царство

.term-highlight[href='/ru/term/tsarstvo'], .term-highlight[href^='/ru/term/tsarstvo-'], .term-highlight[href='/ru/term/tsarstve'], .term-highlight[href^='/ru/term/tsarstve-'], .term-highlight[href='/ru/term/tsarstvo-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/tsarstvo-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/tsarstva'], .term-highlight[href^='/ru/term/tsarstva-'], .term-highlight[href='/ru/term/ts-a-rstv'], .term-highlight[href^='/ru/term/ts-a-rstv-'], .term-highlight[href='/ru/term/ts-a-rstve'], .term-highlight[href^='/ru/term/ts-a-rstve-'], .term-highlight[href='/ru/term/ts-a-rstvo'], .term-highlight[href^='/ru/term/ts-a-rstvo-'], .term-highlight[href='/ru/term/ts-a-ru'], .term-highlight[href^='/ru/term/ts-a-ru-'], .term-highlight[href='/ru/term/tsarstvah'], .term-highlight[href^='/ru/term/tsarstvah-'], .term-highlight[href='/ru/term/tsarstv'], .term-highlight[href^='/ru/term/tsarstv-'], .term-highlight[href='/ru/term/tsarstvam'], .term-highlight[href^='/ru/term/tsarstvam-'], .term-highlight[href='/ru/term/tsarstvami'], .term-highlight[href^='/ru/term/tsarstvami-'], .term-highlight[href='/ru/term/tsarstvom'], .term-highlight[href^='/ru/term/tsarstvom-'], .term-highlight[href='/ru/term/ts-a-rstviya'], .term-highlight[href^='/ru/term/ts-a-rstviya-'], .term-highlight[href='/ru/term/tsarstviya'], .term-highlight[href^='/ru/term/tsarstviya-'], .term-highlight[href='/ru/term/ts-a-rstvo-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/ts-a-rstvo-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/ts-a-rstva'], .term-highlight[href^='/ru/term/ts-a-rstva-'], .term-highlight[href='/ru/term/tsarstve-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/tsarstve-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/tsarstvu'], .term-highlight[href^='/ru/term/tsarstvu-']
Оригинал
Перевод
P. 49

In suscipiendis, gerendisque bellis; in pace concilianda & conservanda; in injuriis tam illâtis, quam acceptis, iisdem semper rectæ rationis utatur perspicillis, per quæ æqualiter sine fuco & fallaciis singula videat. Neminem illain rerum aestimatione indifferentia & justitia magis decet ac Principem, qui in regno suo præstare id debet, quod examen in trutinâ, proindeque derebus omnibus recte sincere que judicet oportet; ut sua regno constet æquita cujusbilances nunquam in æquilibrio consistent, si áffectui aut passiónibus locus sit, aut ad rectae rationis trutinam non omnia ponderentur.

Л.19 об.

В подъятии и творении брани, в поставлении мира и соблюдении, в обыдах, тако со[де]ланных, яко же себе приятных, тех же всегда праваго разума да употребляет зраков, ими же равно без соблазнения и лести вся видети возмогл би. Никому же тое во рассуждении вещей целомудрие истинна лучше лепотсвует, якоже монарсе, иже в ц[а]рстве своем тое творити должен есть, еже стрела во мерилах. Тем же достоит, да о всех вещех право истинно рассуждает, и да всегда в ц[а]рстве пребывает правда, ея же мерила во правоте не постоят, аще страстем и пожеланиям место будет, или на мерилах праваго разума вся не размератся, 

P. 313

Symbolum XLI

Nec periculosa minùs est ambitio ob timores
nimios, atque ob suas appetitiones circa ea præsertim , quæ ingeniosè & per vim obtinuit. Nullum medium timor suggerit <…>. [p. 314] Idem quoque Machiavelli doctrina consulit, cujus discipuli immemores facti Davidis, qui in domum et familiam Saülis inquisivit, ut suam iis misericordiam impartiretur, exemplis utuntur quoranda tyrannorū, perinde quasi non omnes malis iis artibus pessum iissent, si quis fortè evasit incolumis, id ideo fuit (ut mox dicemus) quia eas in meliores convertit. Regna pleraque usurpatione primum incrementa sumpserunt, posteà tueri se coeperūt justitia, & cum tempore paulatim facta sunt legitima. Extrema violentia, extremum periculum est. 

Л. 115 об.

Символ 41

Не безбедно же есть властолюбие, еже и боязни ради прочиих, и своих ради похотей раждается, наипаче аще что насилием или хитростию приобретеся. Ни единоя отрады не дает страх чуждый <…>. Тожде и Махиавелля учение советует, его же учения держащийся князие, не помняще надело Давыдово, иже дом и все сродство Саула того ради изыска и истяза, дабы свое им явил м[и]л[осе]рдие, образом некиих мучителей последуют; аки бы не вси таковыи своею хитростию в погибель обратилися. Аще же кто от них цел сохранен есть, сие того ради получи, яко хитрость свою на правду претвори. Ц[а]рствия некия первее насилием возрастоша, потом же правдою начаша себе сохраняти, и по времени законная сотворишася. Крайнее же насилие крайняя беда есть <…>.

P. 315

Suadet porrò ambitio nimia Populi libertatem opprimere, subigere Nobilitatem, potentiorum vires infringere, & ad auctoritatem Regiam reducere omnia: existimat enim tum securiorem se fore, cùm fuerit absoluta, & subditos magis in servitutem redegerit ; grandis error, quo adulatio animos occupat Principum , eosque gravibus periculis objicit. Modestia est, quæ conservat Imperia, dum nimirum Princeps suam dominandi cupiditate ita corrigit, ut dignitatis suae potestatem. Nobilitatis amplitudinem, & populi libertatem intra rationis liimites coërceat: neque enim diu stare poterit Monarchia, cui de Aristocratia et Democratia aliquid admixtum non fuerit. Potestas absoluta tyrannis est; qui illam quærit, exitium suum quærit. Huc denique Principi sunt omnia reducend, ut us , qus sub imperio sunt, non tyrannum, sed Patrem familias, aut Regem agere videatur, & rem non quasi Dominus, sed quasi Procurator et Prefectum admumistrare, ac moderate vivere, nec quand nimium est, sectari *.

[*Arist[oteles]. Pol. l.5. c.11]
 

Л. 116

Понуждает к тому излишнее властолюбие отъяти свободу людем, покорити стареишине, велможам сломити силы, и вся к единовластителству устроевати. Разумеет бо властолюбец, яко безбеднейший будет, егда сам вся одержит, и людей болшою работою отяготит. Но се великое заблуждение, вне же ласкателие с[е]рдца княжие вводят, и купно их в великия беды ввергают. Обаче кротость сохраняет Ц[а]рствия, егда Ц[а]рь тако своя похоти управляет, яко и достоинства своего власть и честь велмож своих, и свободу народа в добром разума определении содержит. Не может бо долго пребывати Монархия, аще что от Аристократии и Демократии премешеннаго себе не имеет. Совершенное и самоволное единовластителство есть мучителство, его же аще кто ищет, ищет погибели своея. Вся убо якоже Аристотель тако устроевати подобает, да Ц[а]ря людие не мучителем, но Господарем нарицают; и да вся творит не яко Г[оспо]д[а]рствующий, но яко домовит и иконом, да живет в мерности, и всего еже излишнее есть да хранится. 

P. 315

Ista ambitionis incommoda creare solet abusus nimius dominationis, quae sic ferè comparata est, ut omnia ad suam referat utilitatem. Quia in re [p. 316] oportet, ut Principes sese ipsi triumphent, & rationi obtemperent; licèt difficile illud fit: nam * innumerabiles sunt, qui populos, qui urbes habuêre im potestate, paucissimi, quise. Illa victoria à viribus est, & robore; haec à ratióne, & animo. Fortitudo non in eo consistit, quòd hostem prælio quis suderit, sed quòd cupiditates suas habeat domitas. Subditos modestos reddunt obedientia, & necessitas; Principes contrà potestas & jurisdictio suprema superbè efferunt. Plura regna superbia pessundedit, quàm gladius. Principes plures per seipsos perierunt, quàm per alios. Remiedium ei rei est sui ipsius cógnitio, ut Princeps in semetipsum cogitatione descendat, & cum animo suo reputet, licèt ipse sceptro ab aliis differat, multos tamen esse, qui eximiis animi dotibus longè eo, ejusque dignitate superiores sint.

[* Seneca. Ex.4.6.c.]
 

Л. 116

Помянутая же властолюбия бедства обычно происходят от излишнего высокоумия, ему же свойственно есть вся на свою токмо ползу обращати. Подобает убо да началници самых себе побеждают, и да послушивают разума, аще и не всячески удобно сие есть; якоже добре гл[агол]ет Сенека: безчисленныи [л.116об] рече суть, иже народы и грады имеях в своей власти, мало же иже самыми собою владети возмогоша. Обаче оная победа от силы и крепости есть, сия же от д[у]ха и разума. Мужество не в том содержится, да кто супостата победит, но да похоти своя укротит. Простых людей учит кротости повиновение и нужда. Князей же вопреки, началство и власть излишняя в гордыню возносит. Множайшия же Царствия гордыни, нежели меч погуби. И множайший Ц[а]рие от самых себе, нежели от иных попранны суть. На сей бо вред врачество есть: себе самаго познание; си есть, да всякий вл[а]дчествующий разсуждением внутрь себе самого вниидет, и с помыслом своим да беседует: яко аще и един он токмо разнствиит от прочих державою, обаче мнози суть, иже его м[у]др[ос]тию и разумом превосходят <…>.

P. 319

Eam ob rem sola illa Respublica stare diu poterit, quæ partibus costiterit mediocribus: nec admodum inter se inæqualibus. Opus nimiæ quorundam civium everterunt Florentinorum Rempublicam, & etiamnum hodie in caussa sunt, cur inquieta sit Genua. Contrà, quia apud Venetos meliùs divisæ eæ sunt, ideò jam tot saeculis Status ille cōstans perseverat <…>.

Л. 117 об.

И того ради тое токмо Ц[а]рство долго стояти может, еже имат уды своя не зело нравныя. Излишния некиих граждан силы низринуша Флорентииское общество, но и н[ы]не таяж де вина есть нестроения во Геневе. Вопреки же понеже имения в Венецком Государстве лучше суть разделенная, того ради чрез толь многие уже веки неподвижно стоит область оная. <…>.

P. 50

Etenim si cum animis nostris considera verimus tot imperia collapse, tot status immutatos, tot Reges ac Pincipes dè vita pariter ac regno exturbatos, primam ferè originem fuisse deprehendemus, quod affectus obediéntiam abjecerint & rationi, cui lege naturæ fubjecti sunt, parerenoluerint. Nec ulla Reipublica capitalior pestis est, quàm appetitus indomiti aut fines isti párticulares, quos sibi quisque pro libitu statuit.

Л. 20

ибо аще в с[е]рдци своем разсудит, яко толикие ц[а]рства падоша, толико времен пременися, толь много ц[а]рей, князей от жития купно и ц[а]рства изринушася, первое начало быти уразумеем: яко страсти послушание отринуша, и разуму ему же естества законом подчиненны суть, повинутися не хотяху. И ни един монархии главнейший вред есть, яко вожделения не смиренни, или конци тие особние, их же всяк себе по желанию попоставляет. 

Р. 68

Mon. II. Communissimum hunc esse:

Neque olim tantum, sed & nunc plurimo orbis sic notari. Olim quidem, Sacra dicunt; ubi Iudaei regem poscentes sic audiuntur [[I. Reg. cap. VIII]]: Constitue nobis regem, sicut & Universae habent nationes. Sed & in Italia primi illi Romani (apud Livium [[Lib. I.]]) in variis volantibus, regem tamen Omnes volebant. Etsi postea mutarunt, & ad Optimatium statum iverunt: quid ita? naturali hac saepe mutatione, ut a rege in tyrannum, a tyranno ad optimates aut populum Respublica eat: iterumque ab istis ad tyrannum, & regem. Fastidio & odio hoc fit, non Principatus, sed Principis alicuius male eo ufi. Ceterum & vetus hic orbis Principes fere ubique habuit, in Asia, Africa, Europa (pauca loca, neque diu excipias) & novus item repertus, sic est, aut fuit.

Л. 42 об.

Увещание 2
Множайшие народы монархиею управляются

Не точию древние, но и нынешние множайшие народы единаго над собою царя и повелителя имети благоволят; от древних видим в божественном писании, [л. 43] како иудее единогласно взываху к пророку: сотвори нам царя, якоже и вси народы имеют. Римляне, такожде древний народ, аще в другом и не согласовали между собою, обаче в том вси согласовали, дабы един над всеми был царь, о чем чти Тита Ливия; аще же потом и возненавидели и изгнали царей и инообразное начальство себе утвердили, обаче не того ради, аки бы худо было единаго владение, но того ради, яко царие начали зле употребляти царския власти своея и царство на тиранство {на поле глосса: «мучителство»} переменили; не точию же иудее и римляне единаго хотели имети себе царя, но и прочие множайшие народы во Азии, Африце и в Европе всегда единаго над собою монарха избирали.

Р. 84

Ultimum, Aristotelem approbare: & hodieque alibi esse. De Aristotele, non mirum: Graecus & liber, regna amat proxima libertati. De usu [р. 85] hodierno aut nupero, leve est: nam praeponderant exempla alia, & pro uno Electionis, centena sunt Successionis. Quae vis hic igitur? Quod si illud dicatur, etiam nunc melius regi aut crescere regna ab Electione: magnum fit, sed non dicetur, & oculi ac sensus refutabunt. Ego vero amplius dico, ubicumque bonum & laudabile regnum fuit , in Perside , in Macedonia, in AEgypto, in Sinensibus , in Hebraeis ipsis, Successionem valuisse: etiam in Romanis, quoties Principum liberi aut genitura , aut (quod laxius) adoptione essent. Iterumque amplius dico, nec fuisse ulla Comitialia regna, nec fore diuturna. Exoritur semper aliquis, animo & consilio inter Principes maior, qui creditum uni sibi regnum, suis stabilit gratia, arte, praemio: & vis interdum adhibetur. Dania & Bohemia ostendunt, alia magna regio fortasse ostendet. Sed in fine non me teneo, quin Nicetae etiam verba, & ego eius sensibus, subscribam. Exclamat: O quanto deterius est multorum suffragium & electio, quam unius! Tu inclytum Romanum imperium, & gentibus adoranda maiestas, quos tyrannos pertulisti? quales amatores te petierunt? quibus substrata, tui copiam fecisti? quales corona, & diademate, & puniceo vestitu exornasti? Graviora utique tulifti , quam Penelope procorum illa frequentia obsessa. Res ita habet. Romanum imperium statim a Claudio, qui primus a milite electus eft, & fidem eorum praemio pigneravit, in vilissima capita & pessima hac Eleclione venit: Electione, an palam Emptione? Nam & hoc scimus velut sub hasta, vaenale pependisse: & non aliud magis clarum certumque exitium rei Romanae fuisse. Sed exempla quaedam Electionis videamus, bonae aut malae mixtim.

Л. 47 об.

Аще же речеши: чесо убо ради Аристотель лучше похваляет избрание, нежели наследие? Не чудися тому: ибо [л. 48] грек был и свободу любил, и того ради избрание паче наследия предъпочитал, имел же к тому некия вины и образы предпочитания; а ныне, аще бы тои же Аристотель жил, похвалял бы паче наследие, нежели избрание, ибо ныне много болшие суть вины и множайшие образы, их же ради наследие паче избрания предпочитати подобает, и против единыя вины и единаго образа избрания мощно обрести сто вин и сто образов наследия. Аще же кто речет, яко и ныне лучше управляются и возрастают тая государства, идеже царь бывает по избранию, то явная ложь есть; то всякий не точию слышит, но и очима видети может; обратим убо очи наши на Персиду, на Македонию, на Египет, на Синейскую и на жидовскую земли; увидим, яко и прежде не иныя ради вины тако процветаху и разширяхуся, точию того ради, яко на[следием] управляеми бяху; такожде и римское государство всегда лучшим благополучием процветало, егда в нем царие по наследию, а не по избранию царствовали; а где по избранию царие бывали, тамо ни едино же царство было долголетно, ибо всегда обретался в государствах един некий от началнейших князей, разумом и советом иных превосходящий, который, избранием прием власть царскую, не точию сам оную крепко в руках своих держал, но еще за живота своего всякими образы тщался на ней утвердити детей своих или других наследников, и тако избрание удобь прелагается в наследие; имамы во образ сея вещи Данию, и Богемию, и прочая государства, идеже прежде избранием поставлялся, ныне же наследием бывает король; не подобает же зде умолчати словес Никиты Хониятского, историка греческаго, который о избрании тако глаголет: О, коль худейшее есть многих хотение и избрание, нежели единаго; ты, преславное царство римское и всех народов едина похвала, колико мучителей претерпело еси, колико неистовых рачителей [л. 48 об.] устремляхуся безстудно на тя; колико насилников насилием угнетаху тя; каких венцем, диадимою и порфирою украшало еси; воистинну, много тяжайшую беду претерпело еси, нежели Пенелиопа от безстудных женихов своих. Истинну глаголет Никита: ибо от избрания на царство Клявдия (который был от простаго солдата) часто избираеми бяху на царство велми худыи человецы; аще же истинну речем, засвидетелствуем, что сень точию и имя избрания было вещи, юже самою купование и продояние власти царския силу имело, и таковаго ради избрания область царства римскаго погибе; но кроме вышереченных образов хощу зде и иные предложитии.

P. 102

Duae etiam virtutes Principum primae, Iustitia & Fides, firmiter vix sunt in istis. Non prior, quia inclinant facile & miserantur facillime & gratiae aut affectui obsecundant. Non altera, quia mobiles ingenio sunt, & mutant ut ventus. Ne Clementia quidem sit, quae putetur: & benignior ille vultus, nescio quomodo, saevum saepe animum & vindicem celat. Quid de lascivia aut luxu dicam? utrique vitio opportunas scimus, [p. 103] & pudorem atque opes prodigere; praesertim cum sui iuris ac spontis, fraenum non habent quod adstringat. O quale regnum, ubi Cleopatra aliqua, Messalina, aut Ioanna Neapolitana imperat? Neque sine caussa Sacrae litterae inter pessima comminantur: Faeminarum imperiis subiectum iri. Sed parte tamen altera, exempla nos redarguant, itemque instituta gentium. Nam & alibi succedunt in regna, & feliciter atque industrie administrarunt; cui rei utrique lubet exempla ex Historiis dare.

Л. 61об.

Л. 61об.
Во всяком монархе первейшие суть две добродетели: правда и вера, яже обая мало в женах обретаются: правды того ради не могут жены содержати, яко всяким прошением удобь преклоняютца и того жалеют, его же не подобает жалети; веры же того ради не могут хранити, яко слабы суть умом и, яко младые древеса ветром, тако женский разум различными страстми семо и овамо непрестанно колеблется; часто же всуе безмерно гневаются и на невинных людей зело свирепеют; и егда веселое лице показуют, тогда часто наиболший гнев в сердце хранят; что же имамы рещи о невоздержании и вожделении телесном, его же ради мнози о срамоте не радят и вся своя имения погубляют; наипаче же егда никого над собою болшаго не видят, и во всем доволство и самоволство имеют. О коль бедно бяше царство Египеcкое, егда в нем Клеопатра начат царствовати; такожде Римское, егда Мессалина беднаго Клявдия своего ѕа нос водила; а в Неаполитании некая Иоанна бесилася; не без вины же и божественное писание, егда гнев божий и казнь [л. 62] на некое царство найти возвещает, тогда тамо женской власти предити обещает. Обаче мнению сему и увещанию нашему многие противные суть образы, такожде установления народная, ибо во многих народах жены по мужах наследствуют разумно и благополучно царство управляют; чесо ради от различных историй различные зде приклады предлагаю: так благополучнаго, яко и неблагополучнаго женского царствования.

S. 16

Was ist von Salomon zu merken? Er wurde von seinem Vater David zum Könige bestätiget <…>. Wie lange haben diese drei Könige zusammen regieret? 

С. 16

Что о Саламоне ведать? Царь Давид отец его утвердил на царство <…>. Сколько сии три царя царствовали? 

S. 18

Sind sie aus dieser Gefangenschafft nicht wieder erlöset worden? Nein, es ist niemand wieder in sein väterlich Erbteil kommen, sondern sie sind um den Euphrat wohnen blieben; und hat also das Königreich Israel ein Ende genommen.

C. 18

Свободились ли они с сего плена? Не свободились: и ни один человек в отеческое свое наследие не возвратился; но все около реки Ефрата поселились, и таким образом Царство Израилево кончилось

S. 3

3. In welchem Jahr aber dergleichen Gesellschafften zuerst entstanden und welche für die älteste zu rechnen, kann man so eigentlich nicht sagen. Denn obschon insgemein das Assyrische Reich für die erste Monarchie angegeben wird, so folget doch daraus nicht, daß selbiges auch eben die erste Bürgerliche Gesellschaft unter [s. 4] den Menschen gewesen <…>.
biß sie [die ersten Staaten] nach der Hand die Stücke der höchsten Bürgerlichen Gewalt in ihrer Vollkommenheit hervor gewiesen, und die zur Erhaltung eines Staats dienliche Mittel, Ordnungen und Gesetze ausgefunden haben <…>.

C. 4

3. С которого времени начались общества, и которое из оных за древнейшее почитать должно, того объявить точно не возможно. Ибо хотя и почитается Ассирийское царство за перьвую монархию, однако из того не следует, чтоб оно было и самое первое гражданское общество в человеческом роде <…>.

Напоследок разделенныя части высочайшей гражданской власти приведены в совершенство изобретенными средствами, порядками и законами, служащими к соблюдению общества <…>.

P. 289

§ 706. Salus publica est is status, quo plures homines simul sumti, se suumque statum externum perfectiorem reddere possunt.

§ 707. Securitas publica est status, quo plures homines simul sumti, a laesionibus aliorum sunt tuti.

§ 708. Respublica sive civitas vel regnum (sin Staat) est societas composita, publicae salutis & securitatis causa inita.

C. 257

§ 706. Общее благоденствие (salus publica) есть такое состояние, когда многие люди, вместе взятые, могут делать себя и свое внешнее состояние совершеннейшим.

§ 707. Общая безопасность (securitas publica) есть такое состояние, когда многие люди, вместе взятые, живут не опасаясь вреда других.

§ 708. Республика (respublica), или гражданство (civitas), или царство (regnum ein Staat) есть общество сложное, для общего благоденствия и безопасности уставленное.

P. 312

Les Cosaques, malgré la paix qu’ils avoient faite avec la République, sous le régne de Casimir, entroient dans de grandes défiances sur les desseins du Roi Michel.

С. 139

Казаки имея великое подозрение на намерение Короля Михаила, вступили в польские пределы, не уважая на мир, который они в царство Казимирово с республикой утвердили.

P. 443

Si qua Principes officiariis et clientibus negotia injungunt, eaque non ut par erat, curantur; cum excusatione peccare possunt omnes, praeter eos, qui regna provinciasque gubernant. Nemo enim in administranda justicia negligens est, nisi vel scientia vel experientia destitutus, vel affectuum maliciaeque aestu abreptus.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 6

Ежели Государи на Министров и Чиновников своих возлагают важныя дела, и оныя не так, как должно, исправляются; то все погрешать могут со извинением, кроме тех, кои царствами и областьми управляют: понеже во отправлении правосудия никто нерадетелен не бывает, разве или неимеющий знания и искусства, или восхищенный бурею злобы и пристрастий.

P. 631

Non in eo regnorum felicitas consistit, si bonas vel malas leges; sed si bonos vel malos Principes habeant. Parum enim omnino lex justa, si Rex sit injustus, prodest.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 139

Не в том состоит благоденствие царств, ежели добрые или худые законы; но ежели добрых или худых Государей имеют: ибо очень мало пользы в справедливом законе, ежели сам Государь несправедлив и неправосуден.

P. 142

Russia, formerly a dukedom, is now established as an empire.

С. 153

В сем году Российское государство, бывшее до сего времени Царством, учинилось Империею.

Р. 128

<Cogit & servat, si servas: solvit, si neglegis & seponis. Mirum & breve, sed verum es> *: nulla re (ad usum provoco) quaecumque [p. 129] Respublica magis florebit aut floruit, quam rigida & immota Iustitia: nulla re magis flaccesset & deficiet, quam illa tali. Haec felicitas regnorum & statuum, interna & externa. Interna quidem, nam quis nescit scelera & flagitia per eam removeri, virtutes promoueri? Externa, quia agri, viae, maria frequentantur, & securitas ubique ac tranquillitas regnant. Boetius egregie [I. De Consol. phil.]: Annum bonum, non tam de magnis fructibus, quam de iuste regnantibus, existimandum. Quid iterum Homerus? [Odyss. T.]

ὥςέ τού ἢ βασιλῆος ἀμύμονος, ὅςε θεουδὴς
ἀνδράσιν ἐν πολλοῖσι καὶ ἰφθίμοισιν ἀνάσσων
εὐδικίας ἀνέχῃσι, φέρῃσι δὲ γαῖα μέλαινα
πυροὺς καὶ κριθάς, βρίθῃσι δὲ δένδρεα καρπῷ,
τίκτει δ᾽ ἔμπεδα μῆλα, θάλασσα δὲ παρέχει ἰχθῦς
ἐξ εὐηγεσίης, ἀρετῶσι δὲ λαοὶ ὑπ᾽ αὐτοῦ:

Ut cum Rex bonus imperat, & metuens Divorum,
In multis populis & fortibus; ille quoque idem
Iustitiam colit: observes & tunc sola terrae
Frucus ferre suos, & fruges fundere, itemque
Faetificare armenta, & pisces exundare:
Nempe ex Justitia; populisque bene atque beate est.

Si attendas, & dilates: quam laudationem urbem Iustitiae non scribas? Ergo felicia regna reddit: eadem alia, si languet aut perit. O pulchrum, cum licet gloriari aut dicere, quod [MLXXXV] Guilielmi, quem Acquisitorem vocant, temporibus in Anglia: Totum regnum puellam onustam auro posse pervadere! Ut possit, Iustitia

[Примечание: 
* выделенный угловыми скобками отрывок выпущен переводчиком]
 

Л. 102

Ни едино бо государьство могло ниже может стояти непоколебимо без правосудия, правосудие [л.103] есть едино благополучие всех царств и чинов внутреннее и внешнее; внутреннее благополучие есть, кто не весть, яко всякое злодеяние и беззаконие правосудием испраздняется, добродетели же утверждаются; внешнее же благополучие есть, понеже правосудие всем всюду свободный творит путь: чрез поля, дубравы и чрез неизмеримую широту морскую; и везде человека безбедствием утешает; о сем Боетий изрядно сице***  глаголет: лето доброе не тако доброе бывает от гобзования и изобилия плодов земных, якоже от правосудия царствующих и господствующих. Согласует сему и Омир преславный стихотворец, сице глаголющий:


Егда царь добрый и боящийся Бога царствует над множеством народа, и ничтоже иное делает, точию правды смотрит; увидиш тогда изобилное гобзование плодов земных, доволные всем овощи, древес умножение, скотов и рыб изобилие, вся же сия Бог дарует правды ради царствующих. 

Аще бы восхотел кто подробну исчислити вся благая, яже от правосудия раждаются, не довлело бы ему времении; слыши, что правосудие творит: во время Гвилиелма короля ангелскаго****: мощно бяше прекрасной и младой девице, украшенной златом, преити единой безбедно чрез всю Англию. Вина же того бяше ничто ино, точию гроза с правосудием.

[Примечания:
*    в начальной редакции (БАН 1.5.42): «владеющий»; затем (ГИМ. Син. 115): «князь»;
**  в начальных редакциях: «подручным»
***  в ИРЛИ. Перетц 204: «сице изрядно»
****  рядом поставлен знак «?»; ошибочно вм. «аглинскаго» ]
 

Р. 123

Cap. IX

DE IUSTITIA:

Quam Princeps in se, & sius, servet.

 

Inter omnes autem Virtutes, sunt quaedam velut Regiae, & Principales, ut Justitia primum; a qua Homerus Reges δικασπόλοις appellavit, circa jus occupatos & versantes. Nihil iis convenientius, nihil dignius: & servata, regna servat. Servanda autem, etiam in iis quae Principes, aut qui circa ipsos sunt, tangunt. Mali doctores, qui a legibus eximunt: qui cum Caligula censent, Omnia ipsi, & in omnes, licere. Sive cum Sallustiano Memmio: Impune quidlibet facere, id est regem esse. Abite qui docetis, qui discitis: imo qui praeest Iustitiae, ad eam praeeat, & exemplo commendet. Theodosium imitetur, de quo Panegyristes: Idem es qui fuisti; & tantum tibi per te licet, quantum per leges antea licebat. Ius summum, facultate & copia commodandi, non securitate peccandi experiris.

Л. 94 об.

Глава 9

О правде, которую царь и его служители должны имети*

 

Между всеми добродетелми обретаются некие, аки царские и началнейшии, от них же первое место содержит правосудие, ничтоже бо царем тако есть прилично, якоже правда в суде, яже все царство и самого царя в долгоденствии [л. 95] и в благополучии сохраняет; проклятые суть тии учителе, иже с Калигулею глаголют: яко царь все, что либо сам восхощет творить, прилично и волно есть; да погибнут убо вси учащии и послушающии сицеваго разумения, мы же хощем, да всякий царь последует и ревнует великому оному Феодосию царю греческому, о нем же сице понегириста: тожде еси, иже и прежде был еси, и толико тебе по своей воле леть есть творити, колико прежде леть бяше; по закону; власть великую благотворити, а не грешити восприял еси <...>.

 

[* Примечание: в начальной редакции ГИМ.Син. 115: «О правосудии, еже сам ц[а]рь и минестры его должны хранити»]

Р. 34

Mon. IV.

Regna a Deo & Reges temperari.

I. Breve Monitum, sed magni sensus & usus: videre quomodo Deus disponat & cohibeat, hos ne crescant, hos ne cadant: & velut in aequilibrio res suspendat.

Hoc Nicephori Gregorae [Lib. V] verbis dicendum est: Mirari mihi subit, inquit, impervestigabilem Dei sapientiam, qui plane contraria uno fine conclusit. Nam cum duas adversarias potestates inter se committere statuit, nec alteram alteri subiicere: aut ingenio? virtute praestantes utrique parti moderatores praeficit, ut alter alterius consilia & conatus evertat, & utrimque subditorum libertati consulatur; aut utrosque hebetes & imbelles deligit, ut neuter alterum tentare, & septa (quod aiunt) transilire audeat, veteresque regnorum limites convellere. Dici prudentius nihil potuit: & Providentiae hanc dispositionem quot exempla adfirmant? non insisto, & vetera omitto: sed nuper Carolus V. nobis, Franciscus I. Gallis, Soleimannus Turcis imperitabant: quivis eorum dignus orbisterrae imperio; & habuissent, aut promovissent; nisi concursus ille fuisset, & alius alium interpellasset. In parte altera exempla, quae verecundia prohibitus non dicam.

Л. 17 об.

Предложение 4

Царие и царства Богом управляются

Краткое се есть предложение, обаче зело полезное: ведети, как Бог весь мир устрояет и всех живущих в нем содержит и обуздовает: иных, да не возносятся; иных же, да не ниспадают; и якоже на мериле вся вещи содержит.

Сицевому промыслу Божию удивившися Никифор Грегор, сице глаголет: удивляюся зело непостижимой мудрости Божии, иже противное единым концем заключи, егда бо двое царства противное между собою утвердити восхоте, и дабы едино другому подручное не было, [л. 18] устрои то сугубым промыслом или разумом и силою крепких управителей обоим странам подает, дабы един другаго советы и начинания разорил, и дабы оба подручным своим свободу промышляли, или обоих правителей слабых и боязливых  избирает, дабы един другаго не дерзал входити. Суть сего безчисленные образы; как древние, так и новые, нам же во уверение вещи довлеет един на среду произвести. Недавным временем, егда у нас царствоваше Карол пятый, тогда бяше у французов Францешко первый, а у турков Солиман скипетры царства держаше, и всякий з них достоин был власти всего света, и удоб всякий от них могл бы стяжати, аще бы един другому не творил препятия. Безсилных же и боязливых срама ради зде не воспоминаю.

Нашли опечатку?
Выделите её, нажмите Ctrl+Enter
и отправьте нам уведомление. Спасибо за участие!