повелительная власть

.term-highlight[href='/ru/term/povelitelnuu-vlast'], .term-highlight[href^='/ru/term/povelitelnuu-vlast-'], .term-highlight[href='/ru/term/povelitelnoi-vlasti'], .term-highlight[href^='/ru/term/povelitelnoi-vlasti-']
Оригинал
Перевод
P. 169

§. 7. Coeteru patres familias, qui nondu in civitates succeerant, in domo sua aliquod instar principum gerebant. Inde & liberi, in eorum familia adhuc hærentes, ipsorum imperium tanquam summum venerari debebant. Verum postea imperium istud familiare, (uti & alia jura,) ad usum & decus civitatum fuit attemperatum; & alicubi multum, alicubi parum de eo patribus fuit relictum.

C. 373

7. Обаче отцы, пока в гражданское житие не вступили, по елику были главы и началники своих фамилий, в дому своем некую, аки повелителную власть имеяли. И по тому чада в их фамилии тогда живущие, их повелителство, аки высочайшее почитать долженствовали. А когда уже оное повелителство отеческое, (якоде и другия права) по законам гражданским стало быть умеренно, [c. 374] тогда в инных граждансствах болше, а в инных менше повелителства отцем осталося. 

S. 288

Mit seinen Untergebnen wie der Despot mit seinen Sklaven leben; nur durch halbverständliche Winke mit ihnen reden, durch Blicke; sie nie ansehen, als nur durch einen Furienblick sie in Furcht und Angst zu setzen; ihrer Schüchternheit immer einen kalten, rauhen Barbar, und ihrer menschlichen Eigenliebe den harten Gebieter entgegen stellen; alles was man möglich verlangen kann, sich leicht in Kopf setzen, und von ihnen als Kleinigkeit begehren; in Befehlen, die man ihnen giebt, weder eine Vorstellung, noch Entschuldigung annehmen; in allem nur seine Laune und seinen Eigenwillen zu Rath ziehen, nie ihre Talente und ihre Kräfte; oft mit dem demüthigenden Tone einer empörenden Oberherrschaft [S. 289] das bittere Lächeln der Verachtung verbinden; […].

C. 338

Жить с своими подчиненными, как деспоту с рабами; говорить с ними только полупонятными минами и взглядами; взирать на них не иначе, как взором фурии, и только для того, чтоб привесть их в ужас и трепет; представлять всегда робкости их холоднаго и дикаго варвара, а человеческому [С. 339] самолюбию их жестокаго повелителя; все, чего только пожелать можно, влагать себе в мысль и требовать от них как безделицы; в даемых им повелениях не принимать от них ни представления, ни извинений; во всем сноситься с своими только прихотями и своеволием, а никогда с их дарованиями и силами; часто с унизительным тоном повелительной власти соединять горькую улыбку презрения; […].

Нашли опечатку?
Выделите её, нажмите Ctrl+Enter
и отправьте нам уведомление. Спасибо за участие!