владетель

.term-highlight[href='/en/term/vladetelei'], .term-highlight[href^='/en/term/vladetelei-'], .term-highlight[href='/en/term/vladetelem'], .term-highlight[href^='/en/term/vladetelem-'], .term-highlight[href='/en/term/vladeteli'], .term-highlight[href^='/en/term/vladeteli-'], .term-highlight[href='/en/term/vladetel'], .term-highlight[href^='/en/term/vladetel-'], .term-highlight[href='/en/term/vladetelya'], .term-highlight[href^='/en/term/vladetelya-'], .term-highlight[href='/en/term/vladetelya-1'], .term-highlight[href^='/en/term/vladetelya-1-'], .term-highlight[href='/en/term/vladetelyam'], .term-highlight[href^='/en/term/vladetelyam-'], .term-highlight[href='/en/term/vladetelu'], .term-highlight[href^='/en/term/vladetelu-'], .term-highlight[href='/en/term/vladeteli-1'], .term-highlight[href^='/en/term/vladeteli-1-'], .term-highlight[href='/en/term/vladetel-1'], .term-highlight[href^='/en/term/vladetel-1-'], .term-highlight[href='/en/term/vladetelei-1'], .term-highlight[href^='/en/term/vladetelei-1-']
Original
Translation
P. 146

*Quemadmodum autem* prisci Imperatores Persici & magnitudine [P. 147] Regnorum, & virium potentia prae multis aliis Orientis Regibus eminebant, pari ratione & peculiari capitis insigni ab aliis Regibus sese distinguisse deprehendimus. <...> *illud Persarum Imperatoribus* fuit Tiara, *quae & Κυρβασία,* propriove nomine Citaris seu Cidaris dictum fuit <...> *doctissimus in Antiquitatibus Persicis* Brissonius, *ex Hesychio* probatum dedit.

 

** отмеченный текст отсутствует в переводе

л. 32

Персицкие мона[р]хи древние величеством своего Г[о]с[у]д[а]р[с]тва и силами были о[т]менны о[т] протчих восточных стран владетелеи того ради знамения мона[р]шеская о[т]менная о[т] них на главах своих носили *и собственным образом деланы были,* и назывались собственным званием, тиара, или цыдара, *то есть клобук или камилавка* по свидетелству *многих историков а наипаче* бри[с]сония.

 

** отмеченный текст отсутствует в оригинале

S. 835

Sie wurden 1736 durch die zwischen dem römischen Kaiser und Frankreich getroffenen vorläufigen Friedensartikel, und 1736 vom Kaiser und Reiche als Afterlehn der unmittelbaren Bothmäßigkeit des Königes von Sardinien überlassen, welcher sie dagegen als kaiserliche und Reichslehen zu erkennen haben solle; es wurden auch die Vasallen und Unterthanen durch einen kaiserlichen Befehl [S. 836] angehalten, ihre Lehen nicht mehr unmittelbar vom Kaiser und Reiche, sondern als Reichs-Afterlehen von dem Könige von Sardinien zu empfangen, und demselben als Landsherrn zu huldigen und unterthänig zu seyn. Das den Friedens-Präliminarien damals angehängte Verzeichniß dieser langhischen Güter lautet also: […]

С. 121

Оне в 1736 по силе прелиминарных мирных пунктов, между Римским Кесарем и Франциею положенных, и в том же годе от Кесаря и Империи, как препоручительная ленная маетность [с. 122], уступлены Сардинскому королю в не посредственное подданство, которыя сей напротив того за Кесарския и Имперския ленныя маетности признать был должен; так же вазалам и подданным объявлено Кесарское повеление, что ленныя их земли больше уже не зависят не посредственно от Кесаря и Империи, но как препоручительныя ленныя маетности принимать они от Сардинскаго Короля, и ему, как владетелю, присягать и подчиненными быть имеют. Присоединенный тогда к прелиминарным мирным пунктам список сих Лангийских земель значит тако: […]

Италия (1776)
Антон Фридрих Бюшинг
P. 457

Finissons: toutes les sources de richesses coulent pour l'Etat, mais il en est où le Prince ne doit jamais puiser. La décence même le défend aux grands. […] La Justice est le plus riche & le plus inépuisable trésor de l'Etat. C'est cet inestimable trésor qu’un Prince doit augmenter sans cesse: il ne sera jamais vraiment riche que par lui. La splendeur de l'Etat est le fruit de la sagesse & de la vertu du Prince.

С. 204

Окончаем. Всякие источники богатств текут для государства, владетель же не должен никогда почерпать из них. Благопристойность тоже возбраняет и вельможам. […] Правосудиe есть неизмеримый и неизчерпаемый источник богатств государства. Таковое-то неоцененное сокровище должен безпрерывно приращать Владетель. Оно богатеет самою вещию им одним. Величие государства есть плод мудрости и добродетели Государя.

P. 326

Les troupes Hanovriennes entrerent dans les Etats du Duc de Meklembourg, mais les troupes du Czar les en chasserent : une escadre de sa flotte se signala contre une escadre Suédoise, dans un combat opiniâtre. Le nouveau Roi de Suede demanda une suspension d’armes, & il l’obtint par la médiation de M. le Duc d’Orléans, Régent de France. Un Congrès s’assembla à Neustad en Finlande : mais comme les escadres du Czar menaçoient toujours la Suede, on lui céda tout ce qu’il avoit conquis. Ainsi il resta Souverain de la Livonie, de l’Estonie, de l’Ingrie, de la Carelie, du pays de Vibourg & de plusieurs lacs. La paix de Neustad fut signée le 10 Septembre 1721 : des fêtes de toute espece signalerent cette paix & la joie des peuples. Le Czar délivré des inquiétudes de la guerre, se livra tout entier à la réforme de son Empire pendant les années suivantes.

C. 83

Войски Ганноверские вошли в области Герцога Мекленбургскаго; но Российския их оттуда выгнали. Эскадра Российская также отлично себя оказала в жестоком сражении против Шведской. Новый Шведский Король просил перемирия, и получил оное посредством Герцога Орлеанскаго, Регента Франции. На конгресс собралися в Нейштаде [с. 84] в Финландии; но как флот Российский всегда угрожал Швеции, то России уступлено было все то, что оною завоевано. И так Петр Великий остался владетелем Лифландии, Эстландии и Ингерманландии, Карелии, Выборгскаго уезда и многих озер. Мирные договоры в Нейштаде были подписаны 10 Сентября 1721 года: празденства торжественныя и радости народныя прославили оный мир. Петр избавившись военных беспокойств, предался единственно попечению о назидании всеобщаго блага в своей Империи.

S. 83

334. Wenn der Herscher gerecht ist, so darf er strenge seyn: sonst schadet er sich selber durch Strenge; und wenn er auch das Volk überwältigt, so gewinnt er doch nichts da wo sein Volk einbüßt.

C. 76

334. Ежели владетель правосуден, то может, он к правосудию присовокупить и строгость; но только оная не безвредна бывает для него самаго. Ежели он принуждает народ насильственно, то не получит из того никакой пользы, кроме того, что народ придет чрез тo в упадок.

S. 83

335. Fürsten müssen keine Leidenschaft, in ihrer Regierung äußern, und auch nicht weiter ahnden als so weit Staatskunst und Religion es erfordern.

C. 76

335. Владетели не должны в правлении народом удовлетворять своим cтрacтям, а должны себя вести так, как требует политика и закон.

S. 84

339. Der Fürst, der gegen das Volk in Haupt-Sachen gerecht, und in Kleinigkeiten verbindlich und gefällig ist, wird sich seine Liebe und Treue gegen die ganze Welt, erwerben und sichern.

C. 76

339. Владетель, наблюдающий для народа в важнейших случаях правосудиe, и угождающий оному тем же самым и в маловажных случаях, обретает любовь и верность от всех своих подданных, во всем безопасен бывает.

S. 84

341. Wo aber der Regent partheiisch, und auf schlimme oder schlechte Absichten bedacht ist, da büßt er sein Ansehen beym Volke ein, und giebt dem Pöbel Gelegenheit, seine Herschsucht zu vergnügen; und legt also seinem Volke einen Stein des Anstoßes in den Weg.

C. 77

341. Ежели владетель не обходителен и заражен худыми предприятиями, то тогда теряет он достоинство свое у народа и подает oному случай к удовлетворению его самовластию [sic]; таким образом поступая, кладет на дорогу для народа своего камень соблазна.

S. 84

342. Wahr ists, wo ein Unterthan populärer ist, als der Fürst, da läuft der Fürst Gefahr: es ist aber auch eben so wahr, [S. 85] daß er sichs selber zu danken hat: denn niemand hat eben so große und viele Mittel, und Beweggründe sich die Liebe des Volks zu erwerben und zu sichern als der Fürst.

C. 77

342. *Справедливо, что владетелю необходимо должно быть ласкову и снисходительну, что самое служит к безопасности*, и за что он сам себе в таком случае обязан; ибо никто не имеeт столько средств и причин к приобретению от народа любви и быть самому безопасну, как владетель.

[Примечание: выделенная * * часть переведена очень неточно]

S. 85

343. Etwas unbegreifliches ists, wie gewiße Fürsten lieber gefürchtet als geliebt seyn wollen; *) da sie doch sehen, dass Furcht einen Fürsten nicht öfter gegen das Misvergnügen seines Volks sichert, als Popularität einen Unterthan für einen solchen Fürsten zu mächtig macht.

*) oderint dum metuant

C. 77

343. Несколько непонятно, что некоторые владетели охотнее желают, чтоб их боялись, нежели любили; они так говорят: оdеrint dum mеtuаnt: пускай ненавидят, только бы боялись. Они того не воображают, чтo страх не чаще владетеля делает безопасным от народнаго неудовольствия, как и подданнаго весьма сильным и дерзким делает против такого владетеля.

S. 125

Ein vorher unbekanntes Volk, das aus 12 Stämmen und 120000 Mann bestund, überwältigt seine Oberherrn, die Meder, die bereits über Assyrien herrschten; verschlingt allmälig die benachbarten Reiche, Lydien, Babylon, und Aegypten; und herrschet zuletzt über ganz Vorder-Asien (nur Arabien ausgenommen) bis nach Indien und in [S. 126] die Bucharei hinein. Das erste Volk in Asien, das in Europa Eroberungen wagte: aber hier scheiterte seine Macht, anfangs an den ihm verächtlichen Scythen; und nachher an den damals noch unbeträchtlichen Griechen, für die es eben das wurde, was die Ungern für Deutschland.

С. 119

Неизвестный прежде народ, состоявший из 12 поколений и 120000 человек мужескаго пола, преодолевает своих владетелей, Мидян, обладавших уже Ассириею; порабощает себе мало помалу соседственныя государства, Лидию, Вавилон и Египет, и господствует наконец над всею переднею Азиею (выключая только Аравию) даже до Индии и Бухарии. Первый народ в Азии, который отважился на завоевания в Европе: но здесь сокрушилась сила его сперва от презренных им Скифов, а по том [sic!] от маловажных еще тогда Греков, для коих учинился оный то же самое, что Венгры для Германии.

Представление всеобщей истории (1791)
Август Людвиг фон Шлецер
S. 82

<...> und Hertzog Birger sehr alt war kunte er doch nicht übers Hertze bringen das Regiment abzulegen biß er endlich nachdem er 15. Jahr solches verwaltet auff Wiesingsö gestorben [тип. марг. 1206 — опечатка вм. 1266] hinterlassende vier Söhne als Waldemar König in Schweden Magnum Hertzog in Sudermanland Ericum in Smaland und Benedictum in Finnland. Unter welchen nachmals eine grosse Uneinigkeit erwachsen ist so wohl zu ihrem eigenen als des Vatterlandes höchsten Schaden. Und zwar hielte ein jeder unter ihnen Hof und sonderlich that es Hertzog Magnus an Pracht dem Könige selbst gleich übertraff auch denselben in allen ritterlichen Ubungen war von Natur freygebig und freundlich gegen männiglich deßwegen sich auch die Besten und Vornehmsten von Adel an seinen Hof begaben daraus König Waldemar einen grossen Verdacht geschöpffet <...>

л. 74 об.

<...> а о[те]ц [л. 75] его владетель Биръер велми стар стал и тем ц[а]р[с]твом [15] лет владел и [1206]м году умер, и после себе четырех сыновей оставил именами Валдемаром королем швецким, Магнум владетелем в жидермагланскую землю, Ерикум в смаланскую землю, Бенедиктом финланскую землю, а после смерти о[т]ца их, ме[ж]ду ими великая недружба стала, однако им, самим на разорение, и всяк себе особно двором жил, однако наипаче владетелем Магнус себе уборство имел, и жил славно бут[т]о сам король, и также и сам был учоной ч[е]л[о]в[е]к и о[т] природу милостив и милосерд ко всякому [л. 75 об.] человеку, и ради того которыя нарочитыя шляхты были, ему во двор задалися, и о том король Валдемар велми думу имел <...>

Have you found a typo?
Select it, press CTRL+Enter
and send us a message. Thank you for your help!