Have you found a typo?
Select it, press CTRL+Enter
and send us a message.
Thank you for your help!
Hieronymus Freyer (1675–1747) / Иероним Фрейер

Иеронима Фрейера Краткая всеобщая история, с продолжением оной до самых нынешних времен и присовокуплением к ней российской истории

Description

Language of the original
German 
Full title
Иеронима Фрейера Краткая всеобщая история, с продолжением оной до самых нынешних времен и присовокуплением к ней российской истории, : Для употребления учащагося юношества с немецкаго на российской язык переведена, исправлена и умножена при Императорском Московском университете
Translator
Харитон Андреевич Чеботарев  (1746–1815)
Place of publication
Moscow
Publisher
Печатана при оном же Университете
Publication year
1769
Number of pages
[18], XLVIII, 500, [76] с.; 8°
Catalog number
7901
Location
RSL; LRAS; NLR; LMosSU; SPHL
Author of the description
Dennis Vambolt

Text example

Original
Translation
S. 150

Nachdem die Römer die Herrschaft über den besten Theil der Welt erlanget hatten: so geriethen sie immer mehr unter sich selbst an einander und ruheten nicht ehe, bis die Freyheit verloren und das ganze Reich in eine andere Verfassung gesetzet war. Und hiezu muste endlich der dritte Triumvirat Gelegenheit geben: als welchen Lepidus, Antonius und Octavianus im andern Jahr nach Iulii Caesaris Tode zum [S. 151] stande brachten; aber doch auch mit einander so zerfielen, daß Octavianus nach dem Actischen Siege den Platz allein behielte und unter dem Namen eines Imperatoris den Grund zu einer beständigen monarchischen Regirung legete; welche er selbst, von dieser Zeit an zu rechnen, 44 Jahre geführet und allererst anno Christi 14 (nach der gemeinsamen Rechnung) beschlossen hat.

С. 154

Римляне, по приведении под свою власть большей части света, приходили отчасу более в несогласие между собою, и не прежде успокоились, как по потерянии вольности и по приведении всего государства чрез то в другое состояние: чему напоследок подал повод третий триумвират, которой на другой год после смерти Иулия Цесаря составили Лепид, Антоний и Октавиан: однакож они между [c. 155] собою пришли потом в такое несогласие, что Октавиан после Актиаческой победы власть одержал один, и под именем Императора положил основание к безперерывному монархическому правлению, которое он сам, считая с сего времени, 44. года имел, то есть по 14. год после рождества Христова.

S. 152

Arsaces hatte zur Zeit des Syrischen Königes Antiochi Dei den Grund zu diesem mächtigen Reiche geleget: und einige Jahre vor dem Tode des Käysers Augusti bestieg Vonones, der letzte aus der bisher regirenden königlichen Familie, den Thron; da hingegen die nachfolgenden Könige zwar auch aus [S. 153] Arsatischem Geschlecht, aber von einer andern Linie gewesen.

С. 156

Арсацес во времена Сирийскаго царя Антиоха Деуса положил основание сему сильному царству: а за несколько лет перед смертию Императора Августа вступил на престол Вонон, последний из владевшей по то время царской фамилии; последовавшие ж по нем цари хотя были и из Арсацской фамилии, но от другой линии.

S. 205

Constantinus Magnus (a) trat die Regirung zwar gleich nach seines Vaters Tode an: hatte aber in den ersten Jahren ausser dem Galerio auch Maxentium, Licinium und Maximium neben sich, und kam nach achtzehen Jahren allererst zum völligen Besitz des gantzen Reichs; nachdem er die Wahrheit der Christlichen Religion schon eine geraume Zeit vorher eingesehen und sich zu derselben nach Galerii und Maxentii Tode auch öffentlich bekannt hatte. Er verlegte die käyserliche Residenz von Rom nach Byzanz, welches er aufs prächtigste ausbauen und Constantinopel nennen ließ: und starb a. 337, nachdem er über 30 Jahr regiret und [S. 206] das Reich unter seine Söhne vertheilet hatte.

С. 211

Константин великий (а) хотя и вскоре после смерти отца своего вступил в правление: но в первые годы царствования своего кроме Галерия имел он также соправителями Максентия, Лициния и Максимина; и осьмнатцать лет спустя наконец достиг полнаго владения всей Римской империи: после как он за несколько времени перед тем истинну Христианскаго [с. 212] закона уже усмотрел, и по смерти Галерия и Максентия оной и публично принял. Императорскую столицу из Рима перенес в Византий, которую он наивелинолепнейше встроив переименовал Константинополем: и царствовав более тритцати лет, по разделении Римской империи между сыновьями своими умер от Р. Х. в 337. году.

S. 221

Constantinus Magnus war der erste, welcher derselben nicht nur völlige Sicherheit und Freyheit verschaffete; sondern auch so viel äusserliche Vortheile zuwandte, daß man nicht ohne Grund dafür halten mag, es sey darin mehr geschehen, als nöthig und der menschlichen Schwachheit erträglich gewesen: wie denn die Veränderung bey den meisten nur in äusserlichen Dingen bestund und also nicht hinlänglich war, die Hertzen von der Liebe und Gewohnheit des heidnischen Wesens gründlich los zu machen; der heidnische Gottesdienst auch noch das ganze saeculum hindurch, wo nicht in den Städten, iedoch auf den Dörfern erlaubet blieb, die Heiden auch noch immer mitbefördert und zu den wichtigsten Aemtern gebrauchet wurden.

С. 226

Константин великий был первый, который не токмо даровал ей полную безопасность и свободу; но також снабдил ея столь многими наружными выгодами, что не без основания сказать можно, что в том учинено больше, нежели нужно и человеческой слабости сносно было: как то перемена у большей части людей состояла только в наружных вещах, и таким образом не довольною к тому была, чтоб совершенно отвратить человеческия сердца от любви и заобыкновения к язычеству; токож языческое богослужение еще чрез весь сей век, ежели не по городам, то по деревням было дозволено, и язычники всегда равным образом были производимы и к важнейшим должностям употребляемы.

S. 233

Auf diese Weise war nun Italien in der Francken Händen. Allein Carolus Magnus überließ Apulien und Calabrien den Griechischen Käysern; das Exarchat samt dem Fünfstädtischen, Perusinischen, Römischen, Tuscischen und Campanischen Gebiete dem Pabst: hingegen gab er das Friulische, Spoletanische und Beneventanische Herzogthum ihren bisherigen Herzogen [S. 234] zu lehn; für sich aber behielt er den obern Theil von Italien nebst dem Recht der Päbstlichen Wahl, und ließ endlich seinen ältesten Sohn Pipinum darüber zum Könige crönen, damit er inzwischen den Teutschen, Sachsen und Spanischen Saracenen desto nachdrücklicher wiederstehenkönte.

С. 237

Таким образом Италия досталась Франкам. Однако Карл великий Апулию и Калабрию оставил Греческим Императорам; а ексаршество купно с пятиградскою, Перусинскою, Римскою, Тусскою и Кампанскою [с. 238] областями Папе; напротив чего Фриулское, Сполетское и Беневенское герцогства отдал во владение прежним их Герцогам, а за собою удержал верхнюю часть Италии с правом Папскаго избирания, и наконец старшаго своего сына Пипина короновал Королем над оною, дабы ему между тем Германцам, Саксонам и Ишпанским Сарацинам тем с большим усилием сопротивляться можно было.

S. 249

Carolus Magnus hatte das Longobardische Königreich in Italien schon längst übern hauffen geworfen, auch die Sachsen fast gäntzlich unter den Fuß gebracht: als er zu Rom den käyserlichen Titel annahm und in solcher Qualität auch drey Jahr darauf von dem Griechischen Käyser Nicephoro durch besondere Tractaten erkant ward. Er konnte diesen seinen Stand auch wohl behaupten: indem er ausser Franckreich das meiste von Italien, in Spanien die Graffschaft Catalonien, ferner Teutschland, Böhmen, Pannonien, Dalmatien und andere Länder mehr besaß; ob er gleich in einem absoluter als in dem andern regirete, nachdem er nun ein iedes entweder nach dem blossen Kriegesrecht oder durch gewisse Verträge an sich gebracht hatte. 

С. 253

Карл великий Лонгобардское королевство (а) в Италии уже давно опровергнул, також и Саксонов почти совсем покорил: как в Риме принял Императорский титул, в котором достоинстве, три года спустя, потом чрез особенные договоры (b) и от Греческаго Императора Никифора признан. Причем ему и удобно можно было утвердиться в сем состоянии: ибо он кроме Франции владел большою частию Италии, в Ишпании графством Каталонским, всею Германиею, Богемиею, Паннониею, Далматиею и другими многими землями; хотя в иной царствовал с большею властию (c) нежели в другой, поколику сии области им или чрез одно токмо военное право, или чрез [С. 254] известные договоры приобретени были.

S. 263

Henricus Auceps succedirete nach vorhergegangener Wahl der meisten Provintzen: und nachdem er die Schwaben und Bäyern auch auf bessere Gedancken gebracht hatte, so fing er an sich wieder die Hunnen oder Ungarn und andere benachbarte Völcker in gehörige Verfassung zu setzen; insonderheit legete er in Teutschland allenthalben Städte und Vestungen an, [S. 264] und stiftete die Marggrafthümer Meissen und Schleswig.

С. 273

Сему, по избранию большим числом провинций, преемником был Генрик Ауцепс (т. е. Птицелов), [c. 274] которой усмиря Баваров и Швабов, против Гуняов или Венгров и других пограничных народов привел свое войско в надлежащей порядок. Особливо в Германии построил он разные города и крепости; и учредил маркграфства Мейссенское и Шлезвигское.

S. 284

Von Friderici II Tode kann das grosse interregnum gar füglich angerechnet werden: weil das Teutsche Reich von dieser Zeit an kein gewisses Oberhaupt hatte. Denn 1) Conradus IV, Friderici II Sohn, war schon bey Lebzeiten seines Vaters dazu erwehlet, konte aber kaum seine Erbländer behaupten. 2) Wilhelmus, Graf von Holland, war Friderico II schon a. 1248 auf Anstiften des Pabsts entgegengesetzt worden; konte aber, so lange Conradus lebete, nicht emporkommen und ward endlich von seinen rebellischen Friesen erschlagen. 3) Richardus, des Königs in England Bruder, ward von einigen; und Alphonsus, König [S. 285] von Castilien, von den übrigen Churfürsten erwehlet: allein der erste ging gar bald wieder nach England zurück, der andere aber kam gar nicht nach Teutschland. 3) Ottocarus, König in Böhmen, soll zwar von einigen Ständen verlanget worden seyn: es aber ausgeschlagen haben.

С. 305

Великое междоцарствие весьма удобно считать можно от кончины Фридерика II. потому что Немецкая Империя с сего времени не имела над собою известнаго главнаго Правителя. Ибо 1) Конрад IV. сын Фридерика II. хотя еще при жизни отца своего избран был преемником престола; но едва удержать мог за собою и наследственныя свои земли. 2) Вилгели, Граф Голландской, еще в 1248. году по наущению Папы представляем был к Императорской короне против Фридерика II. но пока жил Конрад, достигнуть оной не мог, и наконец взбунтовавшимися Фризцами убит. 3) Рихард, брат Короля Аглинскаго, хотя несколькими; а Алфонс, Король Кастильской, прочими Курфирстами в сие достоинство избраны были: однако первый из сих вскоре обратно возвратился в Англию; а последний совсем не приежжал [c. 306] и в Германию. 4) Оттокар Король Богемский, хотя некоторыми Имперскими чинами, как сказывают, и прошен был к принятию Императорскаго престола: однако он от того отказался.

S. 284

3) Richardus, des Königs in England Bruder, ward von einigen; und Alphonsus, König [S. 285] von Castilien, von den übrigen Churfürsten erwehlet: allein der erste ging gar bald wieder nach England zurück, der andere aber kam gar nicht nach Teutschland. 3) Ottocarus, König in Böhmen, soll zwar von einigen Ständen verlanget worden seyn: es aber ausgeschlagen haben.

С. 305

3) Рихард, брат Короля Аглинскаго, хотя несколькими; а Алфонс, Король Кастильской, прочими Курфирстами в сие достоинство избраны были: однако первый из сих вскоре обратно возвратился в Англию; а последний совсем не приежжал [c. 306] и в Германию. 4) Оттокар Король Богемский, хотя некоторыми Имперскими чинами, как сказывают, и прошен был к принятию Императорскаго престола: однако он от того отказался.