражданские законы, которые учреждают наследства, опекунства, рост и договоры. Законодатели, поставляющие законы в монархиях, обыкновенно они же сами суть и самодержцы: ежели их законы кротки и справедливы, то они сами чрез себя сохраняются, все подданные находят в них свой прибыток, ежели они жестоки и безчеловечны, то скоро потреблены будут, понеже их должно сохранять чрез насилие, и для того, что тиран один не может стоять против всего народа, который ничего больше не желает, как их изтребления.

Во многих республиках, где граждане были законодателями, законы их по стольку могли успеть, по скольку могли они уставить надлежащее равновесие между властию правления и вольностию граждан.

История Бранденбургская (1770)
Фридрих II Гогенцоллерн
P. 110

Tout commence à changer de face. Les hommes errans jusqu'ici dans les Bois, ayant pris une assiéte plus fixe, se rapprochent lentement, se réunissent en diverses troupes, & forment enfin dans chaque contrée une Nation particuliére, unie de mœurs & de caractères, non par des Réglemens & des Loix, mais par le même genre de vie & d'alimens, & par l'influence commune du Climat.

С. 68

Все начинает переменять свой вид, люди бродящие до того в лесах, приняв пребывание более утвержденное сближаются мешкотно, соединяются в различныя толпы и составляют наконец во всякой стране особливый народ, соединенный нравами и свойствами, не по учреждениям и законам, но по единакому образу жизни, одинакой пищи, и по общему действию климата.

P. 149

Peut-il exister une forme de gouvernement, où les peuples soient à la merci du prince, de manière qu’il n’y ait ni propriété fixe ni sureté personnelle ? Sans doute le despotisme trouve par tout quelque barrière, sinon dans les lois fondamentales, du moins dans les coutumes, les mœurs, dans l’intérêt général, dans son intérêt particulier. Sans doute aussi la passion des Grecs pour la liberté, & leur haine pour les Perses, les ont rendus exagérateurs sur le despotisme asiatique.

C. 155

Может ли существовать образ правления, в котором бы народы были преданы совершенно воле Государя, так что не было бы у них, ни собственности, ни безопасности личной? Без сомнения, деспотство всюду обретает некое варварство, естьли не в основательных законах, покрайней мере в обыкновениях, во нравах, в общей и частной пользе. И в том нет сомнения, что страсть Греков к вольности, и их ненависть к Персам заставила их увеличить Асийское деспотство.

P. 41-42

Qui ne verra pas présentement que pour éclairer l'esprit & perfectionner le cœur, l'étude des lettres est indispensable ; ce sont elles qui nous enseignent comment nous pouvons éviter le mal, & qui nous montrent la route qu'il faut tenir pour rechercher la vertu. Avec quelle injustice & sur quel fondement peu solide y a- t-il donc des hommes qui [p. 42] puissent soutenir qu'elles servent de corruption aux mœurs. L'abus de toutes les choses est pernicieux, & ce ne sont pas les lettres par elles mêmes qui entrainent a de faux pas, mais le mauvais usage qu'on en fait ; de même qu'une Medecine salutaire peut sauver un malade des bords du precipice, pendant que si nous l'employerions dans tout autre cas elle deviendroit nuisible. C'est au contraire avec la reconnoissance la plus vive que nous devons accueillir ces savans, ces lettrés, ces protecteurs des arts & des sciences, qui ont voué leur tems pour l'utilité du public, en ennoblissant & aggrandissant nos idées & en moulant notre caractere pour être susceptible d'accepter les impressions de ces sentimens que nous devons avoir, quand nous aspirons a la perfection.

Discours sur les grands hommes (1768)
Friedrich August von Braunschweig-Lüneburg-Oels
С. 78-80

Кто ныне не усмотрит, что для просвещения разума и образования сердца необходимы науки; они нас научают избегать [с. 79] зла, и показывают нам путь к достижению добродетели. Сколь же несправедливы и неосновательны те, кои приписывают наукам повреждение нравов.

Всякой вещи злоупотребление пагубно; не науки суть причиною ложных наших действий, но худое оных употребление; равно как лекарство может избавить человека от опасности, оное же самое быть может и вредно, когда его употребляют не к [с. 80] стате. И так должны мы быть более благодарны к ученым и покровителям наук и художеств; ибо они уделяли время для пользы общества, соделывали благородными и великими наши понятия и умягчали наши нравы, дабы соделать их способными ко впечатлению тех чувствований, кои нужны для достижения совершенства.

Разсуждение о великих людях (1786)
Фридрих Август Брауншвейг-Люнебургский
P. 32

Ce Prince, grand homme d'Etat, grand Capitaine & bon Citoyen, avoit des connoissances bien rares dans les personnes de son rang. […] 

La Dynastie des Tcheou ayant commencé par des Princes si habiles, elle inspira le goût des Sciences & le favorisa en relevant & en multipliant les Ecoles dans toutes les Provinces de l'Empire. […] Les talens eclairés & echauffés par les rayons du Trône, prirent leur effor[t] fort haut, & conduisirent les Sciences & les beaux Arts dans les spheres les plus elevées de l'invention & du goût; mais dans la suite, les regnes des mauvais Princes, la diversité des opinions, l’apathie du luxe & l'amour de la nouveauté arrêterent en chemin les esprits médiocres. Le faux eclat des systêmes, le goût du merveilleux, de la frivolité & du rafinement, egarerent peu-à-peu la foule rampante des imitateurs; […] Les grands principes devinrent problématiques, la Morale perdit son autorité, les moeurs se corrompirent; & quand Confucius naquit, la vérité à demi eclipsée ne répandoit plus que des foibles lueurs.

С. 61-62

Тшеу-Конг, великий вождь правительства, преславный военачальник и добрый гражданин, имел сведения, редкия в особах сана своего. […] Династия Тшеуская началась Государями учеными, возник к наукам вкус, вспомоществовал размножению училищ по областям государства. […] Дарования, освещаемыя и созреваемыя лучами от престола, стали руководителями их и свободных художеств; поднялись последния до самой возможной высоты изобретений и приманчивости. Но последовавшия царствования худых Государей, разность мнений, роскошь, равнодушие ко всякому учению, любовь к новизнам, остановили труды посредственных умов. Ложный блеск систем, вкус к чудесному, легкомыслие и ухищрение, мало по малу развратили ползающую толпу подражателей. […] коренныя правила учинились задачами, нравственная наука лишилась цены своей, испортилися нравы; [c. 62] святая истинна, до половины затмившаяся, слабое испускала сияние ... Родился Конфуций.

P. 202

[…] savoir que si les loix sont bien gardées & les moeurs innocentes, les San-miao & les Man-y, ne tarderont pas à se réformer. […] Les Miao causent du trouble: Yeou leur Chef est un insensé qui n’ecoute pas la voix de la Religion, méprise les autres insolemment, se croit seul eclairé, tourne le dos à la vérité, & renonce à la vertu. Il a beau dire que le Sage est dans le désert & l'Insensé sur le Trône, la Nation le rejette & lui refuse sa protection. Le Tien va l'accabler de malheurs: obéissons, vous & moi, aux ordres du Prince, & punissons leurs crimes.

С. 267

[…] "Когда не ослабнут законы и нравы не развратятся, скоро укрощены будутъ Сан-Mиo и Мани." […] Миаосцы производят возмущение. Еу, их глава, человек безразсудной, не внемлет гласу закона Божияго, в буйстве своем всех презирает; ставит одного себя умным, обращается спиною к истинне, бежит от добродетели. Суетно он твердит, что дикия места вмещают в себе мудраго мужа, а безумец на престоле. Весь народ наш от него отступается и лишает его покровительства своего. Всевышний Тиэн готов уже его поразить. Послушаемся вы и я изволения нами обладающаго, накажем злодейство.

P. 123

D'ailleurs, si dans le peu qu'il dit, je trouve de quoi m'instruire de la Religion, des Mœurs, des Loix, des Coutumes, des Cérémonies, des regles de Gouvernement & de Police de la Nation encore dans son berceau [...]

С. 133

Естьли в немногих словах сочинителя Китайской Истории обретаю я осведомление о богослужении, нравах, законах, обычаях, обрядах, правилах правительства и общенароднаго благочиния, еще младенчествующих […]

P. 339

Toute societé politique est composée d’autres sociétés plus petites, de différentes especes dont chacune a ses intérêts & ses maximes ; mais ces sociétés que chacun apperçoit, parce qu’elles ont une forme extérieure & autorisée, ne sont pas les seules qui existent réellement dans l’état ; tous les particuliers qu’un intérêt commun réunit, en composent autant d’autres, permanentes ou passageres, dont la force n’est pas moins réelle pour être moins apparente, & dont les divers rapports bien observés font la véritable connoissance des mœurs.

С. 19

Всякое политическое общество сложено из других менших обществ различнаго рода; и из коих каждое имеет свои выгоды [с. 20] и свои правила; но сии общества не суть единыя, кои существуют подлинно в государстве: все частные люди, общею выгодою соединяемые, составляют столько же других обществ твердых, или скоро разрываемых, коих различныя отношения составляют истинное познание нравов.

P. 325

Quant à ce qui concerne la Religion, Pierre travailla à la réforme du Clergé. L’Archevêque de Novogorod, Prélat savant & sage, l’aida dans cette entreprise : de concert avec cet Archevêque, il établit un Synode composé de quatorze membres, soit Evêques ou Archimandrites. Il attribua à ce Tribunal Ecclésiastique le droit de régler toute la discipline, l’examen des mœurs, & la capacité de ceux qui sont nommés aux Evêchés par le Souverain : il régla avec ce Synode, qu’il seroit permis de se faire Moine à trente ans passés.

C. 81

Что же касается до духовенства, то трудился много для исправления онаго. Архиепископ [c. 82] Новгородский Феофан, муж ученый и остроумный, в сем предприятии ему поспешествовал. Установил Синод, состоящий из многих членов, как Архиереев, так и других чинов. Назначил сему судилищу церковному право разсматривать всякое учение, испытывать нравы и познания тех, которые Государем наименованы в Архиереи, и запретил строго постригаться в монахи человеку моложе 30 лет, […].

Нашли опечатку?
Выделите её, нажмите Ctrl+Enter
и отправьте нам уведомление. Спасибо за участие!