закон

.term-highlight[href='/ru/term/zakonam'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakonam-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakony'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakony-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakon'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakon-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakon-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakon-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakonov'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakonov-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakona'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakona-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakony-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakony-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakonom'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakonom-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakonu'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakonu-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakonami'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakonami-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakonam-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakonam-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakonami-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakonami-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakonom-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakonom-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakone'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakone-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakonah'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakonah-'], .term-highlight[href='/ru/term/zvkonov'], .term-highlight[href^='/ru/term/zvkonov-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakony-2'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakony-2-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakon-2'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakon-2-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakonu-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakonu-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/ukazy-i-zakony-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/ukazy-i-zakony-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/zako-n'], .term-highlight[href^='/ru/term/zako-n-'], .term-highlight[href='/ru/term/zakono-v'], .term-highlight[href^='/ru/term/zakono-v-']
Оригинал
Перевод
P. 22

§. 6. Cæterum ut lex vim suam in animis eorum, quibus fertur, exserete possit, requiritur cognitio tum legislatoris, tum ipsius legis. Nemo enim obedientiam praestare valebit, si neq; cui parere debeat, neq; ad quod teneatur noverit. Et legislatoris quidem cognitio est facillima. Legum quippe naturalium eundem esse auctorem, qui universi, ex lumine rationis costat. Nec civis ignorare potest, quis in ipsum imperium obtineat. Leges porro naturales quomodo innotescant, paulo post exponetur. Civiles autem leges per promulgatiomem publice & perspicue factam in subjectorum notitiam perveniunt.

C. 43

6. Но дабы закон действителен, в умах тех человеков, которым полагается, был, надобно ведать тако ЗАКОНОДАВЦА, яко и САМЫЯ ЗАКОНЫ. Никто бо послушания творити возможет, егда кому не подчинен, и к чему обязуется того не ведает. Законодавца убо познать не трудно: а законов естественных тои есть творец, кто и вся сотворил, якоже естественным разумом показуется. И тако гражданин не может не знать, кто над ним власть имеет: законы же естественные како могут познаваемы быти, потом покажем. Гражданские бо законы чрез объявление всенародное, и ясно учиненное, в познание подчиненным приходят: в котором объявлении сии две вещи наблюдать должно. 

P. 27

§. 16. Lex respectu auctoris dividitur in divimam & humamam; illa abs Deo, hæc ab hominibus lata est. Sed si lex consideretur, prout necessariam & universalem congruentiam cum hominibus, vel minus, habet, dividitur in naturalem & positivam. Illa est, quæ cum rationaliac sociali natura hominis ita congruit, ut humano generi honesta & pacifica societas citra eandem constare nequeat. Unde & illa per [p. 28] rationis homini congenitæ lumen, & ex consideratione humanæ naturæ in universum in vestigari & cognosci potest. Hæc est, quæ ex communi conditione humanæ naturæ haut quidquam fuit, sed ab solo legislatoris placito proficiscitur: etsi nec ipsa sua ratione, ac usu, quem certis hominibus, aut eculiari societati generat, carere debeat. Est autem lex diviana alia naturalis, alia positiva. Humana autem omnis, presse accepta, positiva est.

C. 54

16. Закон по елику надлежит до законодавца, разделяется на БОЖИЙ И ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ. Оный от БОГА, сей от человека дается. Но аще закон разсудим, яко потребное и нужное причилие к человеком имеет, или не имеет: делится на ЕСТЕСТВЕННЫЙ и ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ, то есть установленный. ЕСТЕСТВЕННЫЙ есть, который с словесным и ружеским естеством человеческим такое согласуется, что роду человеческому [с. 55] без онаго быти не может. Откуду оный и чрез прирожденный человеку  разум, и чрез разсуждение естества человеческго, обще изследоватися и познатися может. Положительный же закон есть, который от общаго состояния естества человеческаго не происходит, но от единаго законодавцева изволения: Хотя и тои своего разсуждения и пожитка, который известным лицам или особливому дружеству приносит, не должен лишатися. ЗАКОН ЖЕ БОЖИЙ ЕСТЬ инный ЕСТЕСТВЕННЫЙ, инный ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ. Человеческий же закон всякий кратко разсуждая, есть ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ

P. 33

§. 8. Hujus ergo socialitatis leges, seu quæ docent, quomodo quis sese debeat gerere, ut conmmodum societatis humanæ membrum existat, vocantur leges naturales
§. 9. His positis adparet, fundamentalem legem naturalem esse hanc: Cuilibet homini quantum in se colendam & servandam esse socialitatem. Ex quo consequitur, quia qui vult finem, vult etiam media, fine quibus finis obtineri nequit: omnia, quæ ad istam socialitatem necessario & in universum faciunt, jure naturali præcepta; quae eandem turbant aut abrumpunt, vetira intelligi. 

C. 65

8. Сего содружества законы, которые научают како кто себя управлять должен: да бы полезный член содружества человеческаго был именуются ЗАКОНЫ ЕСТЕСТВЕННЫЯ
9. Откуду известно есть, яко ОСНОВАТЕЛЬНЫЙ ЗАКОН ЕСТЕСТВЕННЫЙ, сей есть, да бы всяк человек елико может имел и хранил содружество. И отсюду последует, яко кто желает конца, желает и посредствий, без которых, конца получити не может. Отсюду разумети надлежит, все что до сохранения онаго содружества всеконечно есть потребное, тое законом естественным установлено, [с. 67] а что оное возмущает и прерывает, тое возбранено тем же законом.

P. 133

§. 5. Ast circa definienda singularum rerum pretia alia quoq; considerari sueverunt. Et inter eos quidem, qui in naturali libertate invicem vivunt, rerum singularium pretia non aliter, quam contrahentium conventione definiuntur. Quippe cum illis liberum sit alienare aut adquirere, quæ velint; nec communem habeant dominum, qui eorum commercia moderetur. Ast in civitatibus duplici modo pretia rerum definiuntur; uno per decretum superioris aut per legem <…>. 

C. 274

5. А В ОПРЕДЕЛЕНИИ ВСЯКИХ ЕДИНСТВЕННО ВЕЩЕЙ ЦЕНЫ, еще и иное разсуждаемо бывает. И между оными, которые в естественной свободе живут дружественно, всяких единственно вещей цена, не инако только по согласию стяжавающих определяема бывает, понеже им свободно тое отдалити, или притяжати что хотят, и общаго не имеют господина, который бы [с. 275] им в их торговлях умеренность и управу чинил. А ВО ГРАДАХ СУГУБЫМ ОБРАЗОМ цена вещей определяема бывает. Первое, ПО УКАЗУ началствующаго или ПО ЗАКОНУ

P. 127

§. 3. Habent autem hoc omnes contractus onerosi, ut in illis versari æqualitas debeat, seu ut uterq; contrahentium tantundem nanciscatur: & ubi inæqualitas intervenerit, alteri, qui minus accepit, nascatur jus ad postulandu, ut suppleatur, quod sibi deest, aut ad contractum plane abrumpendum. Id quod tamen in civitatibus potissimum obtinet, ubi usu [p. 128] fori, aut lege pretia rerum definiuntur.

C. 283

3. Во всех же контрактах ТЯЖЕСТНЫХ сие должно наблюдать, да бы равенство хранимо было, то есть дабы оба от договаривающихся, равныя части получили, и аще неравенство приключится, тои кто [с. 284] меншую часть получил имеет власть взыскивать, чтоб дополнено тое было, чего он не получил, ли всесовершенно контракт разовать. Наипаче же сие случается во градах, идеже по обычаю торгов, или законами, вещем цена известная положена.

P. 146

§. 3. Plurimum quoq; prodest ad verum sensum investigandum, in legibus cum primis, [p. 147] inspicere rationem legis, seu causam & respectum illum, qui ad legem ferendam latorem moverit; in primis ubi constat, unicam eam legis rationem fuisse. De qua hæc regula est: Illa interpretatio legis est sequenda, quæ rationi legis congruit; & contra rejicienda, qua: ab eadem discrepat. Item, cessante ratione legis unica & adæquata, cessat ipsa lex. Verum ubi plures ejusdem legis fuerint rationes, non statim una cessante tota lex cessat, cum reliquæ rationes ad ejus vim sustinendam sufficere possint. Sæpe quoq; sola voluntas legislatoris sufficit, utut ratio legis lateat.

C. 322

8. Премного такожде помоществует ко взысканию существеннаго [с. 323] сенса или разумения, в законах, разсудить в первых вину закона или причину и решпект той, который подвигнул законодавца ко изданию того закона. И в первых, ижде явно что для самой той единой причины той закон выдан. О чесом таковое есть правило: тому толквованию последовать надлежит, которое согласует с причиною закона, и вопреки тое толкование отметать, которое с причиною несогласно. Такожде когда перестает совершенная и таяжде вина закона, перестает и сам закон. Аще же единаго закона многие суть вины, не абие престающей единой вины, весь закон престает: Понеже оставлшыяся вины еще закон удержать могут. Часто же бывает, что едина воля в том [с. 324] законодавцева довлеет, хотя причины того закона подданные и не ведают.

P. 19

§. 2. Norma illa vocatur Lex, quæ est decretum, quo superior sibi subjectum obligat, ut ad istius praescriptum actiones suas componat. 

C. 37

2. Правило оное именуется ЗАКОН, КОТОРЫЙ ЕСТЬ ДЕКРЕТ ИЛИ УСТАНОВЛЕНИЕ, КОТОРЫМ НАЧАЛЬСТВУЮЩИЙ ПОДЧИНЕННАГО СВОЕГО ОБЯЗУЕТ, ДАБЫ [с. 38] ПО ОНОМУ УСТАВУ СВОЯ ДЕЙСТВИЯ СОГАСОВАЛ. 

P. 195

§. 8. Vitia hominum in democratia sunt, si inepti & turbulenti homines turbulenter & importune sententias suas tueri solent; si egregiæ, & reip[ublicae] non prægraves virtutes opprimuntur; si per levitatem leges temere figuntur atq; resiguntur, & quæ modo placuerunt, mox citra rationem displicent: si sordidi & inepti homines rebus gerendis præficiuntur. 

C. 426

8. ПОРОКИ ЧЕЛОВЕКОВ В ДИМОКРАТИИ суть: Аще недостоиные и мятежные человецы, мятежно и безвременно мнения своя защищати обыкли. Аще израднейшыя и обществу весма не тяжкия добродетели презирают, аще неразсудно от легкомыслия законы ведают и уничтожают, и что ныне угодно было, абие без вины есть приятно. Аще не достоиные и смрадные человецы, ко управлению дел определяеми бывают. 

P. 207

§. 3. Generalis lex summorum imperantium est hæc: salus populi suprema lex est. Ea enim intentione in istos imperium est collatum, ut per id procuraretur finis, ob quem civitates sunt institutae. 

C. 452

3. Общий закон высочайших повелителей сей есть: ЦЕЛОСТЬ НАРОДА ВЫСОЧАЙШИЙ ЗАКОН есть. Понеже того ради власть им вручена, да бы чрез оную народ мог [с. 453] конец той, для котораго град устроен.

P. 228

§. 14. Hæc tamen omnia non producunt nis jus imperfectum seu aptitudinem ad habendum ab aliis honorem & venerationem. Unde si quis eundem aliis etiam bene meritis denegaverit, non in juriam facit, sed duntaxat ob in humanitatem & velut incivilitatem male audit. Sed jus perfectum ad habendum ab altero honorem, aut ejus insignia, provenit vel ex imperio, quod quis in istum obtinet, vel ex pacto cum eodem ea super re inito, vel ex lege per communem dominum lata aut approbata. 
§. 15.  Inter principes autem & integros popules pro eminentia & pracedentia solet allegari potissimum antiquitas regni & familiæ, amplitudo & opulentia dicionum, & potentia; qualitas potestatis, qua quis imperium in suo regno obtinet; & splendor tituli. Quæ tamen omnia per se non pariunt jus perfectu ad praecedentia adversus alios reges populos ve, nisi pacto aut concessione horum istud quæ situ fuerit.

C. 498

14. Однакож сия вся производят ТОКМО ПРАВО НЕ СОВЕРШЕННОЕ, или способность иметь от других честь, и почитание. И по тому аще бы кто оную честь хотя и заслуженным не восхотел воздавати, не творит обиды: но токмо не по человечески и не по граждански поступает. [с. 499] А ПРАВО СОВЕРШЕННОЕ имети от другого честь, или ея знамения, происходит или от повелителства, которое кто над тем имеет, или по договору о той вещи с оным учиненному, или по закону от общаго господина изданному или утвержденному. 
15. МЕЖДУ ВЛАСТИТЕЛИ ЖЕ и целыми народы, за преимущество и превосходителство вземлется наипаче, древность Государства и рода знаменитость, богатство стран, и сила: качество власти, каковою кто повелителство в своем Государстве имеет, и ясность титлы. Однкож оная вся, не творят совершеннаго права к превосходителству над прочими государи и народы, разве договором, и соизволением от оных тое взыскано будет. 

P. 195

§. 9. Vitia hominum, quæ in quamvis civitatis speciem cadunt, sunt; si quibus imperij administratio incumbit, officio suo negligenter aut prave funguntur, & si cives, quibus sola obsequij gloria relicta est, frænum mordeant.
[p. 196] §. 10. Ast vitia status sunt, ubi leges aut instituta civitatis non sunt attemperata ad genium populi, aut regionis; aut ubi eadem cives disponunt ad turbas internas, aut ad justa vicinorum odia incurrenda <…>.

С. 426

9. ПОРОКИ ЧЕЛОВЕКОВ, которые ВО ВСЯКОМ ОБРАЗЕ ГРАЖДАНСТВА приключаются, суть: аще [с. 427] те, которые повелителства власть имут небрежливо и неправо в должности совей пребывают, и аще граждане, которым токмо едина послушания честь осталась, противятся. 
10. А ПОРОКИ СОСТОЯНИЯ или СТАТА СУТЬ, аще законы или уставления не суть умеренныя, по обычаем народа или страны, или где оныя гражданов ко внутренним смятениям подвигают, или чрез оныя правилная ненависть от соседов происходит <…>.  

P. 144

<...> Une Compagnie qui est soûmise, par un Vœu d’Obéissance Aveugle, à un Chef Perpetuel, ne peut suivant les Loix d’une bonne Politique, être beaucoup autorisée dans un Etat, auquel une Communauté Puissante doit être redoutable.

C. 129

<…> общество, повинующееся обетом слепаго послушания одному безпремерному начальнику, не может по законам доброй Политики быть уполномочено в таком государстве, которому всякое сильное зборище опасно.

P. 166

Or parce que les meilleures Loix du [p. 167] Monde sont inutiles, si on ne les fait observer inviolablement <...>.

C. 149

А понеже лучшие законы безполезны, когда они не хранятся ненарушимо <…>.

P. 25

Etre Rigoureux envers les Particuliers qui font gloire de mépriser les Loix & les Ordonnances d’un Etat, c’est être bon pour le Public.

C. 22

Быть жестоку к тем гражданам, кои себе в славу ставят презирать законы и уставы государственные, есть быть добру к обществу <…>.

P. 907

<…> ou qu’il fut la victime des peuples qui supportoient impatiemment le joug des lois qu’il leur avoit imposées <…>.  

Grec (1757)
Louis de Jaucourt
C. 19

Он стал жертвою тех народов, которые с негодованием несли иго его законов <…>.

P. 908

<…> quelques notions vagues du juste & de l’injuste étoient toute la regle de leur conduite ; & s’ils étoient retenus, c’étoit moins par une autorité publique, que par la crainte du ressentiment particulier. Mais qu’est ce que cette crainte ? qu’est-ce même que celle des dieux ? qu’est-ce que la voix de la conscience, sans l’autorité & la menace des lois ? Les lois, les lois ; voilà la seule barriere qu’on puisse élever contre les passions des hommes : c’est la volonté générale qu’il faut opposer aux volontés particulieres ; & sans un glaive qui se meuve également sur la surface d’un peuple, & qui tranche ou fasse baisser les têtes audacieuses qui s’élevent, le foible demeure exposé à l’injure du plus fort ; le tumulte regne, & le crime avec le tumulte <…>.

Grec (1757)
Louis de Jaucourt
C. 27

Некоторые темныя  понятия о правде и неправде были единственным правилом их поступок: а что они были во всем воздержны, то сие происходило не столько от всенародной какой нибудь власти, их удерживающей, сколько от опасности внутренних угрызений. Но могут ли люди чего нибудь бояться, мыслить о богах, и чувствовать вопль совести, когда нет ни власти, ни строгости законов? Ибо они одни только суть такая преграда, которою можно удержать человеческие страсти: одна только всеобщая воля может возпротивиться волям частным: есть ли не будет меч, который бы равно висел над всем народом, и который бы отсекал или низлагал дерзкия главы, возвышающияся до излишества; то немощный всегда будет подвержен насилию сильнейшаго, мятеж усилится, а с мятежем и преступления.

P. 908

Il attacha tant d’importance à la législation, qu’il ne permit à qui que ce fût d’en parler qu’en présence de mille citoyens, & qu’avec la corde au cou. Ayant transgressé dans un tems de guerre la loi par laquelle il avoit décerné la peine de mort contre celui qui paroîtroit en armes dans les assemblées du peuple, il se punit lui-même en s’ôtant la vie.

Grec (1757)
Louis de Jaucourt
C. 28

Он в такое привел уважение законы, что он запретил всякому, кто бы он ни был, говорить об них, разве в присутствии тысячи граждан, и положив голову в петлю. А как некогда он сам во время войны преступил [c. 29] тот закон, которым он осуждал на смертную казнь того, кто придет вооружен в народное собрание, то он сам себя наказал лишением себя жизни.

P. 393

Le premier [édit] déclaroit infâme tout Magistrat qui auroit été déposé par le jugement du peuple. <...> [p. 394] Par la seconde Loi <...> il étoit ordonné que tout Magistrat qui auroit exilé un Citoyen Romain sans observer les formalitez prescrites par les Loix, seroit tenu d’en rendre compte devant l’Assemblée du Peuple. <...> Caïus par cet essai de son credit, se voyant en état de tout entreprendre, forma de plus grands desseins, & dont l’objet étoit de faire passer du Senat à l’Assemblée du Peuple, toute l’autorité du gouvernement. Ce fut dans cette vûe qu’il fit un nouvel Edit pour donner le droit [p. 395] de Bourgeoisie, & le titre de Citoyens Romains à tous les habitans du Latium, & il étendit depuis ce droit jusques aux Alpes. Il proposa en même tems que les Colonies qui seroient peuplées de Latins, eussent les mêmes priviléges que les Colonies Romaines <...>. 

С. 491

Первый [закон Каия Гракха], объявлял непотребным человеком всякаго Начальника, который будет низложен от своего Чина судом Народа. <...> Вторым Законом <…> предписано, что всякой Правитель, который учинит изгнание Римскаго Гражданина, без предписанных Законами судебных обрядов, долженствует дать в том ответ перед Народным Собранием. <...> [с. 492] Каий сим опытом своей силы увидел, что всякое его предприятие могло быть исполнено, по чему возымел боле великие намерении, кои стремились перевести из Сената в Народное Собрание всю власть Правительства. В сем виде он уставил новый Закон, который давал Право Мещанства, и название Римских Граждан всем жителям Латиума: и по том он разпространил сие право даже и на Альпинских обитателей. В то ж время предложил, чтоб и те места кои населены будут Латинянами имели [с. 493] равные преимуществы какими пользуются новопоселении Римлян.

P. 40

Nos corps font partie du monde physique. Toute la nature agit sur eux par des loix invariables ; & par d'autres loix que nous sommes également obligés de subir <…>. 

Essai de philosophie morale (1749)
Pierre Louis Moreau de Maupertuis
C. 31

Но каким образом избежать можно действия сих втекающих предметов? тела наши составляют часть естественнаго света: все естество действует на них по непременным законам, а по другим законам, которым мы равномерно обязаны повиноваться.

Опыт нравоучителной философии (1777)
Пьер Луи Моро де Мопертюи
P. 1

Neque enim credibile est, <...> inter homines imperio civili ac legibus circumscriptos.

C. 1

Понеже ниже вероятно есть, яко аще бы между человеки власть гражданская и законами определенная была <…>.

Нашли опечатку?
Выделите её, нажмите Ctrl+Enter
и отправьте нам уведомление. Спасибо за участие!