закон

.term-highlight[href='/en/term/zakonam'], .term-highlight[href^='/en/term/zakonam-'], .term-highlight[href='/en/term/zakony'], .term-highlight[href^='/en/term/zakony-'], .term-highlight[href='/en/term/zakon'], .term-highlight[href^='/en/term/zakon-'], .term-highlight[href='/en/term/zakon-1'], .term-highlight[href^='/en/term/zakon-1-'], .term-highlight[href='/en/term/zakonov'], .term-highlight[href^='/en/term/zakonov-'], .term-highlight[href='/en/term/zakona'], .term-highlight[href^='/en/term/zakona-'], .term-highlight[href='/en/term/zakony-1'], .term-highlight[href^='/en/term/zakony-1-'], .term-highlight[href='/en/term/zakonom'], .term-highlight[href^='/en/term/zakonom-'], .term-highlight[href='/en/term/zakonu'], .term-highlight[href^='/en/term/zakonu-'], .term-highlight[href='/en/term/zakonami'], .term-highlight[href^='/en/term/zakonami-'], .term-highlight[href='/en/term/zakonam-1'], .term-highlight[href^='/en/term/zakonam-1-'], .term-highlight[href='/en/term/zakonami-1'], .term-highlight[href^='/en/term/zakonami-1-'], .term-highlight[href='/en/term/zakonom-1'], .term-highlight[href^='/en/term/zakonom-1-'], .term-highlight[href='/en/term/zakone'], .term-highlight[href^='/en/term/zakone-'], .term-highlight[href='/en/term/zakonah'], .term-highlight[href^='/en/term/zakonah-'], .term-highlight[href='/en/term/zvkonov'], .term-highlight[href^='/en/term/zvkonov-'], .term-highlight[href='/en/term/zakony-2'], .term-highlight[href^='/en/term/zakony-2-'], .term-highlight[href='/en/term/zakon-2'], .term-highlight[href^='/en/term/zakon-2-'], .term-highlight[href='/en/term/zakonu-1'], .term-highlight[href^='/en/term/zakonu-1-'], .term-highlight[href='/en/term/ukazy-i-zakony-1'], .term-highlight[href^='/en/term/ukazy-i-zakony-1-'], .term-highlight[href='/en/term/zako-n'], .term-highlight[href^='/en/term/zako-n-'], .term-highlight[href='/en/term/zakono-v'], .term-highlight[href^='/en/term/zakono-v-']
Original
Translation
P. 19

Nous n’avons pas fait les Loix ni les Coûtumes ; aussi n’avons-nous pas droit de les reformer : Châcun en particulier a son sens et sa conduite, et châque Nation a aussi ses usages qui lui sont propres ; c’est à nous à suivre ceux de nôtre païs <…>.

С. 15

Не мы законы, правила и уставы зделали, не нам их и переменять; да и токмо им повиноваться.

Совершенное воспитание детей (1747)
Жан Батист Морван де Бельгард
P. 104

Je sai bien que l’Aristocratique n’a été fait que pour elle, et qu’ainsi elle le devroit considerer comme son centre ; mais à le bien prendre les Nobles de cette sorte d’Etat ne sont redevables de leur bonheur, qu’à leur naissance. S’ils gouvernent les Peubles [sic!] ils sont étroittement liez par leurs Loix, leur forme de vivre est plein de grimace [p. 105] et de circonspection, s’ils s’élevent, c’est plûtôt par ancienneté que par vertu ; et quoi qu’ils fassent pour leur République, ils n’ont pas grand part à sa fortune.

Au contraire dans l’Etat Monarchique, comme les Rois ne reconnoissent rien au dessus d’eux que leur Justice et leur raison, ils ont droit d’élever ceux qui le meritent, ou qui leur plaisent. D’un Roturier ils en sont un Noble, et d’un Gentilhomme un grand Seigneur <…>.

С. 67

Знаю, что и Аристократическое правительство для шляхетства ж зделано; но ежели о таком правительстве прямо рассудить, то законы их мужика и дворянина равно вяжут, также подданные Королю своему как помазаннику божию почтения не очень много, а послушания и того меньше отдают; в чем собственное народа нещастие, и главное разорение состоит. А самодержавный государь, как самовластная государству своему глава; кроме бога и правды ничего выше себя не признавая, волю и право имеет всех тех возвышать, которые того достойны или годны. Из подлости производить в шляхетство, а из бедного дворянства в  [с. 68] Министры и вельможи жалует.

Совершенное воспитание детей (1747)
Жан Батист Морван де Бельгард
P. 224

Grand Juge, Grand Magistrat, Grand Conseiller pour lui-même, et pour les autres, Grand observateur des Loix, Grand dans tous ses desseins et dans toutes ses actions.

С. 122

Великой судья, великой гражданин, великой советник себе, и другим: великой хранитель законов, а притом во всех своих делах и намерениях велик.

Совершенное воспитание детей (1747)
Жан Батист Морван де Бельгард
Р. 35

(10) 

Ce ne sont point les lumieres des sujets que le Prince doit craindre, c’es leur ignorance. Celle des Lettres est toujours suivie de celle des Loix, comme celle-ci l’est de celle des devoirs. Le savoir rend tranquile, fournit une douce occupation, & éclaire sur les suites de l’indocilité ; mais les gens peu insruits & les gens oisife sont également dangereux dans un Etat. Le Gouvernement n’a autre objet que de rendre les homes heureux ; & il est si utile aux hommes, que tous les avantages dont ils jouissent sur la terre, leur fortune, leur honneur, leur vie en dépendent.

L’homme d’état, par Nicolo Donato. T. 1 (1767)
Nicolò Donà (Donato), Jean-Baptiste-René Robinet
Л. 15

Примечание (10)

Государь не просвещения подданных своих страшится должен, но невежества их. Ученость всегда предшествует знанию законов, и неразрывно сопрягается с исполнением должностей. Просвещение делает спокойным, доставляет приятное упражнение и показывает пагубныя следствия грубости; праздные не всегда весьма вредны для Государства. Как правление не имеет другаго предмета, кроме того, чтоб сделать людей счастливыми, то и нужно для них, чтоб все выгоды, [л. 15 об.] коими они пользуются на земли богатство, честь и жизнь их от онаго зависили [sic].

Статской человек (1786)
Николо Дона (Донато), Жан-Батист-Рене Робине
P. 54

§VII. Origine de la Monarchie

D’abord, il es vraisemblable que la Monarchie a été établie d’un consentement unanime de Peuples encore grossiers, qui se voyant en proie aux dissentions intestines, faute d’une bonne police, ou aux guerres externes, par déſaut de discipline militaire, auront résolu de se soumettre à la conduite de quelqu’un d’entre eux, d’une prudence reconnue, qui leur donnant des loix, & employant à propos chaque sujet, aura arrêté le cours des maux que souffroit la nation, & qui auroient augmenté sans cet heureux expédient ; & il est naturel de croire qu’on récompense des avantages dûs aux soins de cet homme choisi, on lui ait ſait hommage des personnes & des biens des Peuples ; en sorte que de Législateur, il soit devenu, par cette donation volontaire, l’arbitre souverain de la vie de ses semblables, & le maître absolu de leurs possessions ; mais a certaines conditions, & avec des resrictions qui assuroient le bien général.

L’homme d’état, par Nicolo Donato. T. 1 (1767)
Nicolò Donà (Donato), Jean-Baptiste-René Robinet
Л. 22

Происхождение Монархии

Сперва всего вероятным кажется что Монархия составилась от единодушнаго согласия народов, еще грубых, которыя видя себя терзаемых от внутренних раздоров, за недостаток добраго порядка или от внешних браней, за не имением воинскаго учения, решились покориться управлению единаго из сограждан своих, наиболее отличающагося благоразумием, которой подавая им законы истате употребляя каждаго из поданных своих, остановил течения зол тем народом претерпеваемых, как без сего счастливаго средства уврачевания неминуемо умножилось; можно думать что в [л. 22 об.] награду польз должных попечениям сего избраннаго человека принесли ему в жертву личность и имущество народов; так что из законодателя, чрез сие произвольное дарование, соделался он самодержавным властелином над жизнию себе подобных, и обладателем их имений; с некоторыми при том условиями и ограничением обезпечивающим общественное благо.

Статской человек (1786)
Николо Дона (Донато), Жан-Батист-Рене Робине
P. 57

§ХVIII. Ochlocratie

De plus, une République dégénere en Ochlocratie, quand le Peuple & la Noblesse refusent d’obéir aux loix, & cessent de garder l’ordre, les formalités & les termes établis pour l’élection & la déposition des Magistrats. Tel fut le mauvais Gouvernement de Rome sous les Decemvirs, lorsque les Grands pretendoient envahir l’autorité suprême par la force, & non plus l’obtenir par la liberté des suffrages. La Démocratie souffre aussi cette altération, lorsque la dissention se met entre le Peuple & la Noblesse, soit que la Noblesse dédaigne de concourir avec le Peuple, au bien commun, ou que le Peuple se détache de la Noblesse ; comme il arriva lorsque le Peuple Romain se sépara des Nobles, & se retira sur le mont Aventin.

L’homme d’état, par Nicolo Donato. T. 1 (1767)
Nicolò Donà (Donato), Jean-Baptiste-René Robinet
Л. 24 об.

Охлократия или многовластие

Республика перераждается в Охлократию, когда народ и дворянство отрекаются от повиновения законам и престают наблюдать порядок, обряды и сроки назначенныя для избирания и отрешения судей. Такое худое правление было в Риме при децемвирах, когда вельможи хотели силою получать главное начальство, а не воле голосов. Демократия также претерпевает сию перемену. Когда вкореняется раздор между народом и дворянством, либо по причине пренебрежения дворянства споспешествовать купно с народом общему благу, либо по причине отделения народа от дворянства, как то случилось в то время когда Римской народ оставив знатных, удалился на Авентинскую гору.

Статской человек (1786)
Николо Дона (Донато), Жан-Батист-Рене Робине
P. 59

§ХХI. Essence du Gouvernement, la même dans tous les systemes.

Quelque variés que soient ces systèmes, il es constant qu’ils se ressemblent tous les uns aux autres, en ce qui fait l’essence du Gouvernement. Or, le point essentiel, qui réunite les divers systèmes, c’est (comme on peut l’inférer du Chapitre précédent) la puissance de porter des loix & de faire des décrets, qui réside dans tous les Gouvernemens soit Monarchiques ou Républicains, avec cette seule différence que dans la Monarchie elle réside en un seul, au lieu qu’elle appartient à plusieurs dans la République, savoir à tous, ou seulement à un nombre limité. Du reste cette différence bien appréciée se réduit à bien peu de chose, puisque dans la République le Peuple, ou les Grands constituent le Souverain, comme le Monarque l’est dans son Royaume.

L’homme d’état, par Nicolo Donato. T. 1 (1767)
Nicolò Donà (Donato), Jean-Baptiste-René Robinet
Л. 25 об.

Сущность правления во всех системах одинакова

Коль бы различны ни были системы, но непременно уподобляются друг другу в том, что составляет сущность правления. Того  ради самоважнейший пункт, соединяющий между собою разныя системы, есть (как то из следующей глав усмотреть можно) власть давать законы и производить суды, которая обретается во всех правлениях, как в монархическом, так и в республиканском с тою только разностию, что в монархии оная пребывает в одном, в Республике во многих, то есть во всех или только в известном числе людей. Впрочем сия разность весьма не велика, ибо в Республике народ, или вельможи составляют Государя, а Монарх есть уже таков в своем Государстве.

Статской человек (1786)
Николо Дона (Донато), Жан-Батист-Рене Робине
Р. 87 

Notes sur le chapitre II

(2)

Le célebre Auteur de l’Esprit de loix admet trois espèces de Gouvernement, le Républicain, le Monarchique & le Despotique, dont il donne les trois définitions suivantes : Le Gouvernement Républicain est celui où le peuple en corps, ou seulement une partie du peuple a la souveraine puissance: le Monarchique, celui où un seul gouverne, mais par des loix fixes & établies au lieu que dans le Despotisme, un seul, sans loi & sans regle, entraine tout par sa volonté & par ses caprices. De l’esprit de loix Liv. I1. Chap. I.

On a très-bien observé que cette division étoit inexacte, en ce que le Despotisme qui est la corruption d’un Gouvernement quelconque, ne peut pas être regardé comme une espece particuliere C’est une erreur de s’imaginer qu’il n’y ait que la Monarchie qui puisse dégénérer en Despotisme. Le Despotisme peut avoir lieu sous le Gouvernement de plusieurs comme sous celui d’un seul. Il peut arriver que dans la République aristocratique, les chefs, sans loi & sans regle, entrainent tout au gré de leurs caprices. Et qu’est-ce en effet que l’Olygarchie, sinon le Despotisme de plusieurs ? Qu’est-ce encore que ce qu’on nomme Politie, sinon le Despotisme de tous ? Ainsi le Despotisme peut non seulement se trouver dans un Etat Monarchique, mais encore dans l’Aristocratie, & même la Démocratie la plus formelle.

L’homme d’état, par Nicolo Donato. T. 1 (1767)
Nicolò Donà (Donato), Jean-Baptiste-René Robinet
Л. 27

Примечания на вторую главу

Примечание (1)

Славный писатель О разуме законов полагает три рода правлений Республиканское, Монархическое и Деспотическое, которым следующия даст знаменования: «Республиканское правление есть то где народ весь или только некоторая часть его верховную власть имеет: Монархическое есть то, когда одна особа управляет, но по установленным неподвижным законам; деспотическое имеет то различие, что одна особа всякаго закона и правил владычествует над всеми по своей воле и прихотям. О разуме законов. Книга II, Глава 1.

Справедливо заметили, что определение сие было не исправно, потому что деспотизм не иное что есть как испорченное какое либо правление и не должен полагаем быть в особенном роде. Неправильно думать, чтоб одна токмо Монархия могла обратиться в деспотизм. Деспотизм может быть в правлении многих также как и одного. Случит[ь]ся может, что в Аристократической республике начальники, не имея правил, ни законов поступают по произволении своих прихотей. Что же такое олигархия как не деспотизм многих? Что такое полития как не деспотизм всех? И потому деспотизм может не только обретаться в Монархическом Государстве, но равно в Аристократическом и даже в самом точном Демократическом.

Статской человек (1786)
Николо Дона (Донато), Жан-Батист-Рене Робине
P. 97

§VIII. Cette cinquieme branche d’Administration commande & dirige les quatre autres

La Politique commande & dirige les quatre autres branches de l’Administration. Car elle a pour objet d’introduire & de maintenir un bon ordre dans l’Etat, d’y faire observer les loix, de punir ceux qui les violent, ce qui concerne l’exercice de la justice criminelle ; d’y établir une bonne & exacte police ; d’assurer à chacun la possession de ce qui lui appartient légitimement, afin que personne ne soit lesé dans ses intérêts particuliers, ce qui regarde l’exercice de la justice civile ; de faire fleurir l’Etat, d’y entretenir l’opulence, ce qui a rapport à l’économique ; enfin de rendre l’Etat formidable & respectable à ses voisins, ce qui concerne l’entretien des troupes & l’exercice de l’art militaire. Elle s’occupe de tous ces objets en grand: elle veille, par exemple, à ce que les Magistrats ne mettent ni trop de foiblesse ni trop de rigidité dans l’Administration de la justice criminelle ou civile. Mais elle n’est pas bornée au Gouvernement intérieur de l’Etat. Elle sait une de ses principales affaires de la conduite qu’il convient de tenir avec les Cours étrangeres.

L’homme d’état, par Nicolo Donato. T. 1 (1767)
Nicolò Donà (Donato), Jean-Baptiste-René Robinet
Л. 32 об.

Сия пятая отрасль управления руководствует и повелевает четырьми другими.

Политика руководствует и повелевает другими четырмя отрасльми управления. Ибо метою ее есть введение и содержание добраго порядка в государстве, старание о наблюдении в нем законов и о наказании нарушающих оные, что особенно принадлежит к производству уголовнаго судилища; учреждение исправной полиции, которая б обеспечивала каждаго во владении законно ему принадлежащаго, дабы никто не  обижен был в частных своих пользах, что относится к производству гражданскаго суда; приведение [л. 32об.] государства в цветущее состояние; содержание в оном изобилия, что касается до домоводства; наконец, соделание государства страшным и почтенным для своих соседей, что следует к устройству войск и к военной науке. Она занимается общественно всеми предметами: она надзирает, например дабы судии в уголовном или гражданском суде не делали излишняго послабления и не приозводили чрезмерной строгости. При всем том политика не ограничивается на внутреннем правлении государства, главнейшее ея упражнение состоит в том, как поступать приличнее и c иностранными державами.

Статской человек (1786)
Николо Дона (Донато), Жан-Батист-Рене Робине
P. 101

Notes sur le chapitre III

(2)

Second moyen : polir une Nation & en étendre les lumieres

Voulez-vous prévenir les crimes ! Faites que les lumieres accompagnent la liberté. A mesure que les connoissances s’étendent, les maux qu’elles entraînent diminuent, & les avantages qu’elles apportent deviennent plus grands. Au lieu que l’ignorance & l’abrutissement sont des causes de toutes sortes de désordres. Quand les hommes manquent de principes, il n’y a que la crainte des supplice les plus cruels qui puisse les tenir en bride. Les moeurs s’adoucissent à mesure que l’esprit s’éclaire. Devant les lumieres répandues avec profusion dans une nation, on voit disparoître la cruauté & la fraude, trembler l’autorité lorsqu’elle est desarmée de raisons, & demeurer immobile la seule force des loix. Il n’y a point d’homme éclairé qui n’aime les conventions dont l’utilité, est claire & connue, & qui sont les fondemens de la sureté publique ; parce qu’il compare ce peu de liberté inutile dont il s’est dépouillé, avec la somme de toutes les autres libertés dont les autres hommes lui ont fait le sacrifice & qui, sans les loix, pouvoient s’aimer & conspirer contre lui. Quiconque a une ame sensible, jettant un regard sur un code de bonnes loix, & reconnoissant qu’il n’a perdu que la funeste liberté de nuire à ses semblables, sera forcé de bénir le trône & celui qui l’occupe. Quel est le Peuple le plus méchant ? C’est, à coup sûi, le plus ignorant & plus superstitieux, celui qui, avili par sa crasse ignorance, se refuse opiniâtrément aux efforts des Sages qui cherchent à l’éclairer.

L’homme d’état, par Nicolo Donato. T. 1 (1767)
Nicolò Donà (Donato), Jean-Baptiste-René Robinet
Л. 35 

Примечания на третью главу

Примечание (2)

Второе средство [предупреждать преступления]: просветить Государство и распространить благонравие

Ты желаешь предупредить преступления! Сделай, чтоб просвещение сопутствовало вольности. Невежество и грубость суть причины всякаго рода безпорядков. Когда людям недостает правил благонравия, то единый токмо страх жесточайших наказаний может содержать их в обуздании. Нравы умягчаются по мере просвещения разсудка. Пред просвещением изобильно распространенном в государстве жестокость и коварство. Очевидно исчезают и законы остаются во всей [л. 35] своей силе. Нет просвещеннаго человека, которому бы не нравились соглашения, коих польза приметна и дознана [так] и которыя служат основанием для общественной безопасности; ибо он сравнивает сию небольшую вольность, которой он лишил себя с суммою тех вольностей, коими пожертвовали ему другие люди, которые б без законов могли вооружиться и вступить в заговор против его. Всяк имеющий чувствительную душу, обратив внимание свое на законоположение устрояющее благо, признается, что он лишился токмо бедственной свободы вредить себе подобным и будет благословлять престол купно с обладателем его. Какой народ злобнее всех верно тот, которой пребывает в невежестве и весьма суеверен, тот которой унижен будет чрезмерным невежеством. За упрямством своим отказывается от старания мудрых пекущихся о его просвещении.

Статской человек (1786)
Николо Дона (Донато), Жан-Батист-Рене Робине
P. 430

L. LII. Le royaume de Laos. <...> ils ont mêlé à leurs dogmes théologiques des absurdités, et à leur morale des infamies qui rendroient le peuple aussi aveugle, aussi corrompu que les prêtres, si la sévérité des loix ne mettoit un frein à la licence.

С. 280

П. 52. Лаосское Королевство. <…> ввели в свои богословские догматы многия несообразимости, а во нравоучении скверности, которыя учинили бы и народ столь же слепым и развращенным как жрецы, естьлиб законы не налагали обуздания на таковое своеволелие.

P. 496

L. LIV. Les royaumes de Tonquin et de la Cochinchine. Ceux-ci y envoyerent un vice-roi, qui changea l’ancienne forme du gouvernement, et y [p. 497] introduisit les loix et les costumes de son pays.

С. 322

П. 54. Тункинское и Кохинхинское Королевствы. Они прислали сюда Вицероя: он переменил прежней образ правления, и ввел законы и обычаи своего края.

P. 515

L. LIV. Les royaumes de Tonquin et de la Cochinchine. <...> pour l’administration civile, il a sous lui un mandarin qui veille au maintien des loix.

С. 334

П. 54. Тункинское и Кохинхинское Королевствы. Для гражданскаго правления имеет он под собою Мандарина, которой наблюдает законы.

P. 81

L. XLIII. L’isle de Sumatra. Personne dans ce royaume, sans en excepter même les premiers officiers de la couronne, ne peut se soustraire à la sévérité des loix et à la rigueur des châtiments.

С. 52

П. 43. Остров Суматра. Ни кто в Королевстве, не выключая и первейших Вельмож, не может избежать строгости законов и наказаний.

P. 351

L. XXXVII. Ceylan. Quoique les choses ayent changé de face, on peut dire néanmoins que le gouvernement de ce royaume a encore des loix et des maximes qui rendroient [p. 352] cette nation heureuse, si le prince n’abusoit pas de son pouvoir pour les violer. Ses états sont héréditaires ; mais le roi choisit à son gré un successeur parmi les enfants, ou divise entr’eux ses états. Les rênes de l’empire sont dans les mains de deux principaux ministres <...> chargés du gouvernement civil et militaire.

С. 238

П. 37. Цейлан. Хотя образ вещей пременился, можно сказать однакож, что правление сего Королевства имеет еще законы и правила, могущия учинить жителей щастливыми, естьлиб Государь не употреблял во зло своей власти и в нарушение законов и правил [с. 239] оных. Владении его теперь наследные; но Король наследника избирает по своей воле между детьми, или делит между ими земли. Правление государства находится в руках двух главных Министров, <…> коим поручены гражданския и военныя дела.

P. 301

L. XXIV. La Perse. L’argent a la même pouvoir en Perse qu’en Europe. A la vue de ce métal, les loix se taisent, la justice s’endort, l’autorité se dépouille de ses droits. Ainsi le criminel opulent marche le front levé ; le coupable indigent est le seul qui expie dans les supplices son crime et sa pauvreté.

С. 253

П. 24. Персия. Деньги тою же властию пользуются в Персии, как в Европе. При блеске сего металла законы умолкают, правосудие засыпает, власть отрекается от своих прав. Почему богатой преступник ходит, подняв голову; а неимущий виноватой один терпит в мучениях наказание за свою бедность и преступление.

P. 333

L. XXV. L’Arabie heureuse. En effet, le roi d’Yémen est non-seulement monarque, mais encore iman ou pontife de la loi de Mahomet : ot tous les ministres de la religion mahométane, ainsi que les cadis ou officiers de justice, ont pour principe d’affecter une grande modestie dans leurs habits et dans leur logement. Le mouphti même, quoique chef souverain de la religion, et l’interprete suprême de la loi, vit sans faste <...>.

С. 286

П. 25. Аравия. В самом деле Король Иеменской не только самодержавной, но еще и Имам, или первосвященник Магометова закона; а все служители сей веры, как Кади или судьи за правило имеют казаться скромными в платье и в домах. Самой Муфти, хотя вышний духовной начальник, и верьховной истолкователь закона, живет без пышности <…>.

P. 51

L. XVI. La Turquie. Ce monarque est despotique comme tous les autres Souverains de l’Orient : sa volonté, ou, pour mieux dire, son caprice, fait la loi. [Les Turcs croient bonnement que leur Sultan est infaillible ; ce qui n’empêche pas qu’il ne dépende lui-même des janissaires].

С. 52

Сей Монарх есть деспот, как почти и все Восточные Государи. Воля его, или больше то, что взойдет ему в голову, есть единственный закон. [Обет послушания чинимой в монастырях, не столь строго наблюдается, как слепое повиновение ко всем повелениям сего Монарха. Турки думают, что те блаженны, кои умерщвляются по его приказу].

Фолиации нет

VI.

Ambiguitas.

Nobis autem hae voces conjunctim sumtae explicandae erunt. Et tunc ratio status multipliciter, & varijs varie sumitur.

Ita (1) pro arcano aliquo Reip.[ublicae] (2) prudentia aliqua sed extraordinaria Remp. [ublicam] regundi (3) pro utili aliquo sive cynosura consiliorum & actionum ad praesentem Reip.[ublicae]  statum administrandum observanda, ut eo felicius finem Reipubl.[icae]   qui est civium salus consequamur (4) pro lege aliqua statui Reip.[ublicae] utili sive ea bona sit sive mala (5) denique Machiavellistae rationem status capiunt pro utilitate & commodo solius dominantis, sive ille justam sive iniquam habeat dominii sui causam, nullo facto discrimine. Sed hi plerique oppido à nostra aberrant sententia.

Dissertatio de ratione status (1651)
Hermann Conring, Heinrich Viktor von Voss
Л. 4-4 об.

Глава 6.

Нам же нуждно вытолковать сия речения совокупно оная бравши, и тогда рации статуса много кратно берется и разными способами разно. 

Так первее берется за секрет или за тайну некоторую речи посполитой. Второе за некоторою растропность но чреззвычайную ц[а]рствования речи посполитой. Третие, за пользу некоторую или за расмотрение советов и действий к настоящему состоянию речи посполитой, дабы чрез оное благополучнейше могли получить конец речи посполитой, которой есть спасение или здравие гражданов. Четвертое, берется за некоторой закон полезны[й] состоянию речи посполитой любо оной будет злы любо добре. Пятое о прич сего махиавелисты берут рацию статуса за пол[ь]зу и за пожиток самого владеющаго либо он имеет праведную причину своего владения или неправедную. Но сии велми далеко блудят от н[а]шего мнения.

О рации стата (I четверть XVIII в.)
Герман Конринг, Генрих Виктор фон Фосс
p. 52

Altera Potestas (quam Civilem appellant) ratione temperata, iuris & aequi finibus circumscribitur. Ea velle uti Principem perpetuo, existimandum est, nisi diserte edixerit se hoc vel illud velle, iubere, summo imperio: cuius ratio nemini praeterquam ipsi constet. Ea consilio & prudentia regitur, & priori illi, id est infinitae Principis potestati, violentae ac rapidae, sese adiungens, eam non secus ac annuus solis cursus diurnum, salubri quadam comitate temperat, & quodammodo mansuetiorem reddit.

л. 49

Второя власть (юже Гражданскую именуют) разсуждением изчисляема закона и равенства, концами описуется. Сия позволяется кн[я]зеве ко употреблению, вечна, непьшуема есть, аще ясно исповесть себе или онаго желающа повелети величайших владением, того мнение никому же токмо ему самому знаемо есть. Сия советом и разсуждением управляется, из первой оной сии есть, превысочайшой кн[я]зя власти, насилуемой и похищаемой, себе прилучающи оную, наипаче яко годишной солнца бе день, здравим неяким последованием разтворяет, и неким образом погоднейшим творих.

Have you found a typo?
Select it, press CTRL+Enter
and send us a message. Thank you for your help!