политик

.term-highlight[href='/ru/term/politik'], .term-highlight[href^='/ru/term/politik-'], .term-highlight[href='/ru/term/politikam'], .term-highlight[href^='/ru/term/politikam-'], .term-highlight[href='/ru/term/politikov'], .term-highlight[href^='/ru/term/politikov-'], .term-highlight[href='/ru/term/politikom'], .term-highlight[href^='/ru/term/politikom-'], .term-highlight[href='/ru/term/politiku-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/politiku-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/politiki-2'], .term-highlight[href^='/ru/term/politiki-2-']
Оригинал
Перевод
Р. 36

Cet habile Politique fit ces règlemens pour s’assurer la couronne. Car ayant à faire à des hommes encore féroces, & qui ne se connoissoient pas bien en vrai mérite, il craignit qu’une trop grande familiarité ne lui attirât le mépris, & ne donnât lieu à des complots & à des conspirations contre une autorité naissante, qui ne manque jamais de faire des jaloux & des mécontens. Mais demeurant ainsi caché aux yeux du peuple, & ne se faisant connoitre que par les sages loix qu’il établissoit, & par l’exacte justice qu’il se piquoit de rendre à chacun, il s’attiroit le respect & l’estime de ses sujets.

С. 32

Сей искусной политик [Деиоцес] зделал такия учреждения, для удержания при себе Королевской власти. Он имел дело с людьми грубыми и дикими, которые не знали в чем состоит прямое достоинство; и для того опасался он, чтоб снисходительное его обхождение не привлекло на него презрения, и не подало бы причины к бунтам противу начинающейся его власти, которая никогда от зависти и неудовольствия свободна быть не может; а пребывая таким образом скрыт от народных глаз, и оказывая себя пред ним чрез установление мудрых законов, и чрез делание всякому точной справедливости, доставлял себе почтение и уважение от своих подданных.

S. 17

<...> so dürfte man nunmehr eine Abhandlung von den Pflichten der Regenten von mir erwarten. Vielleicht wäre ich in diesem Stücke, da ich die besten Geschichtschreiber unermüdet lese, glücklicher, als manche junge Schriftsteller <...> Ich überlasse dieses aber alten und erfahrnen Staatsmännern <...>.

С. 16

Следовало бы теперь упомянуть о должностях владетелей. Читая прилежно наилучших писателей истории, может быть был бы я в сем деле удачливее, нежели другие <...> однако я оставляю сие старым и искусным политикам <...>.

S. 132

Ein wahrer Politicus ist keinesweges, wie ich bereits gesagt, habe ein solcher Mann, für welchen ein jeder sich hüten muß. Denn so bald er sich den Namen eines Politici erworben, so ist er kein Politicus mehr.

С. 139-140

Точной политик, как прежде сказано, совсем не таков, от котораго бы беречься должно: ибо как скоро он получил себе имя политика, то уже более не политик.

S. 134

Wenn ein Staatsmann sich nicht in den Ruf der Aufrichtigkeit, Einfalt und Redlichkeit setzen kann, so richtet er durch seine Künste nichts anders aus, als daß er andre warnet, sich wol für ihn zu hüten.

С. 141

Ежели политик не может прослыть откровенным, простодушным и справедливым, то своим искусством ничего не может произвести, как только заставить других, чтоб его опасались.

Р. 276

En regardant la religion simplement du côté de la politique, il paroît que la protestante est la plus convenable aux républiques & aux monarchies. Elle s’accorde le mieux avec cet esprit de liberté qui fait l’essence des premieres. Car dans un état, où il faut des négocians, des laboureurs, des artisans, des soldats, des sujets en un mot, il est sûr que des citoyens qui font voeu de laisser périr l’espece humaine, deviennent pernicieux.

С. 243

Смотря на закон просто с стороны политики, кажется что Протестантской приличнее Республикам и Монархиям; ибо лучше он соглашается с сим духом вольности, которой потребен в перьвом из сих правлений; а посему в таком государстве, в котором должны быть купцы, земледельцы, художники, воины, и словом сказать, все подданные, то совершенно бывает вредно, когда граждане учинят такия обеты, которыя следуют к убытку народному.

История Бранденбургская (1770)
Фридрих II Гогенцоллерн
P. 39

J’ai jetté les yeux sur un plus grand théâtre, & j’ai vû les passions, comme autant de furies, porter la désolation dans toute la terre, changer les Magistrats en ennemis de la société, fouler aux pieds les loix les plus saintes de l’humanité, & détruire dans un instant: les Empires les plus formidables. <…> [p. 40]. Je n’ose, Phocion, marcher sans votre secours ; je n’ose entrer seul dans le sanctuaire de cette politique sublime, qui n’a d’autre instrument, ni d’autre appui que la vertu; je craindrois de le profaner.

С. 46

Поглядел я на больший еще того позор и увидел страсти, как фурии, наносящие разорения по всей земле; переменяющия градоначальников в неприятелей обществу; попирающия под ноги святейшие человеколюбия законы; разрушающия в миг сильнейшия Империи. <…>. Не смею я, Фокион, далее поступать без вашей помощи; не смею я один войтить во святилище политики, которая другова орудия, ни другия подкрепы не имеет, как только добродетель.

P. 75

Ce seroit un étrange Politique, qu’un Législateur, perſuadé qu’il suffit de faire des loix pour que les hommes obéissent. Il n’a encore rien fait quand’ il n’aura réglé que les droits de chaque Citoyen & donné des bornes fixes à la justice.

С. 89

Странной был бы тот политик, как законодавец, удостоверивая себя что доволно только издать законы, чтоб люди оным повиновалися. Он ничего еще не сделал, когда учредил только права каждаго гражданина, и положил твердые пределы правосудию.

P. 193

Voilà, Aristas, ce que j’avois à vous dire sur les principes fondamentaux de la Politique ; elle exige sans doute plusieurs autres connoissances dans l’homme d’Etat, & vous devez vous hâter de les acquérir.

С. 233

Вот Арист, что я имел вам говорить о основательных началах политики; она без сумнения требует многих еще других знаний для человека государственнаго, и вы в приобретении оных поспешать должны.

P. 6

L’homme, comme être physique, est ainsi que les autres corps, gouverné par des loix invariables : comme être intelligent, il viole sans cesse les loix que Dieu a établies, & change celles qu’il établit lui-même. Il faut qu’il se conduise ; & cependant il est un être borné ; il est sujet à l’ignorance & à l’erreur, comme toutes les intelligences finies ; les foibles connoissances qu’il a, il les perd encore : comme créature sensible, il devient sujet à mille passions. Un tel être pouvoit à tous les instans oublier son créateur ; Dieu l’a rappelé à lui par les loix de la religion : un tel être pouvoit à tous les instans s’oublier lui-même ; les philosophes l’ont averti par les loix de la morale : Fait pour vivre dans la société, il y pouvoit oublier les autres ; les législateurs l’ont rendu à ses devoirs par les loix politiques & civiles.

De l'esprit des lois. T. 1 (1757)
Charles Louis de Montesquieu
С. 6

Человек, как бытие естественное так, как и другия тела, управляется непременными законами. Человек, как бытие разумное, нарушает безпрестанно законы от Бога установленные; переменяет и те самые, которые он сам установил: надлежит ему самим собою предводительствовать; однако же он есть бытие ограниченное; и потому подвержен незнанию и заблуждению так, как и все разумныя бытия ограниченныя; сколь ни слабыя имеет он познания, но и те он теряет, как одаренное чувством творение; и потому подвержен он множеству страстей. Такое бытие может завсегд предать забвению своего творителя; но Бог приводит его в себя законами веры. Такое бытие может часто позабывать и само себя; но Философы научают его познанию чрез законы нравоучения. Будучи создан для сожития в обществах он бы мог в оном [с. 7] позабыть других; но законодавцы приводят его к своей должности законами политики и гражданства.

О разуме законов (1775)
Шарль Луи де Монтескье
P. 340

Si les politiques étoient moins aveuglés par leur ambition, ils verroient combien il est impossible qu’aucun établissement quel qu’il soit, puisse marcher selon l’esprit de son institution, s’il n’est dirigé selon la loi du devoir ; ils sentiroient que le plus grand [p. 341] ressort de l’autorité publique est dans le cœur des citoyens, & que rien ne peut suppléer aux mœurs pour le maintien du gouvernement. Non-seulement il n’y a que des gens de bien qui sachent administrer les lois, mais il n’y a dans le fond que d’honnêtes gens qui sachent leur obéir.

С. 30

Ежели бы политики честолюбием своим не так ослеплены были, то бы легко усмотрели сколь невозможное дело, что бы какое учреждение могло себя вести по разуму своего постановления, когда законом должности не будет управляемо; они бы уразумели тогда что главнейшая пружина народной власти находится в сердцах граждан, которая всего лучше способствует нравам к воздержанию правления. Не только одни богатые в силах наблюдать законы, но по основанию одни честные люди им повинуются.

P. 118

L. 247. Citoyens, politiques, hommes de société, ils peuvent prétendre à toutes les places que les talens doivent remplir.

С. 89

П. 239. Будучи граждане, политики, члены общества могут они помышлять о всех местах, для коих нужны дарования.

P. 212

L. 280. Nous regardons encore comme un trait de bonne politique, pour contrebalancer l’autorité souveraine, d’empêcher que l’Election de nos Rois ne soit unanime.

С. 164

П. 268. Мы почитаем також за следствие просвященной политики для перевеса государской власти, и то что может препятствовать чинить выбор Королей инако как единогласием.

P. 88

L. 322. Héritier de la justice et de la bonté de ses Ancêtres, ce Prince a réuni [p. 89] dans un corps de Loix, tout ce qui peut assurer la paix et le bonheur d’un Etat. Au lieu de cette politique sombre et menaçante, qui ne marche qu’à l’ombre de la terreur qu’elle inspire, vous y verrez cet esprit de douceur et d’humanité, qui répand tant de charmes sur le gouvernement des bons Rois.

С. 69

П. 311. Наследствовав доброту и справедливость своих предков, сей Государь соединил в одну книгу законов все то что может убезпечить спокойствие и счастие Государства.  Вместо угрюмой и грозной политики, которая ходит только под тению вселяемаго ею страха, найдете вы в сем уложенье дух тихости и человеколюбия, которое толикими прелестями покрывает правление добрых Королей.

P. 177

L. CXVI. Le Mexique. Obligé de faire céder les sentimens de l’humanité aux loix cruelles de la politique <...>.

С. 110

П. 103. Мексика. Будучи принужден затушить чувствия человечества, и действовать в силу предписаний кровожаждущей политики <…>.

P. 274

L. CXIX. Le Mexique. Il n’ignoroit pas la misere et les plaintes de ses peuples ; mais il mettoit l’oppression entre les plus fines maximes de sa politique ; et il y avoit près de quinze ans qu’il regnoit suivant ces maximes, lorsqu’il perdit la couronne et la vie.

С. 171

П. 106. Мексика. Он знал о бедности и стенании народа, но утеснение полагал в числе наиразумнейших правил политики, и уже на пятнадцатом году царствования по таковым началам лишился престола и жизни.

P. 216

L. CVI. Le Canada. Si j’en crois ce même jésuite, les sauvages sont exercés dans le manege de la politique la plus rasinée.

С. 151

П. 93. Канада. Естьли верить сему Иезуиту, то Индейцы суть самые наитончайшие политики.

P. 333

L. CIX. Colonnies Angloises. Ce fut un trait  de sage et fine politique de la part de Williams Pen, pour l’agrandissement de sa colonie, d’y attirer des hommes de toutes les nations, et d’y permettre tous les cultes.

С. 234

П. 96. Аглинския селения. Виллиамс Пен, поступил по правилам мудрой и тонкой политики, в размножении своего селения, привлекая из него людей изо всех народов, и позволяя свободно отправлять все веры.

P. 329

L. 296. <...> la [p. 330] France, dont la puissance est si formidable, et qui, jointe à l’Espagne, avoit employé tous les efforts de son pouvoir et de sa politique pour s’opposer à son élévation <...>.

С. 201

П. 285. <…> Франция, которой могущество столь велико,  которая соединяясь с Гишпаниею употребила все усилении власти и политики дабы возпротивиться его возвышению <…>.

P. 9

Où la foi fleurit, là regne une politique toute sacrée & toute sainte ; mais où elle est dans le mépris & dans le rabais, là il ne peut y avoir de politique fort juste, n'y fort heureuse ; car bien loin de renverser l'ordre des choses, en se servant de la Religion comme d'un moyen, & regardant l'autorité suprême & le gouvernement absolu comme son unique but & sa fin, elle employe au contraire les forces de l'Etat & la souveraine puissance comme de tres-excellens moyens, afin d'établir la solide piété & la veritable Religion, & voilà la seule fin qu'elle se propose.

Л. 17 – 17 об.

Где процветает вера, там царствует богоугодная и святая политика, где же она в пренебрежении и упадке, та[м] истинной и блаженной политики быть не может, ибо когда закона так как некотораго средства главное намерение есть то, чтоб утвердить вышнюю власть и привесть в порядок правление государства, следователно, оным вместо того, чтоб разорился сей порядок, напротив того пощряются силы государства и вышняя власть, так как лутчия орудия на то, чтоб утвердить совершенное благочестие, на чем все и регулы закона основаны.

P. 94

Plusieurs excellens Politiques ont observé que lorsqu'il meurt quelques personnes illustres pour leur savoir, leur experience & leur fidelité, & qui se sont signalés dans la guerre, ou dans l'exercice de la justice, c'est une marque presque infaillible qu'il y aura quelque changement, ou qu'il surviendra quelque fâcheux accident qui troublera l'Etat.

Л. 118 об.

Многие разумнейшие политики приметили, что ежели кто умрет ис персон знатных в разсуждении своего знания, просвещения и верности или оказавши себя в войне либо в судейском чине, то оное был знак, что неотменно произойдет какая нибудь перемена или нещасливое приключение, которое причинит смятение в государстве.

Нашли опечатку?
Выделите её, нажмите Ctrl+Enter
и отправьте нам уведомление. Спасибо за участие!