управлять

.term-highlight[href='/ru/term/upravlyati'], .term-highlight[href^='/ru/term/upravlyati-'], .term-highlight[href='/ru/term/upravlyal'], .term-highlight[href^='/ru/term/upravlyal-'], .term-highlight[href='/ru/term/upravlyat'], .term-highlight[href^='/ru/term/upravlyat-'], .term-highlight[href='/ru/term/upravlyaet'], .term-highlight[href^='/ru/term/upravlyaet-'], .term-highlight[href='/ru/term/upravlyaut'], .term-highlight[href^='/ru/term/upravlyaut-'], .term-highlight[href='/ru/term/upravlyali'], .term-highlight[href^='/ru/term/upravlyali-'], .term-highlight[href='/ru/term/opravlyaem'], .term-highlight[href^='/ru/term/opravlyaem-'], .term-highlight[href='/ru/term/upravlyaemoi'], .term-highlight[href^='/ru/term/upravlyaemoi-']
Оригинал
Перевод
P. 33

§. 8. Hujus ergo socialitatis leges, seu quæ docent, quomodo quis sese debeat gerere, ut conmmodum societatis humanæ membrum existat, vocantur leges naturales
§. 9. His positis adparet, fundamentalem legem naturalem esse hanc: Cuilibet homini quantum in se colendam & servandam esse socialitatem. Ex quo consequitur, quia qui vult finem, vult etiam media, fine quibus finis obtineri nequit: omnia, quæ ad istam socialitatem necessario & in universum faciunt, jure naturali præcepta; quae eandem turbant aut abrumpunt, vetira intelligi. 

C. 65

8. Сего содружества законы, которые научают како кто себя управлять должен: да бы полезный член содружества человеческаго был именуются ЗАКОНЫ ЕСТЕСТВЕННЫЯ
9. Откуду известно есть, яко ОСНОВАТЕЛЬНЫЙ ЗАКОН ЕСТЕСТВЕННЫЙ, сей есть, да бы всяк человек елико может имел и хранил содружество. И отсюду последует, яко кто желает конца, желает и посредствий, без которых, конца получити не может. Отсюду разумети надлежит, все что до сохранения онаго содружества всеконечно есть потребное, тое законом естественным установлено, [с. 67] а что оное возмущает и прерывает, тое возбранено тем же законом.

S. 197

Ein sehr geschickter und grundgelehrter Mann leidet offt ohn sein Verschulden Schiffbruch an seiner Ehr und Haabseligkeit und kommt ihm seine Klugheit gar wenig oder nichtszustatten; Dahingegen mancher Ungeschickt- und Unverständiger über Verdienst durch den Wind des Glücks wundersam getrieben und zu hohen Ehren erhaben wird, und heist es mit ihnen wohl recht nach dem Spanischen Sprichwort: Quien està en ventura, hasta la hormigale ayuda, wer glücklich ist, dem dienet alles zu seinem besten, und più val’ una uncia disorte, ch’una libra disaper, eine Unße des Glücks mehr gelte als ein Pfund des Versandes und Klugheit, und assai ben balla, à chi fortuna suona suona, tanzet der leicht gut gnug, der das Glück zum Spielmann hat: Hinc, teste Trajano Boccalini in suo Lapide Lydio Politico, meritò multi viri eximii in Parnasso Monarchiam Hispanicam derident, quod omnia facta sua tam exasta norma, solidisque con filiis dirigat, ut nihil quicquam Fortunae & fasto permittat. Es bezeuget in seiner Epistel, der fürtreffliche François de la Mothe le Vayer, daß der Pabst Urbanus VIII. zu eines Franßösischen Gesandten Secretario einsmahls gesagt haben solte; Ch’à dominare non bisognava altrimente tanto ingenio, perche il mondo si governa in certa maniera da se stesso, daß zu regieren eben so grosser Verstand nicht erfordert würde, angesehen die Welt aufgewisse Maß sich selber guvernire.

Л. 50 об.

<...> зело искусныи и ученый человек терпит часто без вины своеи ущерб чести имения и немного помогает ему разум ево, против того ж иныи неискусныи и неразумныи паче заслуги ветром счастия понуждаем и высокои чести возвышается, и тако истинно гишпанская пословица, кто счаслив есть все служит к ползе его и более унция счастия стоит нежели фунт разума и учения, и оныи танцует лехко, кому счастие играет и посему {свидетелствующу Трояну Баколину в его кн[и]ге Камень опытныи политически} многи мужи изрядныя в Парнасе монархии ишпанскои смеются, что они все свои дела толь правилно и крепкими советы управляют, что ничто фартуне или счастию не оставляют також де свидетелствует эпистолия Францишка Де ла Мотолева эрачта папа Урбан осмыи французскаго посла секретарю сказал, что владетелствовати не требует великаго разума, ибо де свет некоторым образом сам себе губернует <...>.

P. 904

<…> les Perses étoient instruits dans le grand art de former les rois & de gouverner les hommes <…>.

Grec (1757)
Louis de Jaucourt
C. 1

Персы были славны в искустве поставлять царей и управлять людьми.

T. 4. P. 241

Corinthe

Bâtie par Sysiphe, fils d’Eole, sous le nom d’Ephire, gouvernée d’abord par des rois, changée en heureuse république, détruite dans cet état par Lucius Mummius, rétablie par Jules-César, redevenue florissante du tems de S. Paul, ensuite le siége d’un archevêque, ruinée, pour la seconde fois par Alaric roi des Alains & des Goths ; elle tomba depuis entre les mains des despotes, & finalement de Vénitiens, auxquels Mahomet II. l’enleva en 1458, & l’annexa à l’empire Ottoman.

C. 25

Коринф

Сей народ созданной Сисифом, сыном Еоловым, под именем Ефиры, во первых оправляем был царями, по том сделался благополучною республикою. При сем правлении разорен Лукием Муммием, возстановлен Июлием Кесарем, паки пришел в цветущее состояние во времена св Апос. Павла; был престольным градом Архиепископа; вторично разорен Алариком Царем Аланийским и Готфским; по том владели оным деспоты, и наконец венециане, у которых Магомет ІІ отнял в 1458 году, и присовокупил к Оттоманской империи.

P. 417

Constante-Chlore, étant aussi juste, aussi affable & bienfaisant, que Galérius étoit ambitieux & cruel ; l’union entre les deux Augustes devenant par-là impossible ; ils partagèrent le domaine de l’empire, pour gouverner séparément leurs états. Il n’y eut aucune égalité dans le partage.

C. 461

Поелику Константий-Хлор был толико правосуден, толико снисходителен и благотворителен, колико Галерий был честолюбив и жесток, и как согласие двух императоров потому вещь невозможное, они разделили империю, дабы управлять каждому отделенно своими владениями. Никакого не было равенства в разделе.

P. 361

Les vertus chrétiennes & la saine doctrine, dont il resta toujours quelques traces, déposoient contre les vices dominans. On abusoit de la religion, ou faute de la bien connoitre, ou parce que les passions [p. 362] abusent de tout. Le sacerdoce faisant un corps séparé, ayant des intérêts particuliers, ayant été presque affranchi des lois civiles, exerçant en partie le pouvoir législatif, étant maître absolu de l’enseignement, gouvernant les consciences à son gré, commandant sous le nom de Dieu à des hommes qui ne raisonnoient point, qu’on empêchoit même de raisonner ; avec tous ces avantages, comment les prêtres, comment les pontifes, en des siècles corrompus, n’auroient-ils pas tenu les nations dans une espèce de servitude ?

C. 446

Христианские добродетели и святое его учение, от коих еще оставались всегда некоторые следы, вопиют против господствующих пороков. Сия святая вера употреблялась во зло либо по недостатку знания в оной, либо для того, что страсти людские повреждают самые лучшие узаконения. А понеже священный чин учинял из себя отделенное сословие, имел особливые выгоды, почти освобождался от гражданских законов, исполнял некоторым образом власть законодателей, был самовластным господином в учении, управлял по своей воли совестями, и повелевал именем Божиим таким людям, кои не могли и не смели рассуждать: то со всеми сими выгодами и в сии развращенные веки как же можно было, чтоб священники, а особливо священноначальники, не держали все народы в некотором роде рабства?

P. 228

Se maintenir [p. 229] sur le trône d’Angleterre malgré les dégoûts de la nation, malgré les efforts du monarque le plus puissant de l’Europe ; gouverner la Hollande sans despotisme, & néanmoins avec une sorte d’autorité absolue fondée sur l’estime & la confiance ; diriger par une profonde politique les conseils des cours étrangeres <…>.

C. 370

Удерживал себя на Англинском престоле при отвращении к нему целаго народа, не взирая на толикие поиски самаго мощнейшаго Государя в Европе; по воле своей управлять Голландиею без самовластительства, однакоже с некоторым родом полномочия, основывавшимся на почтнении к нему и доверенности; распоряжать пособием мудрой политики советами чужестранных дворов <…>.

P. 319

Etant allé voir le tombeau du Cardinal de Richelieu dans l’Eglise de Sorbonne ; il s’arrêta bien moins à considérer ce chef-d’œuvre de sculpture, que les traits du visage de ce Ministre, dont le nom étoit dans l’Europe. Saisi d’un transport dont il ne fut pas le maître, il embrassa sa statue, en s’écriant : « Grand homme, je t’aurois donné la moitié de mes Etats, pour apprendre de toi gouverner l’autre. »

C. 74

Взирая на Гробницу Кардинала Ришелье в Сорбонской Церкве, остановился Он не столько для созерцания превосходной скульптуры ея, сколько для рассмотрения черт лица сего великого и славного всей Европе Министра. Объемлем будучи восторгом, коего преодолеть был не в [c. 75] силах, обнял его истукан и изрек: Великий человек! я бы тебе отдал половину своего Государства, что бы научиться от тебя управлять другою.

C. 76

340. Ибо народ есть как бы некоторый род политической супруги, [с. 77] которою управляет он более благоразумием, нежели насилием.

S. 264

Wenn die Ersten im Staate, denen der Fürst einen großen Theil seiner Gewalt übertragen hat, Bedienstungen nur nach Gunst vertheilen, oder für Geld hingeben, sind sie für das Land, das sie verwalten, das größte Unheil.

Indem sie so die Stellen an den Meistbiethenden verhandeln, begehen sie gegen den Staat das unverzeihlichste Unrecht, denn das Sprichwort: Wer ein Amt kauft, verkauft bin wieder die Gerechtigkeit, trift! Leider, nur zu oft ein.

Diese Dienstkäufer wuchern gewöhnlich mit der Gerechtigkeit, saugen den Unterthan aus, und [S. 265] verhandeln das Wohl des Fürsten, und des Landes, so oft sie können. Die Summe, die sie für den Dienst hingaben, bringen sie bald wieder durch Erpressung, Betrug und Untreue herein; aber das wäre noch das Geringste; viele gehen es darauf an, nicht für sich allein, sondern für die ganze Familie, Enkel und Urenkel, und eine ganze Generation Schätze zu sammeln.

C. 309

Ежели первые в государстве, коим Государь поручил большую часть власти своея, раздают служения по одной благосклонности или за [c. 310] деньги, приносят великой вред управляемой ими стране

Они, раздавая места тем, которые большие приносят подарки, делают государству непростительную обиду; ибо часто к сожалению сбывается сия пословица: кто покупает чин, продает правду

Сии покупщики мест обыкновенно отдают в лихву справедливость, изнуряют подчиненных и разрушают благосостояние отечества, когда только могут. Ту сумму, которую они отдали за место, скоро выручают угнетением, обманом и неверностию. Но сие еще не столь важно: многие в сем случае поступают так, что не только для одних себя собирают сокровища, но для целой фамилии, для внуков и правнуков и для целаго поколения.

P. 142

Un Souverain ne sauroit rien faire de plus utile, que d’inspirer à sa Nation une grande idée d’elle-même. Il faut qu’un Peuple s’attache à sa Patrie, même par orgueil.
L’homme de génie ne sauroit gouverner un Etat sans fermeté ; et c’est précisément cette fermeté qui fait le malheur d’un Etat qouverné par un homme sans génie.

C. 147

От внушений Государя зависит, чтоб народ привержен был к своему отечеству, даже с некоторою гордостию.
Умный человек не может управлять государством без твердости, и сия-то твердость служит погибелию для государства, управляемаго человеком неразумным.

Нашли опечатку?
Выделите её, нажмите Ctrl+Enter
и отправьте нам уведомление. Спасибо за участие!