gouvernement

.term-highlight[href='/en/term/gouvernement'], .term-highlight[href^='/en/term/gouvernement-'], .term-highlight[href='/en/term/gouvernemens'], .term-highlight[href^='/en/term/gouvernemens-'], .term-highlight[href='/en/term/gouvernement-1'], .term-highlight[href^='/en/term/gouvernement-1-'], .term-highlight[href='/en/term/gouvernemens-1'], .term-highlight[href^='/en/term/gouvernemens-1-'], .term-highlight[href='/en/term/gouvernemet'], .term-highlight[href^='/en/term/gouvernemet-'], .term-highlight[href='/en/term/gouvenement'], .term-highlight[href^='/en/term/gouvenement-'], .term-highlight[href='/en/term/gouvernemen'], .term-highlight[href^='/en/term/gouvernemen-'], .term-highlight[href='/en/term/gouvernemnet'], .term-highlight[href^='/en/term/gouvernemnet-'], .term-highlight[href='/en/term/gouvernements'], .term-highlight[href^='/en/term/gouvernements-']
Original
Translation
Chap. IV. P. 26

Carthage devenuë riche plutôt que [p. 27] Rome, avoit aussi été plutôt corrompuë : ainsi pendant qu’à Rome les emplois publics ne s’obtenoient que par la vertu, & ne donnoient d’utilité que l’honneur, & une préference aux fatigues, tout ce que le public peut donner aux Particuliers se vendoit à Carthage, & tout service rendu par les Particuliers y étoit payé par le public.

La Tyrannie d’un Prince ne met pas un Etat plus près de sa ruine que l’indifférence pour le bien commun n’y met une République. L’avantage d’un Etat libre est que les revenus y sont mieux administrés ; mais lorsqu’ils le sont plus mal? L’avantage d’un Etat libre est qu’il n’y a pas de favoris; mais quand cela n’est pas? & qu’au lieu des Amis et des parens du Prince, il faut faire la fortune des Amis & des parens de tous ceux qui ont part au Gouvernement, tout est perdu.

Л. 11

Карфаген прежде Рима стал богат, также прежде и испортился: когда чины в Риме недоставались как чрез добродетель, и другой ползы не приносили как честь, а отменныя оныя труды в Карфагене продавались, и заслуги граждан были награждаемы обществом.

Тиранство владетеля неболше разоряет государство как небрежение общей ползы. Прибыль волнаго Государства состоит в том, когда доходы в лучшем состоянии, но когда они в худшем ? , то прибыль волнаго владения в том, когда нет в нем никого в великой силе; но как и сего нет ? , и когда вместо друзей и сродственников Государевых должно делать удоволствие друзьям и сродственникам всех тех, которые имеют участие в правлении, то все придет в погибельное состояние.

Chap. VIII. P. 81

Après l’expulsion des Rois, le Gouvernement étoit devenu Aristocratique : les Familles Patriciennes obtenoient seules toutes les Magistratures, [p. 82] toutes les dignités, & par conséquent tous les honneurs militaires & civiles.

Les Patriciens voulant empêcher le retour des Rois, chercherent à augmenter le mouvement qui étoit dans l’esprit du Peuple ; mais ils firent plus qu’ils ne voulurent : à force de lui donner de la haine pour les Rois, ils lui donnerent un défit immodéré de la Liberté. Comme l’autorité Royale avoit passé toute entière entre les mains des Consuls, le Peuple sentit que cette liberté dont on vouloit lui donner tant d’amour, il ne l’avoit pas ; il chercha donc à abaisser le Consulat, et avoir des Magistrats Plebeïens, & partager avec les Nobles les Magistratures Curules.

Л. 41 об.

По изгнании царей правителство стало аристократическое: одне сенаторские фамилии имели все начальство, все достоиства, и следователно все чести воинския и гражданския.

Сенаторы желали препядствие учинить возвращению королей, старались учинить, чтоб народ болшее от царя имел отвращение, однако они зделали болше нежели желали они безпрестанно привoдили их в ненависть, возбудили в народе чрезмерное желание вольности. Как царская власть перешла совсем в руки консулов, то народ почувствовав, что той волности, к которой в нем такую любовь возбуждали, не было, и для того старался в уничтожении Консулства, и чтоб иметь народные началства, и разделить власть с благородными.

Chap. VIII. P. 90

Le Gouvernement de Rome fut admirable en ce que depuis sa naissance sa Constitution se trouva telle, soit par l’esprit du Peuple, la force du Sénat, ou l’autorité de certains Magistrats, que tout abus du pouvoir y put toujours être corrigé.

Л. 46 об.

Правление Рима было удивителное в том что по начале его было в нем расположение или для свойства народа и силы сената, или для влaсти некоторых началников, что все своеволные поступки там могли быть всегда поправляемы.

Chap. XVII. P. 189

Dans le tems de la République le Peuple Romain Souverain de tous les autres devoit naturellement avoir part aux tributs; cela fit que le Sénat lui vendit d’abord du bled à bas prix, & le lui donna pour rien. Lorsque le Gouvernement fut devenu Monarchique cela subsista contre les principes de la Monarchie; on laissoit cet abus à cause des inconveniens qu’il y auroit eu à le changer, mais Constantin fondant une Ville nouvelle l’y établit sans aucune bonne raison.

Л. 123 об.

Во время республики Римскому народу господствующему над всеми другими надлежало конечно иметь участие в податях; сие учинило что Сенат оному хлеб сперва продавал за дешевую цену а наконец давал даром. Когда правление зделалось монаршеское, то сие почиталось против правил монархий; оставили худое употребление для несходства которое надлежало переменить, но Константин основавши новой город там оное ввел без всякой хорошей причины.

P. 5

Il devoit arriver de deux choses l’une ; ou que Rome changeroit son Gouvernement ; ou qu’elle resteroit une petite & pauvre Monarchie.

С. 5

Из двух должно было случиться одно; или что Рим переменит свое правление, или пребудет малою и бедною монархиею.

P. 203

Pour prévenir les trahisons continuelles des Soldats, les Empereurs s’associerent des personnes en qui ils avoient confiance : & Diocletien, sous prétexte de la grandeur des affaires, régla qu’il y aurait toujours deux Empereurs & deux Césars. II jugea que les quatre principales Armées étant [р. 204] occupées par ceux qui auroient part à l’Empire, elles s’intimideroient les unes les autres ; que les autres Armées n’étant pas assez fortes pour entreprendre de faire leur Chef Empereur, elles perdroient peu à peu la coutume d’élire ; & qu’enfin, la dignité de César étant toujours subordonnée, la puissance partagée entre quatre pour la sûreté du Gouvernement, ne seroit pourtant, dans toute son étendue qu’entre les mains de deux.

С. 212

Для предупреждения безпрерывно бывающих от воинов измен, императоры стали избирать таких себе сообщников в правлении, на которых они полагались: и Диоклетиан под видом обширности государственных дел учредил, чтобы всегда было два императора и два Кесаря. Он разсудил, что разделенное на четыре главныя части воинство, будучи под начальством имеющих участие в правлении, само себя устрашать будет; что другия войска, будучи не в силах сделать своего предводителя императором, мало по малу отвыкнут от избрания новых государей; и что напоследок Кесарское достоинство будучи всегда подчинено, могущество, разделенное между четырьмя для безопасности правления, будет во всем своем пространстве находиться в руках только у двоих.

P. 221

Voici en un mot l’Histoire des Romains : Ils vainquirent tous les Peuples par leurs maximes : mais lorsqu’ils y furent parvenus, leur République ne put subsister ; il fallut changer de gouvernement : & des maximes 
contraires aux premieres, employées dans ce gouvernement [р. 222] nouveau, firent tomber leur grandeur.

С. 232

Словом, вот в чем состоит вся сила Римской истории. Они чрез постоянное наблюдение политических правил преодолели всех народов: но как они достигли до своего намерения, республика их не могла пребыть в целости; должно было переменить правление: и употребленныя в сем новом правлении правила будучи отменны от прежних, служили к упадку их величества.

P. xc

Si je pouvois faire en sorte que tout le monde eût de nouvelles raisons pour aimer ses devoirs, son prince, sa patrie, ses loix ; qu’on pût mieux sentir son bonheur dans chaque pays, [р. xcj] dans chaque gouvernement, dans chaque poste où l’on se trouve ; je me croirois le plus heureux des mortels.

De l'esprit des lois. T. 1 (1757)
Charles Louis de Montesquieu
С. VIII

Ежели бы я возмог каким образом произвести, что бы весь свет возъимел новыя причины к возлюблению своих должностей, своего Государя, своего отечества и своих законов, и что бы возчувствовали лучше свое блаженство в каждой земле, в каждом правлении и в каждом состоянии, в каком кто находится; то бы я почел себя наисчастливейшим из смертных.

О разуме законов (1775)
Шарль Луи де Монтескье
P. liij

On peut distinguer trois sortes de gouvernemens ; le républicain, le monarchique, le despotique. Dans le républicain, le peuple en corps a la souveraine puissance. Dans le monarchique un seul gouverne par des loix fondamentales. Dans le despotique, on ne connoît d’autre loi que la volonté du maître, ou plutôt du tyran. Ce n’est pas à dire qu’il n’y ait dans l’univers que ces trois especes d’états ; ce n’est pas à dire même qu’il y ait des états qui appartiennent uniquement & rigoureusement à quelqu’une de ces formes ; la plupart sont, pour ainsi dire, mi-partis ou nuancés les uns des autres.

De l'esprit des lois. T. 1 (1757)
Charles Louis de Montesquieu
С. XIV

Правление можно разделить на три рода, народное, самодержавное и самовластное. В народном правлении народ весь вместе имеет верховное могущество, в самодержавном одна особа управляет по принятым за основание законам, а в самовластном не знают другаго закона, кроме воли Государя или лучше сказать мучителя. Сим разделением не утверждается того, что бы о всей вселенной были только сии три рода правлений, как не говорится здесь и того, что бы находилися такие государства, которыя бы единственно и в точности принадлежали к одному какому нибудь из сих учреждений; но большая из них часть суть, так сказать, полсмешены или одни другим подтенены.

О разуме законов (1775)
Шарль Луи де Монтескье
P. lvj

Les loix que le législateur donne doivent être conformes au principe de chaque gouvernement ; dans la république, entretenir l’égalité & la frugalité ; dans la monarchie, soutenir la noblesse, sans écraser le peuple ; sous le gouvernement despotique, tenir également tous les états dans le silence.

De l'esprit des lois. T. 1 (1757)
Charles Louis de Montesquieu
С. XVII

Законы издаваемые законодавцем должны сообразовать с началом каждаго правления; в общенародном с равенством и умеренностию жизни; в самодержавном с удержанием благородства по приличию безконечнаго раззорения народа, а в самовластном с содержанием всех состояний в равном молчании.

О разуме законов (1775)
Шарль Луи де Монтескье
P. 11

Outre le droit des gens qui regarde toutes les sociétés, il y a un droit politique pour chacune. Une société ne sauroit subsister sans un gouvernementLa réunion de toutes les forces particulieres, dit très-bien Gravina, forme ce qu’on appelle l’état politique.

De l'esprit des lois. T. 1 (1757)
Charles Louis de Montesquieu
С. 11

Сверх права народнаго касающагося до всех сообществ есть для каждого сообщества политическое право. Сообщество не могло б устоять без правительства. Соединение всех частных сил в одну, как сказал весьма изрядно Гравин, составляют то, что называют СОСТОЯНИЕМ ПОЛИТИЧЕСКИМ.

О разуме законов (1775)
Шарль Луи де Монтескье
P. 103

Chaque gouvernement a sa nature & son principe. Il ne faut donc pas que l’aristocratie prenne la nature & le principe de la monarchie ; ce qui arriveroit, si les nobles avoient quelques prérogatives personnelles & particulieres, distinctes de celles de leur corps : les priviléges doivent être pour le sénat, & le simple respect pour les sénateurs.

[p.104] Il y a deux sources principales de désordres dans les états aristocratiques : l’inégalité extrême entre ceux qui gouvernent & ceux qui sont gouvernés ; & la même inégalité entre les différens membres du corps qui gouverne.

De l'esprit des lois. T. 1 (1757)
Charles Louis de Montesquieu
С. 103

Всякое правление имеет свое естество и свое начало. По чему и не надлежит, что бы, вельможное правление принимало свойство и начало самодержавнаго; сие произошло бы тогда, если бы благородные имели некоторыя личныя и особенныя права, отменныя от тех, которыя имеет все их сообщество. Права должны быть для сената, а простое почтение к сенаторам

В вельможных правлениях находятся два главныя источника неустройств: чрезвычайное неравенство между правящими и управляемыми, и то же самое неравенство между разными членами управляющего собрания. 

О разуме законов (1775)
Шарль Луи де Монтескье
P. 147

Dans nos gouvernemens, les fiefs sont devenus héréditaires. Il a fallu que la  [р. 148] noblesse eût une certaine consistance, afin que le propriétaire du fief fût en état de servir le prince.

De l'esprit des lois. T. 1 (1757)
Charles Louis de Montesquieu
С. 148

В наших правлениях жалованнныя поместья сделались вотчинами. Надлежит, что бы дворянство имело какое нибудь известное содержание; дабы владелец жалованнаго поместья бы в состоянии служить своему Государю.

О разуме законов (1775)
Шарль Луи де Монтескье
P. 259

Ainsi il y a grande apparence que les hommes auroient été à la fin obligés de vivre toujours sous le gouvernement d’un seul, s’ils n’avoient imaginé une maniere de constitution qui a tous les avantages intérieurs du gouvernement républicain & la force extérieure [р. 260] du monarchique. Je parle de la république fédérative.

De l'esprit des lois. T. 1 (1757)
Charles Louis de Montesquieu
С. 260

По сему весьма видно, что люди напоследок принуждены бы были жить под управлением одной особы, если бы не выдумали еще установления такого правительства, которое все внутренния выгоды имеет правления республиканскаго, а внешнюю силу самодержавнаго. Я говорю о соединенной республике.

О разуме законов (1775)
Шарль Луи де Монтескье
P. 340

Si les politiques étoient moins aveuglés par leur ambition, ils verroient combien il est impossible qu’aucun établissement quel qu’il soit, puisse marcher selon l’esprit de son institution, s’il n’est dirigé selon la loi du devoir ; ils sentiroient que le plus grand [p. 341] ressort de l’autorité publique est dans le cœur des citoyens, & que rien ne peut suppléer aux mœurs pour le maintien du gouvernement. Non-seulement il n’y a que des gens de bien qui sachent administrer les lois, mais il n’y a dans le fond que d’honnêtes gens qui sachent leur obéir.

С. 30

Ежели бы политики честолюбием своим не так ослеплены были, то бы легко усмотрели сколь невозможное дело, что бы какое учреждение могло себя вести по разуму своего постановления, когда законом должности не будет управляемо; они бы уразумели тогда что главнейшая пружина народной власти находится в сердцах граждан, которая всего лучше способствует нравам к воздержанию правления. Не только одни богатые в силах наблюдать законы, но по основанию одни честные люди им повинуются.

P. 342

Qu’on nous dise qu’il est bon qu’un seul périsse pour tous, j’admirerai cette sentence dans la bouche d’un digne & vertueux patriote qui se consacre volontairement & par devoir à la mort pour le salut de son pays : mais si l’on entend qu’il soit permis au gouvernement de sacrifier un innocent au salut de la multitude, je tiens cette maxime pour une des plus exécrables que jamais la tyrannie ait inventée, la plus fausse qu’on puisse avancer, la plus dangereuse qu’on puisse admettre, & la plus directement opposée aux lois fondamentales de la société.

С. 41

Правда достойно удивления то, что бы один мог погибнуть за всех тогда, когда оно совершается от достойнаго и добродетельнаго патриота добровольно и по долгу посвятившагося смерти к благоденствию отечества своего; но правило, которым бы правлению позволялось жертвовать невинным к соблюдению множества, может почесться ненавистнейшим, каковое могло мучительство придумать, ложнейшим к доказательству, опаснейшим к утверждению и противным начальным законам общества.

P. 342

Ce qu’il y a de plus nécessaire, & peut-être de plus difficile dans le gouvernement, c’est une intégrité sévere à rendre justice à tous, & sur-tout à protéger le pauvre contre la tyrannie du riche.

С. 45

Неотменно нужно и не без затруднения в правлении наблюдать строго непорочность в показании правосудия, а особливо в покровительстве бедных от насилия богатых.

P. 345

Quand une fois les fonds publics sont établis, les chefs de l’état en sont de droit les administrateurs ; car cette administration fait une partie du gouvernement, toûjours essentielle, quoique non toûjours également : son influence augmente à mesure que celle des autres ressorts diminue ; & l’on peut dire qu’un gouvernement est parvenu à son dernier degré de corruption, quand il n’a plus d’autre nerf que l’argent : or comme tout gouvernement tend sans cesse au relâchement, cette seule raison montre pourquoi nul état ne peut subsister si ses revenus n’augmentent sans cesse.

С. 64

Когда такое стяжание учреждено; то правители государства по праву почитаются онаго распорядителями; ибо сие управление составляет всегда существенную, хотя не всегда равную, часть государственнаго правления; влияние сея части правления усиливается по мере ослабления прочих пружин; и то можно [с. 65] сказать, что правление достигло до последняго степени повреждения, когда деньги единственным средством служат: а как всякое правление ослабевает; то по сей единой причине разуметь должно, для чего во всяком государстве доходы неотменно должны безпрерывно возвышаться.

P. 348

Quelqu’un m’objectera peut-être que ceux que Bodin appelle imposteurs, c’est-à-dire ceux qui imposent ou imaginent les taxes, étant dans la classe des riches, n’auront garde d’épargner les autres à leurs propres dépens, & de se charger eux-mêmes pour soulager les pauvres. Mais il faut rejetter de pareilles idées. Si dans chaque nation ceux à qui le souverain commet le gouvernement des peuples, en étoient les ennemis par état, ce ne seroit pas la peine de rechercher ce qu’ils doivent faire pour les rendre heureux.

С. 95

Некоторые может быть скажут, что те, которых Бодин называет [с. 96] обманщиками, то есть, которые определяют или вымышляют подати, будучи сами из числа богатых, не помыслят об облегчении других к собственному своему ущербу, и не обременят сами себя к подкреплению бедных. Но подобных воображений держаться не должно. Ежели бы о всяком народе те, которым государь доверяет правление народов, были неприятели оных по определению состояния, то не для чего было бы испытывать, что они должны делать к благоденствию их.

P. 337

ÉCONOMIE ou ŒCONOMIE, (Morale & Politique.) ce mot vient de οἶκος, maison, & de νόμος, loi, & ne signifie originairement que le sage & légitime gouvernement de la maison, pour le bien commun de toute la famille. Le sens de ce terme a été dans la suite étendu au gouvernement de la grande famille, qui est l’état. Pour distinguer ces deux acceptions, on l’appelle dans ce dernier cas, économie générale, ou politique ; & dans l’autre, économie domestique, ou particuliere. Ce n’est que de la premiere qu’il est question dans cet article. Sur l’économie domestique, voyez  Père de famille.

Quand il y auroit entre l’état & la famille autant de rapport que plusieurs auteurs le prétendent, il ne s’ensuivroit pas pour cela que les regles de conduite propres à l’une de ces deux sociétés, fussent convenables à l’autre : elles different trop en grandeur pour pouvoir être administrées de la même maniere, & il y aura toûjours une extrème différence entre le gouvernement domestique, où le pere peut tout voir par lui-même, & le gouvernement civil, où le chef ne voit presque rien que par les yeux d’autrui.

С. 1

Економия, (нравств. и политика). Сие слово составлено из Греческаго οἶκος дом и νόμος закон, и по производству означает разумное и законное домашнее правление к общему всей семьи благополучию. Знаменование сего слова потом введено даже и в правлении большей семьи или государства. Для лучшего различения сих означений в последнем случае называется она общественною экономиею или государственным благоучреждением, в первом же домостроительством, или частною экономиею. 

Хотя бы между государством и семьею и было такое сходство, каковое [с. 2] многие сочинители утверждают, то не следовало бы из того, что правила порядка свойственныя одному, которому ни есть из сих двух обществу, равно приличествуют и другому: пространством своим они разнствуют так, что одинаковым образом управляемы быть не могут, и несходствие сие безконечно между домашним правлением, в коем отец все видеть может своими очами, и государственным, котораго глава зрит по представлению других.

Have you found a typo?
Select it, press CTRL+Enter
and send us a message. Thank you for your help!