dominus

.term-highlight[href='/ru/term/dominis'], .term-highlight[href^='/ru/term/dominis-'], .term-highlight[href='/ru/term/dominus'], .term-highlight[href^='/ru/term/dominus-'], .term-highlight[href='/ru/term/dominos'], .term-highlight[href^='/ru/term/dominos-'], .term-highlight[href='/ru/term/dominum'], .term-highlight[href^='/ru/term/dominum-'], .term-highlight[href='/ru/term/dominos-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/dominos-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/dominus-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/dominus-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/domini'], .term-highlight[href^='/ru/term/domini-'], .term-highlight[href='/ru/term/dominorum'], .term-highlight[href^='/ru/term/dominorum-'], .term-highlight[href='/ru/term/domino'], .term-highlight[href^='/ru/term/domino-']
Оригинал
Перевод
P. 315

Suadet porrò ambitio nimia Populi libertatem opprimere, subigere Nobilitatem, potentiorum vires infringere, & ad auctoritatem Regiam reducere omnia: existimat enim tum securiorem se fore, cùm fuerit absoluta, & subditos magis in servitutem redegerit ; grandis error, quo adulatio animos occupat Principum , eosque gravibus periculis objicit. Modestia est, quæ conservat Imperia, dum nimirum Princeps suam dominandi cupiditate ita corrigit, ut dignitatis suae potestatem. Nobilitatis amplitudinem, & populi libertatem intra rationis liimites coërceat: neque enim diu stare poterit Monarchia, cui de Aristocratia et Democratia aliquid admixtum non fuerit. Potestas absoluta tyrannis est; qui illam quærit, exitium suum quærit. Huc denique Principi sunt omnia reducend, ut us , qus sub imperio sunt, non tyrannum, sed Patrem familias, aut Regem agere videatur, & rem non quasi Dominus, sed quasi Procurator et Prefectum admumistrare, ac moderate vivere, nec quand nimium est, sectari *.

[*Arist[oteles]. Pol. l.5. c.11]
 

Л. 116

Понуждает к тому излишнее властолюбие отъяти свободу людем, покорити стареишине, велможам сломити силы, и вся к единовластителству устроевати. Разумеет бо властолюбец, яко безбеднейший будет, егда сам вся одержит, и людей болшою работою отяготит. Но се великое заблуждение, вне же ласкателие с[е]рдца княжие вводят, и купно их в великия беды ввергают. Обаче кротость сохраняет Ц[а]рствия, егда Ц[а]рь тако своя похоти управляет, яко и достоинства своего власть и честь велмож своих, и свободу народа в добром разума определении содержит. Не может бо долго пребывати Монархия, аще что от Аристократии и Демократии премешеннаго себе не имеет. Совершенное и самоволное единовластителство есть мучителство, его же аще кто ищет, ищет погибели своея. Вся убо якоже Аристотель тако устроевати подобает, да Ц[а]ря людие не мучителем, но Господарем нарицают; и да вся творит не яко Г[оспо]д[а]рствующий, но яко домовит и иконом, да живет в мерности, и всего еже излишнее есть да хранится. 

Р. 69

Mon. IV. Tranquillitatem & concordiam coli.

 

Quod optimum aut optatissimum in Societate est, vivere quietos, a vi & iniuria tutos. Metus vel auctoritas hoc facit Principis; quem unum omnes respiciunt, qui unus omnia potest, & ius vitae necisque habet. Itaque merito animi magis domiti & fracti sunt, & colla ad iugum inclinant. Non sic inter plures dominos: quorum potentia sparsa est, & ideo minor, ut flumen in plures rivos diductum. Alius alium respicit; patronum contra hunc aut illum habet: & addo, quod nec coercitio severa aut libera; quia in suffragiis aut comitiis, popularium opera egent. Itaque connivent & indulgent, gratiam singulorum quaerunt. 

 

 

Л. 43 об.

Увещание 4
Мир, тишина и согласие в монархии

 

Наибольшее есть паче всякого благополучия благополучие, егда государство в мире и в тишине пребывает и от всяких обид и насилия свободно есть, что тамо бывает, где един над всеми владычествует, егоже вси чтут и боятся яко имущаго власть живота и смерти; противно же обыча бывати тамо, где многи равную честь и власть имеют, которая, яко река, разделенна сущи на многия части, несильна и небыстра есть; во многоначальствии бо един на другаго взирает, ласкает и боятся, и часто кого хощет един властелин показнити, того другий заступает,  [л. 44] и каждый от них особьно себе у народа любви ищет; 

 

P. 228

§. 14. Hæc tamen omnia non producunt nis jus imperfectum seu aptitudinem ad habendum ab aliis honorem & venerationem. Unde si quis eundem aliis etiam bene meritis denegaverit, non in juriam facit, sed duntaxat ob in humanitatem & velut incivilitatem male audit. Sed jus perfectum ad habendum ab altero honorem, aut ejus insignia, provenit vel ex imperio, quod quis in istum obtinet, vel ex pacto cum eodem ea super re inito, vel ex lege per communem dominum lata aut approbata. 
§. 15.  Inter principes autem & integros popules pro eminentia & pracedentia solet allegari potissimum antiquitas regni & familiæ, amplitudo & opulentia dicionum, & potentia; qualitas potestatis, qua quis imperium in suo regno obtinet; & splendor tituli. Quæ tamen omnia per se non pariunt jus perfectu ad praecedentia adversus alios reges populos ve, nisi pacto aut concessione horum istud quæ situ fuerit.

C. 498

14. Однакож сия вся производят ТОКМО ПРАВО НЕ СОВЕРШЕННОЕ, или способность иметь от других честь, и почитание. И по тому аще бы кто оную честь хотя и заслуженным не восхотел воздавати, не творит обиды: но токмо не по человечески и не по граждански поступает. [с. 499] А ПРАВО СОВЕРШЕННОЕ имети от другого честь, или ея знамения, происходит или от повелителства, которое кто над тем имеет, или по договору о той вещи с оным учиненному, или по закону от общаго господина изданному или утвержденному. 
15. МЕЖДУ ВЛАСТИТЕЛИ ЖЕ и целыми народы, за преимущество и превосходителство вземлется наипаче, древность Государства и рода знаменитость, богатство стран, и сила: качество власти, каковою кто повелителство в своем Государстве имеет, и ясность титлы. Однкож оная вся, не творят совершеннаго права к превосходителству над прочими государи и народы, разве договором, и соизволением от оных тое взыскано будет. 

P. 89

Lusisti praeterea in permiscenda populi & optimatum potestate, quae utique diversissima est. Tu vero ad fucum & libertatis pompam, populum nominasti ; ad utilitatis vero speciem, retulisti Optimatum solertiam. Atqui, si respublicas intelligis, in quibus summum populo ius est ; quid prudentia illic Procerum possit ? Cum saepe ad imperitos, atque ignavos, populi levitas deferat fasces, cum factionibus, invidia, impetu, rapiantur vulgi studia; & plerunque fuerit ingens virtutis specimen, ab imperita multitudine male mulctari ? Sin illuc te refers, ubi Proceres omnia possunt ; pudeat istiusmodi senatui regnum, Anaximander, posthabere, & multiplicato numero dominorum, augere serviendi vilitatem. Nam pro unico Rege tot heros obtrudis, quot illic homines senatum constituunt.

Argenis (1621)
John Barclay
I, 15, 66. С. 168

К тому ж, вы непристойно смешали народную и вельможескую власть, для того что она весьма различна. Подлинно, вы для прикрасы и для великолепия в вольности отозвались к народу; а ради пользы присовокупили досужство вельможей. Но ежели вы чрез всеобщества разумеете те, в которых верьховнейшее право народ имеет; то какую в них силу благоразумие знатных людей иметь может? Ибо часто незнающих и ленивых лехкомыслие народа производит: также, возмущениями, завистию, и устремлением кипят народныя хотения; и притом, многократно бывало превеликия добродетели знаком, когда кто от нестройнаго множества пострадал. Буде ж вы к той стороне прибежите, где вся сила в одних вельможах; то такое правительствующее собрание предпочесть Царству, весьма стыдно, Государь мой, и умножив число Государей, умножить неволи подлость: ибо вы, вместо одного токмо Царя, столько поставляете Государей, сколько там людей, из которых [с. 169] состоит оный правительствующий совет.

P. 3

Nullum faciunt Romani Historici modum querelarum, quod temporum varietas, Tyrannorum multitudo, et bellorum civilium perturbatio causam dederint, ut pessum iret antiqua illa Respubl[ica] Romana, et in locum illius novum vitiosumque vitae genus introduceretur. Sed nemini hoc mirum videri debet, cum in omnibus regnis nationibusque usu venire soleat, ut mutatis dominis, externa mox in subditis vitia pullulent.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 82

Римские историки безмерно жалуются, что перемена времен, множество тираннов, и замешательства междоусобных браней возпричинствовали упадок древней республике Римской, и на место ее ввели новой и порочной род жизни. Но сему никто удивляться не должен, для того, что и во всех других царствах и народах обыкновенно, при перемене Государей, тот час в подданных странные прозябают пороки.

P. 105

Non sine magno ordinavit Deus mysterio, ut in una familia unicus sit paterfamilias ; ut populo nobili unus imperet civis ; ut unicum Provincia praesidem habeat ; ut ab unico Rege regnum gubernetur amplissimum; ut validissimus exercitus uni pareat duci, et quod omnium est maximum, ut unicus Imperator Monarcha sit et dominus mundi.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 275

Он [творец] не без великой тайны устроил, что в целом семействе один старшинствует хозяин; один гражданин знатным повелевает народом; целая провинция одного имеет начальника; один царь пространнейшим управляет государством; и всего вящшее, один Император монархом и обладателем вселенныя бывает.

P. 108

Quamobrem omnes virtutis amantes homines moneo, rogo atque obsecro, ut fideles servi esse non graventur, ut dominos cuncti benignos habere mereamur. Ita enim comparatum est, ut rebellem malus Princeps vasallum, et dominum servus rebellis tyrannum reddat. (Ac proinde) in manu magna ex parte subditorum est, ut boni malive sint praesides.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 281

Того ради всех любящих добродетель увещеваю, прошу и молю, стараться, быть верными рабами; дабы все мы удостоились иметь [с. 282] милосердных Государей. Понеже обыкновенно бывает, что злой Государь подданнаго изменником, и непослушной раб господина делает тиранном; следовательно во власти подданных найпаче зависит, чтоб Государи их были добрые, или злые.

P. 108

Saepe Deus Monarchas imperiis, Reges regnis, Praesides Provinciis, Dominos terris, Antistites Ecclesiis, non quales bona subditorum gubernatio postulat ; sed quales peccatorum multitudo meretur, concedit.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 282

Часто посылает Бог Империям монархов, царствам королей, провинциям наместников, землям владетелей, и церьквам пастырей, не таких, каковых требует доброе управление подчиненных; но каких множество грехов заслуживает.

P. 117

Itaque Principes et Dynastae vana haud tumescant gloria, quod terrae domini dicantur : Siquidem omnium rerum conditarum solus Deus Dominus verus est, et praeter usumfructum nihil misero relinquitur homini.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 2

Чего ради великие Государи и Князи пусть суетною не превозносятся славою, что их обладателями земли называют; поелику всего созданнаго вещества один токмо Бог истинный есть владыка, и кроме [с. 3] употребления, ничего бедному не остается человеку.

P. 118

Si enim nulli fuissent peccatores, nullos futuros neque dominos, neque servos credibile est. Sed quamvis servitus generaliter in mundum intraverit per peccatum : dominationem tamen Principum divini mandati esse ajo. <...> [p. 119] Cum ab ipso Deo Principes ad rerum gubernacula positos esse constet; nostrum esse in omnibus et per omnia illis parere. Nulla enim capitalior reipublicae pestis est, quam obedientiam Principi debitam negare.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 6

Понеже, естьли бы не имелось на каких грешников, то ни властелинов, ни рабов не былоб верно. Но хотя рабство вообще в целой свет ворвалось через грех; власть однакож Государей от божественной воли и определения зависит. <...> поелику известно, что сам Бог к правлению света устроил Государей, то мы обязаны им во всем неотложно повиноваться. Ибо нет зловреднейшей обществу язвы, как должнаго Государю не отдавать послушания.

P. 144

Prior modus initium habet a potentia naturali, & dici potest civitatis origo naturalis; posterior a consilio & constitutione coeuntium, quae origio ex instituto est. Hinc est quod duo sint genera civitatum: alterum naturale, quale est Paternicum & Despoticum; alterum institutivum, quod & politicum dici potest. In primo Dominus acquirit sibi cives sua voluntate; in altero cives arbitrio suo imponunt sibimet ipsis Dominium, sive is sit unus homo, sive unus coetus hominum, cum summo imperio

C. 65

Перьвыя способы имеют начало свое от естественного могущества, по чему и основание гражданское естественным началом названо быть может. Последния же из совещания и учреждения сошедшихся раждается. Следственно и начало его от установления происходит. Из сего выводятся два рода обществ: одно естественное, как то: отеческое и диспотическое, другое же учрежденное, политическим называемое, в первом господин приобретает себе подданных по своей воле, во втором же подданные с общего согласия вручают верховную власть единому лицу или совету

P. 449

Cum ergo omnium rerum domini appellandi sint Principes, praeterquam [p. 450] justiciae, cujus tantum ministri sunt; cur Principem aut dynastam, qui caussas non secundum divinam voluntatem; sed ad arbitrium proprium judicat, non judicem justum; sed praedonem publicum appellare dubitemus?

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 19

Естьли же всех вещей владыками именовать должно Государей, кроме правосудия, коего и они суть только попечители; то для чего мы державнаго Монарха или Князя, который распри и обиды не по божественной воле, но по собственному произволению судит, не праведным судиею, но всеобщим разбойником назвать усумнимся?

P. 621

Notate hoc Principes magni, notate viri praepotentes, quod licet Princeps aliquis totius mundi monarcha sit: tamen ipsi cogitandum est, Principatum suum haud flocci faciendum, si ipse virtutis expers sit. Parum enim omnino prodest, dominum aliquem esse hominum vitiosorum; si mancipium sit ipse vitiorum.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 117

Примечайте сие, великие Государи, примечайте державные и сильные Князи, что хотя бы какой Государь всего света был [с. 118] Монархом, однако власть свою ни за волосок считать не должен, ежели сам добродетели не имеет. Ибо очень мало пользы кому либо быть господином и властителем порочных человеков, ежели сам есть раб и невольник пороков.

P. 5

Atque a principio, [p. 6] sacra curare, magistratus gerere, ius dicere, tantum ad patricios, id est ad senatores, pertinuit. Plebeii agros plerique colebant, &, ut homines rudes, civilibus negotiis abstinebant, rustica re, aut quaestuariis artibus victum sibi comparantes. Ab agris in urbem veniebant, vel ut magistratus crearent, vel ut leges sciscerent, vel ut bella, a rege rogati, suffragiis iuberent. Haec enim tria, cum cetera per senatum omnia curarentur, a populo statuebantur: & hanc illi potestatem Romulus permisit, neque tamen absolutam, sed ita, ut, quod plebs iussisset, id tum demum ratum esset, si senatus idem approbasset. Post exactos reges video rationem esse commutatam. Non enim de plebiscitis senatus iudicavit: sed ea, quae senatus decreverat, populi arbitrio subiecta, tamquam a domino pendebant, presertim si aut ad magistratus, aut ad leges, aut ad bellicam rationem spectarent: ut confirmanda potius per populum, quae senatus decreverat, viderentur, quam, quae populus iusserat, per senatum. Quod magnis in republica motibus & contentionibus caussam praebuit.

C. 6

Сначала отправлять богослужение, быть в чинах и судить, надлежало только до Патрикиян, то есть до Сенаторов; а простой народ по большой части упражнялся в земледелии, и как малознающий, не входил в дела общества, снискивая себе пропитание земледелием и торговлею; в город приходил из сел или для постановления начальников, или для уложения законов и для определения своими голосами, когда будет вопрошен о сем от Царя, войны. Ибо сии три только вещи определял народ, а все прочее производил Сенат; и сию только власть [с. 7] оставил оному [народу] Ромул, однако не совсем совершенную, но с тем, чтобы тогда только было твердо, что определит народ, когда то одобрит Сенат. Примечательно, что по изгнании Царей сие переменилось: ибо не Сенат уже разсуждал об уложениях народных, но что определял Сенат, то, отдано будучи произволению народа, зависело от него, как от господина, а особливо естьли то касалося или до чинов, или до законов, или до воинских дел, так что казалось правильнее, что подтверждал то народ, что определял Сенат, нежели Сенат то, что повелевал народ. А сие было причиною великих в Римской республике движений и споров.

Р. 12

Nam Livius libro I. centum modo senatores fuisse, cum Romulus obiit, non dubie significat his verbis. Timor deinde patres incessit, ne civitatem sine imperio, exercitum sine duce, multarum circa civitatum irritatis animis, vis aliqua externa adoriretur. & esse igitur aliquod caput placebat: & nemo alteri concedere in animum inducebat. Itaque rem inter se centum patres, decem decuriis factis, singulisq[ue] in singulas decurias creatis, qui summae rerum praeessent, consociant. Decem imperitabant. Unus cum insignibus imperii, & lictoribus erat. Quinque dierum spatio [p. 13] finiebatur imperium, ac per omnes in orbem ibat: annuumq[ue] intervallum regni fuit. Id ab re, quod nunc quoque tenet nomen, Interregnum appellatum. Fremere deinde plebs multiplicatam servitutem: centum pro uno dominos factos.

С. 26

<…> поелику Ливий в кн. 1 ясно дает знать, что в то время, когда умер Ромул, было [с. 27] только 100 Сенаторов. Слова его следующия: Потом некоторая боязнь напала на Сенаторов, дабы не сделалось какое нападение от внешних неприятелей на общество, лишившееся Государя, на воинство, неимеющее предводителя: поелику тогда многих соседних обществ сердца были раздражены Римлянами. И так сто Сенаторов, разделившись на десять десятков, и выбравши из каждаго десятка по одному, которому бы иметь верховное правительство, взаимно между собою сообщают власть. Все оные десять Сенаторов имели повелительную власть, но один из них имел знак верьховности и Ликторов. Чрез пять дней [с. 28] продолжалась каждаго власть, и переходила от одного к другому по порядку. Сие междоцарствие продолжалось один год, названное (которое название и теперь в употреблении) междоцарствием от самой бытности дела. Потом начал роптать народ, что умножилось чрез то рабство, и вместо одного сделано 100 повелителей.

P. 191

Decretum inde ab ordinibus, ut omnes ac singuli ejus regni incolae cives que jurejurando adacti, Jacobum, legitimum dominum suum agnoscerent haberentque: neque Pontifici aut regnum abrogare regibus aut subjectos officio Magistratibus debito solvere licere

C. 147

Откуду указ состоялся, да бы все того Королевства жители, и граждане присягою принуждены Иакова правилнаго своего Господина знали, и имели: Папа же власти не имать, да бы или королевство у Королей отнимал, или от должнаго послушания Началников, подданных освобождал.

P. 343

De Reip[ublicae] Gallicanae forma illud notandum est, complures olim Duces praepotentes, Comites & Dominos ibi extitisse, qui ingentes possessions, tanquam Regis Clientes benefeciarii, habebant. Regi sponte, non coacti parebant, obsequium subinde, pro lubitu, detrectantes, & prout plus minusve virium Regibus ad eos coercendos erat; ita magis minusve dicto audientes se praebere solebant.

C. 259

О состоянии общества Французскаго сие ведати подобает, яко древле Князи силнии, многие Комиты и Господа в неи бляху, иже превиликия владения, аки Королевския питомцы облагодетелствованные имеяху, Королю доброволно без принуждения послушны были, и послушание свое по воли отменяли. И аще Король болше или менше силы, к воздержанию их имел, тако они болше или менше послушны бываху.

Р. 23

Cap. V.

De FATO. Id considerandum, credendumque esse.

At tu qui Deum & Religionem colis, etiam Fatum: id est Providentiam, decretumque divinum. Quid enim aliud est Fatum (dicet pro me Minutius Felix) quam id quod de unoquoque nostrum fatus est Deus? De unoquoque nostrum, sed & de rebus omnibus quae sunt, fuerunt, erunt. Is enim qui omnia fecit, dirigit eadem, movet, servat: <...> (verba Trismegisti [Cap. XV]) <...>: tamquam Auriga peritus, currum hunc mundi firmans in se atque, alligans, ne incomposite feratur. Prorsus ita est; per caussas medias, varie nexas, prima illa caussa omnia temperat, suaviter, prudenter, utiliter: nec aliter est censendum. Hoc monitum variam utilitatem Principi dabit; a Deo se & regnum; a Deo bona malaque externa esse: ideo nec in illis elate, nec in istis abiecte nimis agendum. Constantia ubique, esto, & volens quaedam obedientia decretis divinis. Nam longe praestat (ait Gregoras Nicephorus {{Lib. VII. }}) quietum ferri a ferente Fato, quam obnitendo velut materiam & alimentum ei praebere. Hoc enim tale est, ac siquis ignem metuens aedes iam circumdantem, non exstinguat eum, sed sarmentorum fasces aggerat, & oleum affundat: aut siquis furente Borea, & tempestate exigua fragilique, cymba, contra fluctus & per eos eluctari conetur.

Altera [p. 24] etiam utilitas, iniquirere leviter & modeste in Fata, & videre quo vis illa supera, nostra haec trahat: proque ea inclinatione, se & consilia adaptare. Magnus est fructus; & prudenti viro vix publica Fata conversionesque obscurae, ex signis quae praeeunt vel adhaerent. Ruere aut vertere hunc statum vult? consilia prava, & homines tales erunt, qui ad gubernacula admovebuntur. Delatio, adulatio, vanitas locum habebunt: probitas, veritas, prudentia exsulabunt. Sed &, ut in cithara, concentus turbabitur: & obscura primum, mox palam discordia erit. Vult attollere? omnia alia; locus consiliis, locus honosque virtutibus, etiam artibus: denique siquid aegri in Republica, sanatur; siquid sani, fovetur. Ut qui libram tenet, in hanc aut illam lancem pondus adiici iubet, & inclinat: sic Deus; & fortunam temperat, sed manibus aut consiliis fere nostris. Atque haec ita palam, ut vel hebes mens videat, si non praevideat: & dominum arbitrumque terrestrium rerum, ex eventis, illum e caelo agnoscat. O quam mira, quam inopinata saepe ab illa potentia? Nam & hoc gaudet atque amat, praeter opinionem (non enim rationem) quaedam facere, & vel sic ostendere vim illam omnia gubernantem & moventem. Haec universe: sed in Exemplis etiam distinctius videamus, & monita pro iis aptemus.

Л. 11 об.

Глава 5

О смотрении Божии, еже размышляти и верити подобает

Мужу разумному и Бога почитающему подобает разсуждати великии случаи, иже не что иное есть, точию смотрение и хотение Божие о всяком человеке и о всякой вещи: настоящей, мимошедшей и будущей. Ибо той, иже сотворил есть, вся содержить; и вся, якоже хощет, устрояет, обаче чрез вины посредственные, различне с собою сложенные. Сие ведуще, владеющему и началствующему велию ползу приобретает, знающи бо, яко житие и власть его в Божиих руках обретается, и всякий случай, благий и злый, по Божию смотрению бывает. Во благополучии не будет надыматися, в злоключении не будет унывати, но во всем будет постоянен и посмотрению Божию послушен. Всякий случай терпеливою душею и мужественным сердцем подобает приимати, ведуще, яко ничтоже нам случитися может без смотрения Божия, емуже аще кто противится, тако творит, якоже той, иже, хотящий пожар угасити, лен сухий мещет и елей изливает; или яко же то {ошибочно вм. «той»}, иже во время зелнаго волнения морского в малой ладии плавати хощет.

Другая полза: смотрети и разсуждати подобает, како тебе смотрение Божие влечет и како устрояет; тии же познавши, преклонятся на волю Божию и согласовати смотрению его. Велия есть отсюду полза, и разумному мужу народныя случаи и пременение всегда явно бывает от знамений предидущих или последующих. Аще Бог восхощет некое государство превратити или погубити, то прежде добрых советников от него отимет, и таковым попустит государствовати, у нихже доносители, ушники, тунеядцы, ласкатели, шуты место имеют; добродетел же, правда, разум [л. 12] и мудрость ни во что же вменяется. Аще же хощет вознести и прославити, предпошлет советников благоразумных, мужей мудрых, художников искусных, имиже что есть худое в народе, то исправляется, что есть доброе, тое снабдевается и утверждается. Якоже бо мерило в руце держащий от единые страны на другую тяжесть прелагает и прекланяет, тако Бог всякий случай управляет, обаче руками и советами нашими. Что же, сице есть ясно, яко всякий, и дебелый разум познати может и от случающихся вещей владыку и управителя всяческих уразумеет; о коль чудные и нечаянные случаи смотрением Божиим действуются. Ибо Господь Бог зело любит паче надежды некая соделовати и сим показовати всемогущую силу и область свою, и о том различные приклады.

Нашли опечатку?
Выделите её, нажмите Ctrl+Enter
и отправьте нам уведомление. Спасибо за участие!