peuple

.term-highlight[href='/en/term/peuple'], .term-highlight[href^='/en/term/peuple-'], .term-highlight[href='/en/term/peuple-2'], .term-highlight[href^='/en/term/peuple-2-'], .term-highlight[href='/en/term/peuples'], .term-highlight[href^='/en/term/peuples-'], .term-highlight[href='/en/term/peuples-1'], .term-highlight[href^='/en/term/peuples-1-'], .term-highlight[href='/en/term/peubles'], .term-highlight[href^='/en/term/peubles-'], .term-highlight[href='/en/term/peuples-10'], .term-highlight[href^='/en/term/peuples-10-']
Original
Translation
P. 420

Ainsi Rome si jalouse de sa liberté, par cét amour de la liberté qui estoit le fondement de son Estat, a veû la division se jetter entre tous les Ordres dont elle estoit composée. De là ces jalousies furieuses entre le Senat et le peuple, entre les Patriciens et les Plebeïens ; les uns alleguant toûjours que la liberté excessive se détruit enfin elle-mesme ; et les autres craignant au contraire, que l’autorité, qui de sa nature croist toûjours, ne dégénerast enfin en tyrannie.

С. 70

И так Рим толь ревностной к своей вольности, от самой сей любви к оной, которая была основанием его государства, увидел раздор вселившейся между всеми [c. 71] степенями граждан, из которых оно состояло. Оттуда произошли сии свирепыя зависти между Сенатом и народом, между Патрициями и подлостью. Одни непрестанно предлагали, что непомерная вольность напоследок истребит сама себя ; а другие напротив того боялись, чтоб власть возрастающая, как свойственно ей, не пременилась на конец в тиранство.

P. 423

Il ne se parloit que de liberté dans ces assemblées ; et le Peuple Romain ne se crut pas libre s’il n’avoit des voyes legitimes pour résister au Senat. On fut contraint de luy accorder des Magistrats particuliers appellez Tribuns du Peuple, qui pussent l’assembler, et le secourir contre l’autorité des Consuls, par opposition, ou par appel.

С. 73

В собраниях их ни о чем так не твердили, как о вольности ; и Римской народ не считал себя вольным, пока не будет иметь законных путей спорить Сенату. Принуждены были дать им особенных начальников, назвав их Тривунами народными, которые б могли их собирать, и [c. 74] вспомоществовать им противу власти Консулов, сопротивлением или челобитьем.

P. 431

Car de mesme que vous avez veû le projet de République dressé dans la Monarchie par Servius Tullius, qui donna comme un premier goust de la liberté au Peuple Romain <…>.

С. 80

Ибо видя образец республики показанной в Монархии Сервием Туллием, чрез которой первой он дал вкус вольности Римскому народу <…>.

P. 433

Par là vous avez pû voir que comme la République avoit son foible inévitable, c’est à dire, la jalousie entre le Peuple et le Senat ; la Monarchie des Cesars avoit aussi le sien, et ce foible estoit la licence des soldats qui les avoient faits. 

Car il n’estoit pas possible que les gens de guerre qui avoient changé le gouvernement, et établi les Empereurs, fussent long-temps sans s’appercevoir que c’estoit eux en effet qui disposoient de l’Empire.

С. 81

Чрез то могли Вы видеть что как республика имела свою неизбежимую слабость, то есть, зависть между народом [с. 82] и Сенатом, то и Монархия Цесарей такую ж свою слабость имела в своевольстве воинов, которые их возводили.

Ибо военные люди пременяя правление и утверждая Императоров, непременно скоро усмотреть могли, что действительно в их воли состояла империя.

P. 351

Aussi n’y eût-il jamais de Peuple qui ait conservé plus long-temps ses usages et ses Loix. L’ordre des jugemens servoit à entretenir cét esprit. Trente Juges estoient tirez des principales villes pour composer la Compagnie qui jugeoit tout le Royaume. On estoit accoustumé à ne voir dans ces places que les plus honnestes gens du païs et les plus graves. Le Prince leur assignoit certains revenus, afin qu’affranchis des [P. 352] embarras domestiques, ils pussent donner tout leur temps à faire observer les Loix.

С. 11

Да и не было никогда другаго такого народа, который бы долее соблюл свои законы. Порядок судов служил к содержанию разумнаго сего поведения. Тритцать человек судей избираемы были из первенствующих городов, и составляли собрание, которое судило все государство. Обыкновение было, чтоб в оном месте заседали самые честные и добропорядочные люди. Государь определял им некоторые известные доходы, чтоб они свободны будучи от домашних сует, могли употреблять все свое время на сохранение законов.

P. 171

Il laissa ses enfans au milieu de leurs citoyens sans aucune distinction, et sans aucun établissement extraordinaire. Il a esté admiré non seulement de son peuple, mais de tous les peuples du monde ; et aucun legislateur n’a jamais eû un si grand nom parmi les hommes.

С. 35

Он оставил сынов своих между своими гражданами без всякой отличности и без всякаго чрезвычайнаго возвышения. Он почтен был не токмо от своего народа, но от всех народов света: и никакого законодавца имя никогда толь велико не было между человеки.

P. 200

Jusqu’à ce temps le Peuple de Dieu n’avoit point à attendre de Prophete ; la Loy de Moïse luy devoit suffire : et c’est pourquoy Malachie finit par ces mots <...>.

С. 61

Даже до сего времени Божий народ, уже не имел ожидать Пророка : но законом Моисеевым довольствоваться : чего ради Малахия оканчивает сими словами <...>.

P. 200

A cette Loy de Moïse, Dieu avoit joint les Prophetes qui avoient parlé en conformité, et l’histoire du peuple de Dieu faite par les mesmes prophetes, dans laquelle estoient confirmées par des [P. 201] experiences visibles les promesses et les menaces de la Loy.

С. 61

К сему Моисееву закону, Бог приобщил Пророков, которые говорили сходно с законом, и историю Божия народа сочиненную темиж Пророками, в которой утверждены были очевидным событием обещаний и угрожений закона.

P. 206

Le peuple accoustumé dés son origine à un gouvernement divin, et sçachant que depuis le temps que David avoit esté mis sur le trosne par ordre de Dieu, la souveraine puissance appartenoit à sa maison <...>.

С. 66

Народ от самаго своего начала, привыкшей к Божию правлению, и зная, что от времени возведения Давидова на престол по Божию повелению, самодержавная власть принадлежала его дому <...>.

P. 134

Sur tout, la Religion et la suite du peuple de Dieu considerée de cette sorte, est le plus grand et le plus utile de tous les objets qu’on puisse proposer aux hommes. Il est beau de se remettre devant les yeux les estats differens du peuple de Dieu sous la Loy de Nature et sous les Patriarches ; sous Moïse et sous la loy écrite ; sous David et sous les Prophetes; depuis le retour de la captivité jusqu’à Jesus-Christ ; et enfin sous Jesus-Christ mesme, c’est à dire sous la Loy de grace et sous l’Evangile <...>.

С. 1

Вера особливо, и последование народа Божия разсмотренное выше помянутым образом, есть наивеличайшая и полезнейшая из всех вещей предлагаемых людям. Весьма нужно представить своим глазам разныя состояния Божия народа, под законом естественным и при Патриархах: при Моисее и под законом писанным; при Давиде и Пророках: от возвращения из плена даже до Иисуса Христа; а на конец при самом Иисусе Христе, то есть, под законом Благодати и Евангелия.

Fol. 5a

Entre les évenemens qui plaisent dans l’Histoire, je n’en vois point qui méritent plus d’attention que les changemens qui arrivent dans les Etats au sujet de la Religion ou du Gouvernement <…> 

Le Peuple croit alors rentrer dans ce qu’il appelle ses premiers & ses plus anciens droits. Il veut choisir lui même son Maître, & décider de la Religion. Il prend parti selon qu’il est prévenu & agité, & les Grands même [fol. 5b] sont contraints dans ces occasions de le flatter pour le faire servir à leurs intérêts & à leurs desseins particuliers.

Л. 5a

Между произхождениями одобряющими историю нет таких, которыяб столько примечания заслуживали, как перемены, кои случаются в государствах в разсуждении веры и правления. <…> При таких то случаях народ думает вступать в свои первыя и древния права, хочет выбирать сам собою своего Государя и разсуждать о вере. Он принимает партию, смотря потому, как он предупрежден и побужден бывает; и самые вельможи принуждены бывают в таких случаях ласкать ему, чтоб чрез то [л. 5b] склонить его к своей пользе и намерениям.

P. 261

Le Peuple au désespoir d’un Gouvernement si tyrannique, perdit la crainte avec le bien, il entra avec ardeur dans l’indignation & le ressentiment du Clergé & de la Noblesse. Ce fut une conspiration générale de tous les Etats & de tous les Ordres du Royaume. <…>. [p. 262] La révolte commença dans la Province de Jutland, qui confine au Holstein. Les Etats de cette Province assemblez à Arhusen déposerent publiquement Christierne, & ils oserent même lui faire signifier l’Acte de sa dégradation par Munce, Chef de la Justice de cette Province.

С. 26

Простой народ, будучи в отчаянии от такого его тиранскаго владения, потерял с благополучием своим страх против него. Он вступился горячо за неудовольствие духовенства и дворянства, и зделалось всеобщее возмущение во всех государственных чинах. <…>. [с. 27] Бунт начался в Ютландской провинции смежной с Голштиниею. Чины сей провинции собравшись в Аргузене лишили Христиэрна публично престола, и отважились объявить ему [с. 28] низложение его чрез Мунса главнаго судию сей провинции.

P. 286

Gustave par ces differentes nominations crut avoir assuré le repos de l’Etat, qui n’étoit ordinairement troublé que par l’ambition des Evêques, & il se flatoit que ses Peuples alloient joüir de la félicité de son Regne, lorsque la Regence de Lubec l’engagea dans une affaire qui lui causa beaucoup de dépense & de chagrin.

С. 59

Густав думал, что чрез сии разныя учреждения утвердил покой в своем государстве, которой обыкновенно волнуем был [с. 60] от властолюбия Епископов, и ласкал себя надеждою, что подданные его будут пользоваться благополучным его правлением, как между тем правительство Любское привлекло его в такое дело, которое причинило ему много убытку и печали.

P. 294

Ce ne furent cependant ni les murmures du Peuple, ni les reproches de la Noblesse qui engagerent ce Prince dans cette Guerre. Il avoit déja établi trop solidement son autorité pour avoir rien à craindre du mécontentement de ses Sujets <...>.

C. 70

Однако не роптание народа, и не выговор дворянства, принудили сего Государя вступить в сию войну. Он уже довольно утвердил свою власть, и был в безопасности от возмущения своих подданных <...>.

P. 310

Qu’il convenoit cependant qu’il falloit des prétextes plus plausibles même que le bien de l’Etat, pour empêcher que les Peuples, à qui le Clergé & les Religieux font toujours regarder les entreprises sur leur temporel, comme autant d’attentats sur la Religion, ne pussent remuer. Que pour les guérir de leurs préventions, il devoit profiter de la réforme de Luther qui commençoit à faire beaucoup de progrès dans le Royaume.

C. 90

А чтоб удержать от бунта народ, которому духовные толкуют предприятия противу временнаго их добра святотатством, то надобно употребить к тому сильнейшия меры, нежели представление государственной пользы. И чтоб отвратить его от духовенства, то должно употребить в пользу Лютерское исповедание, которое [с. 91] начинает усиливаться в государстве <...>.

P. 314

<...> les commencemens des Regnes & des Empires n’étoient jamais sans de grandes difficultez. Mais <…> les Princes mêmes que les Peuples ne souffroient d’abord qu’avec peine pour Maîtres, en étoient à la fin considerez comme Peres de la Patrie.

C. 95

<...> начало государств и империй происходило всегда с великою трудностию, но <…> [с. 96] Государи, которых народы сперва не могли терпеть своими обладателями почитаемы были наконец от них за отцов отечества.

P. 337

Les Paysans sur tout souffroient impatiemment qu’on enlevât leurs cloches & les croix d’argent de leurs Eglises, qui faisoient souvent la partie la plus essentielle de leur culte. Ces Paysans naturellement feroces, prévenus par leurs Curez, regardoient cette conduite du Prince comme un attentat sur la Religion & sur leur liberté. <…> Il se faisoit tous les ans, en cette saison, une Foire considérable proche d’Upsal, ou il se trouvoit une affluence extraordinaire de Peuple, de toutes les Provinces circonvoisines. C’étoit comme une espece d’Etats pour les Paysans. <…> [p. 338] Les mécontens résolurent de profiter de cette Assemblée pour exciter quelque révolte <...>.

С. 123

Мужикам наипаче [с. 124] несносно было то, что взяты были у их церьквей колокола и серебреные кресты, которые часто составляли самую существенную часть их богочтения. Сии мужики, с природы дикие, предупрежденные своими священниками, почитали такую поступку сего Государя за посягательство на их веру и вольность. <…> В сие время бывала ежегодно великая ярмонка не подалеку от города Упсаля, куда сходилось великое множество народа со всех ближних провинций, и это был, как некоторой сейм для мужиков. <…> Бунтовщики вознамерились употребить [с. 125] в свою пользу сей случай ярмонки, чтоб начать возмущение.

P. 6

Pierre le Grand. <...> un Royaume entier dans le deuil, tout un Peuple saisi de détresse ; les beaux Arts découragés, leurs monumens anéantis ; la licence effrénée, le désordre, la violence et la barbarie assises sur un tas de ruïnes.

С. 15

Петр Великий. <…> целое государство в плачевном одеянии, весь народ объятый ужасом и печалию; науки и художества пришедшие в уныние, славу их уничтоженную; а вместо оных, на холме их развалин усилившееся необузданное своевольство безпорядок, наглость и варварство.

P. 7

Pierre le Grand. Je ne faisois que reprendre ce que vos Prédécesseurs avoient enlevé aux miens ; et dans l’entreprise que j’avois formée, de civiliser mon Peuple par le commerce, et de lier mon Etat avec les autres Puissances de l’Europe, un port sur la Baltique me devenoit absolument (P. 8) nécessaire ; le salut de mon Empire me défendoit de céder un ancien Domaine, que j’avois heuresement recouvré. 

С. 17

Петр Великий. Я старался только возвратить то, что предки твои у моих отняли; и приняв намерение исправить нравы подданных моих чрез коммерцию, для установления выгоднаго государству моему сообщения с другими Европейскими державами необходимо надобен мне был порт на Балтийском море: благополучие моего государства не дозволяло мне уступить стариннаго владения, которое я щастливо возвратил.

P. 166

§II. Premiere raison de ne pas choisir un Ministre sans naissance 

La premiere, afin de maintenir les sujets dans l’obéissance ; car si le Ministre est un homme du Peuple, ses égaux lui porteront envie, & les nobles refuseront de se soumettre à leur inferieur : ainsi l’envie des uns, & la hauteur des [p. 167] autres, rendront le Ministre roturier, non seulement odieux à tous, mais encore un sujet de mépris dans tout ce qui émanera de lui <…>.

L’homme d’état, par Nicolo Donato. T. 1 (1767)
Nicolò Donà (Donato), Jean-Baptiste-René Robinet
Л. 63 об.

Первая причина

Первая причина состоит в содержании подчиненных в повиновении. Ибо ежели министр будет из простаго народа, то равныя ему будут завидовать, а  благородные откажутся покоряться нижшему себя [л. 64.] таким образом зависть одни и высокомерие других, сделают простолюдима [sic] министра не только ненавистным всем, но еще и предметом презрения во всем том, что будет происходить от него<…>.

Статской человек (1786)
Николо Дона (Донато), Жан-Батист-Рене Робине
Have you found a typo?
Select it, press CTRL+Enter
and send us a message. Thank you for your help!