господин

.term-highlight[href='/ru/term/gospodin'], .term-highlight[href^='/ru/term/gospodin-'], .term-highlight[href='/ru/term/gospodina'], .term-highlight[href^='/ru/term/gospodina-'], .term-highlight[href='/ru/term/gospodah'], .term-highlight[href^='/ru/term/gospodah-'], .term-highlight[href='/ru/term/gospodin-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/gospodin-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/gospoda'], .term-highlight[href^='/ru/term/gospoda-'], .term-highlight[href='/ru/term/gospoda-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/gospoda-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/gospod'], .term-highlight[href^='/ru/term/gospod-'], .term-highlight[href='/ru/term/gospodam'], .term-highlight[href^='/ru/term/gospodam-'], .term-highlight[href='/ru/term/gospod-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/gospod-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/gospodinu'], .term-highlight[href^='/ru/term/gospodinu-'], .term-highlight[href='/ru/term/gospodam-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/gospodam-1-'], .term-highlight[href='/ru/term/gospodarem'], .term-highlight[href^='/ru/term/gospodarem-'], .term-highlight[href='/ru/term/gospod-2'], .term-highlight[href^='/ru/term/gospod-2-'], .term-highlight[href='/ru/term/gospodina-1'], .term-highlight[href^='/ru/term/gospodina-1-']
Оригинал
Перевод
P. 315

Suadet porrò ambitio nimia Populi libertatem opprimere, subigere Nobilitatem, potentiorum vires infringere, & ad auctoritatem Regiam reducere omnia: existimat enim tum securiorem se fore, cùm fuerit absoluta, & subditos magis in servitutem redegerit ; grandis error, quo adulatio animos occupat Principum , eosque gravibus periculis objicit. Modestia est, quæ conservat Imperia, dum nimirum Princeps suam dominandi cupiditate ita corrigit, ut dignitatis suae potestatem. Nobilitatis amplitudinem, & populi libertatem intra rationis liimites coërceat: neque enim diu stare poterit Monarchia, cui de Aristocratia et Democratia aliquid admixtum non fuerit. Potestas absoluta tyrannis est; qui illam quærit, exitium suum quærit. Huc denique Principi sunt omnia reducend, ut us , qus sub imperio sunt, non tyrannum, sed Patrem familias, aut Regem agere videatur, & rem non quasi Dominus, sed quasi Procurator et Prefectum admumistrare, ac moderate vivere, nec quand nimium est, sectari *.

[*Arist[oteles]. Pol. l.5. c.11]
 

Л. 116

Понуждает к тому излишнее властолюбие отъяти свободу людем, покорити стареишине, велможам сломити силы, и вся к единовластителству устроевати. Разумеет бо властолюбец, яко безбеднейший будет, егда сам вся одержит, и людей болшою работою отяготит. Но се великое заблуждение, вне же ласкателие с[е]рдца княжие вводят, и купно их в великия беды ввергают. Обаче кротость сохраняет Ц[а]рствия, егда Ц[а]рь тако своя похоти управляет, яко и достоинства своего власть и честь велмож своих, и свободу народа в добром разума определении содержит. Не может бо долго пребывати Монархия, аще что от Аристократии и Демократии премешеннаго себе не имеет. Совершенное и самоволное единовластителство есть мучителство, его же аще кто ищет, ищет погибели своея. Вся убо якоже Аристотель тако устроевати подобает, да Ц[а]ря людие не мучителем, но Господарем нарицают; и да вся творит не яко Г[оспо]д[а]рствующий, но яко домовит и иконом, да живет в мерности, и всего еже излишнее есть да хранится. 

S. 69-70

§ 2. Wo nun die Haus-Wirtschafften so gar groß und weitläuffig <...> daß der Haus-Vatter dem Gesinde nicht überall selbst nachsehen und alles anschaffen kan, da pflegt man unter dem Gesinde eine gewisse Ordnung zu machen, und denen Unteren gewisse andere Obere vorzustellen <...> was sie zum Nutzem der Haushaltung ihrer Instruction gemäß anschaffen <...>.

Oeconomus prudens et legalis (1705)
Franciscus Philippus Florinus
С. 18

Ежели же чья экономия так велика, что господин сам за дальными деревнями смотреть не может, то надобно учредить прикащиков и верных управителей, дав им письменной порядок, по которому бы они деревни и дом управлять, и во всем по указу господскому поступать имели <...>.

Флоринова Экономия (1760)
Франциск Филипп Флорин (Флоринус)
S. 101

Von der bürgerlichen Gerechtigkeit des Haus-Vatters.

§ 1. <...> kein Haus-Vatter für sich selbst mit seinen Haus-Genossen in der Welt leben oder in seiner Haushaltung fort kommen kan, sondern als ein Glied und Bürger in einen gewissen Policey angesehen werden muß, so folget, daß er auch verstehen müsse, wie er männiglichen, er mag vornehmer, geringer, oder aber ihm gleich seyn, ein redlicher Mann  bürgerlicher Gerechtigkeit gemäß im Handel und Wandel begegnen <...>.

Oeconomus prudens et legalis (1705)
Franciscus Philippus Florinus
С. 29-30

О гражданских должностях эконома.

По вышеозначенному  каждой господин, и кроме своей собственной экономии, для пользы государственной, в гражданския дела употреблен быть должен, того ради имеет он дела и правы гражданския совершенно знать <...>.

Флоринова Экономия (1760)
Франциск Филипп Флорин (Флоринус)
S. 2-3.

§ 2. Es ist aber eine Sache, die an sich selbst bekannt und unwidersprechlich ist, daß eine ordentliche wolbestellte Haushaltung, sie sey nun in die Enge gezogen oder weitläufig, niemals auf einen einzelen Person beruhe, sondern eine Societät oder Gesellschaft verschiedener Personen erfordere, welche nach unterschiedlichen Absichten, als Ehemann und Ehefrau, Eltern und Kinder, Herrschafft und Untergebene, insgesamt aber als Hausgenossen in einer Societät zu betrachten vorkommen.

§ 3. Unter denenselben erfordert eine Haushaltung, die mit gedeylicher Aufnahm angerichtet und geführet werden solle, eine gute Ordnung, und einstimmige Harmonie, darinn man sich gebührend begegnet, und ein jeder seines Orts, er stehe den andern vor und regiere, oder werde regieret, die schuldige Pflicht, die ihm obliegt, genau beobachtet. 

<...> Also kan es auch in einer Haushaltung nicht besser gehen, wo der Haus-Vatter, als das Haubt, das seine untergebene Hausgenossen, als die Glieder regieren, und denenselben ihre Verrichtungen anweisen und austheilen sollte, sein Amt entweder gar verlässet, oder doch fahrlässig verrichtet; oder hinwieder die Glieder, an statt daß sie sich regieren lassen sollten, entweder selbst regieren wollen <...>.

§ 5. Nachdem aber diesen gelobten Zweck zu erlangen nächst dem Seegen Gottes nichts heilsamer und nöthiger ist als daß angeregter massen Haus-Vättere zusamt denen Haus-Genossen sich ihren obhabenden gemäs in ihren gebührlichen Schrancken halten: So erfordert die Nothdurfft und Ordnung dieses Wercks, daß denenselben in diesem ersten Buch besondere Regeln die sie ihrer Schuldigkeiten errinnern und weilen sie auf die Erfahrung und des Christenthum gegründet sind <...>

Oeconomus prudens et legalis (1705)
Franciscus Philippus Florinus
С. 2

Сие ведомо и неоспоримо есть, что порядочное и благоучрежденное домостроительство, велико или мало, никогда на одном лице не утверждается, но на разных: яко муже, жене, детях, служителях, господах и подчиненных

Между оными требует домостроительство добраго порядку и согласия, которое все вещи умножает и приращает, и без него правители повелевать, а подданные повиноваться и верно служить не могут <...>.

Так и в домоправительстве иначе быть не может, ежели господин, глава дому, своих подданных, как членов тела экономическаго, управлять и наряжать не будет. <...> ибо когда глава дому слаба и больна, то члены, презря оную, сами начальствовать похотят <...>.

<...> а к получению сего славнаго дела весьма потребно, дабы господа с подданными в надлежащих границах были, а за должность свою не переступали, чего не обходимо порядок экономии требует, в начало которой положим христианския добродетели <...>.

Флоринова Экономия (1760)
Франциск Филипп Флорин (Флоринус)
P. 19

Ch. III. Ceux qui servent, goûtent les mêmes plaisirs dans leur état quand leurs services sont agréables, que les Maîtres qui les tiennent à leurs gages <…>.


 

С. 14

Гл. 3. Ежели служащия, должность свою рачительно и верно отправляют; то они от службы своей, такое же удовольство имеют, как Господа содержащия их на своем хлебе и жалованье <…>.

Истинный христианин и честный человек (1762)
Жан Батист Морван де Бельгард
P. 9

[Etat de la Noblesse] Les Seigneurs & les Gentilshommes, retirez dans leurs Châteaux en faisoient de petites Fortresses, & comme le Siege de leur Domination <…> On ne connoissoit point encore en Suede parmi la Noblesse les Titres de Baron, de Comte, de Marquis, ni les noms hereditaires dans les Maisons. On n’étoit connu que par les Armes de sa Famille & par le nom de son pere, que l’on portoit conjointement avec le sien: on n’étoit distingué que par sa valeur & par le nombre des Vassaux <…> on ne connoissoit guere la justice des Loix, parce qu’il n’y avoit point de puissance dans l’Etat capable de les faire observer; la force décidoit presque de tout, & tenoit lieu de droit & de justice.

C. 10

[Состояние дворянства] Господа и дворяне имели у себя замки, и делали из них малыя крепости на подобие столиц своих владений. <…> [с. 11] Еще неизвестны были тогда в Швеции между дворянством имена Баронов, Графов, Маркизов, и другия наследственныя знатных домов названия. Знатность Фамилий состояла в славе оружия и имени отцовском, так же в собственной храбрости и числе Вазаллов. <…> Неизвестна была у них в то время справедливость законов, потому что не было такой власти, которая бы к хранению их принудить могла. Сила определяла почти все, и занимала место права и справедливости.

P. 9

Les Bourgeois de Stokholme & les [p. 10] Habitans des autres Villes Maritimes qui ne subsistoient que par le commerce, avoient plus de soumission & d’attachement pour le Roi <…>. Les Païsans au contraire, qui dans ce Royaume ont le privilege particulier d’envoyer des Députez de leur Corps aux Etats, suivoient aveuglément les mouvemens de leurs Seigneurs, & défendoient toujours avec opiniâtreté la liberté & les priviléges de leurs Provinces.

C. 11

Стокгольмские мещане и других приморских городов жители, которые содержали себя одною коммерциею, имели больше других почтения и любви к Королю <…>. [с. 12] Мужики напротив того, которые в сем государстве особливую имеют привилегию, посылать от себя депутатов на государственные съезды, слепо следовали воле господ своих, и защищали всегда с великим упрямством вольность и привилегии своих провинций.

P. 44

[Anarchie de Suede] <...> il [l’Archevêque] partagea la Souveraine puissance avec les principaux Seigneurs de son parti: la Suede tomba dans une espece d’Anarchie funeste; il y avoit autant de Souverains dans le Royaume, qu’il s’y trouvoit de Seigneurs qui eussent des Troupes ou le Commandement de quelque Forteresse <...>.

С. 57

[Анархия в Швеции] <...> [Архиепископ] разделил Королевскую власть с главнейшими господами своей партии; от чего Швеция попала в некоторой род печальной Анархии, и зделалось в сем королевстве столько Государей, сколько там было таких господ, которые у себя полки, или в своей власти какия крепости имели <...>.

S. 36

F. Wer sind denn diejenigen, die dazu das Recht haben?

A. Könige und Fürsten können ihren Unterthanen, Eltern ihren Kindern, und Herrschaften, ihrem Gesinde Gesetze vorschreiben.

F. Können aber auch wohl solche Gesetze gegeben werden, die wider das Recht der Natur sind und wider die göttlichen Gesetze laufen?

A. Niemals, weil alle Gesetze mit einander harmonieren und übereinstimmen müssen.

С. 37

В. Кто же имеет сие право?

О. Цари и владатели могут своим подданным, родители детям, господа рабам предписывать законы.

В. Но можно ли подавать такие законы, кои противны естественным и Божеским?

О. Не возможно, ибо все законы должны между собою быть согласны.

Р. 182

Ce qu’il avoit prévu ne manqua pas d’arriver : & ce furent ces peuples mêmes qui, à leurs propres fraix & dépens se donnèrent des Maîtres; & de compagnons & d’Alliés qu’ils étoient, devinrent, en quelque sorte, sujets & tributaires des Athéniens.

С. 175

В самом действии исполнилось то, что он [Цимон] предвидел. Самые сии народы, собственным своим иждивением и деньгами, купили себе господ, и из товарищей и союзников, как то они были прежде, зделались некоторым образом подданными Афинейцам.

P. 231

«Théodose, disoit-il insolemment, est fils d’un père très-noble aussi-bien que moi ; mais, en me [р. 232] payant le tribut, il est déchu de sa noblesse, & est devenu mon esclave : il n’est pas juste qu’il dresse des embûches à son Maître, comme un esclave méchant».

С. 242

«Феодосий, говорил он в надменности своей, родился от преблагороднаго отца, так как и я; но платя мне дань, лишился он своего благородства [с. 243] и сделался моим рабом: не надлежит, чтоб он копал ров на погибель своему господину, как злонравный раб».

P. 117

Les avantages brillans que l’electeur remportoit sur ses ennemis ne firent pas sur la cour Impériale l’impression favorable qu’on en devoit attendre. L’Empereur vouloit avoir de foibles vassaux, & de petits sujets en Allemagne, & non pas de grands seigneurs, & des princes puissans. Sa politique, qui tendoit au despotisme, sentoit l’importance qu’il y avoit de tenir les princes de l’empire dans un état de médiocrité & d’impuissance, pour donner beau jeu à la tyrannie que la maison d’Autriche avoit dessein d’établir en Allemagne.

C. 107

<…> славные, полученные Курфирстом над своими неприятелями, успехи, не учинили при Императорском дворе таких благосклонных мыслей, каких ожидать было должно; ибо Император хотел иметь в Германии только слабых невольников и безсильных подданных, а не великих господ и сильных Князей. Политика его, простирающаяся до самодержавства, чувствовала нужду в том, чтобы держать Имперских Князей в посредственном состоянии и безсилии, для вспоможения Тираннии, которую хотел Австрийский Дом учинить в Германии.

История Бранденбургская (1770)
Фридрих II Гогенцоллерн
P. 108

Quamobrem omnes virtutis amantes homines moneo, rogo atque obsecro, ut fideles servi esse non graventur, ut dominos cuncti benignos habere mereamur. Ita enim comparatum est, ut rebellem malus Princeps vasallum, et dominum servus rebellis tyrannum reddat. (Ac proinde) in manu magna ex parte subditorum est, ut boni malive sint praesides.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 281

Того ради всех любящих добродетель увещеваю, прошу и молю, стараться, быть верными рабами; дабы все мы удостоились иметь [с. 282] милосердных Государей. Понеже обыкновенно бывает, что злой Государь подданнаго изменником, и непослушной раб господина делает тиранном; следовательно во власти подданных найпаче зависит, чтоб Государи их были добрые, или злые.

P. 144

Prior modus initium habet a potentia naturali, & dici potest civitatis origo naturalis; posterior a consilio & constitutione coeuntium, quae origio ex instituto est. Hinc est quod duo sint genera civitatum: alterum naturale, quale est Paternicum & Despoticum; alterum institutivum, quod & politicum dici potest. In primo Dominus acquirit sibi cives sua voluntate; in altero cives arbitrio suo imponunt sibimet ipsis Dominium, sive is sit unus homo, sive unus coetus hominum, cum summo imperio

C. 65

Перьвыя способы имеют начало свое от естественного могущества, по чему и основание гражданское естественным началом названо быть может. Последния же из совещания и учреждения сошедшихся раждается. Следственно и начало его от установления происходит. Из сего выводятся два рода обществ: одно естественное, как то: отеческое и диспотическое, другое же учрежденное, политическим называемое, в первом господин приобретает себе подданных по своей воле, во втором же подданные с общего согласия вручают верховную власть единому лицу или совету

P. 337

À l’égard des domestiques, ils lui doivent aussi leurs services en échange de l’entretien qu’il leur donne ; sauf à rompre le marché dès qu’il cesse de leur convenir. Je ne parle point de l’esclavage ; parce qu’il [p. 338] est contraire à la nature, & qu’aucun droit ne peut l’autoriser.

Il n’y a rien de tout cela dans la société politique. Loin que le chef ait un intérêt naturel au bonheur des particuliers, il ne lui est pas rare de chercher le sien dans leur misere. La magistrature est-elle héréditaire, c’est souvent un enfant qui commande à des hommes : est-elle élective, mille inconvéniens se font sentir dans les élections, & l’on perd dans l’un & l’autre cas tous les avantages de la paternité. Si vous n’avez qu’un seul chef, vous êtes à la discrétion d’un maître qui n’a nulle raison de vous aimer ; si vous en avez plusieurs, il faut supporter à la fois leur tyrannie & leurs divisions. En un mot, les abus sont inévitables & leurs suites funestes dans toute société, où l’intérêt public & les lois n’ont aucune force naturelle, & sont sans cesse attaqués par l’intérêt personnel & les passions du chef & des membres.

С. 6

В разсуждении же слуг, они обязаны ему услугами за пропитание. Я здесь не говорю о рабстве по тому, что оно противно естеству и никаким правом защищено быть не может. 

Ничего из вышеозначеннаго не случается в политическом обществе. Правитель не редко ищет случая, воспользоваться бедностию частных людей, а особливо когда не имеет естественной пользы от благополучий их. Ежели правление получается по наследству, то часто ребенок повелевает людям; ежели же по выбору, то многия неудобности встречаются при избрании, и в обоих случаях превосходства отечества теряются. Когда правитель имеется один, то подданные подвержены воле единаго господина, который никакой причины не имеет их любить; когда же многие, то должно в одно [с. 7] и то же время сносить их мучительство и раздоры. Одним словом злоупотребления не избежимы и их худыя следствия во всяком обществе, где общая польза и законы не имеют существенной своей силы и завсегда нарушаемы пользами частных людей и страстьми правителя и сочленов его.

S- 631

18. <…> Doch befunden sie nicht für gut, dermalen einen Statthalter wieder zu wählen oder anzunehmen, sondern alles ohne dergleichen in Kriegs-Sachen so wol als in Bürgerlichen Dingen zu führen. Damit aber im Feld alles desto besser hergienge und denen commanderenden Generals nicht das Haupt-Wesen der Sachen allein anvertrauet werden dürffte, als erfunde man eine neue Art von Leuten, welche Deputierte Ihrer Hochmögenden bey der Armee genennt wurden, und die gleichsam den Staat under und bey dem Kriegs-Heer repraesentirten, ohne welcher Deputirten Bewust und Einwilligung nichts hauptsächliches vorgenommen oder gewagt werden durffte, und welche Ihre Instructiones von denen Herren General-Staaten bekamen, auch wiederum an diese von allen Vorfallenheiten zu referiren hatten <…>.

C- 49

С. 49
18. <…> Однако оне не разсудили тогда за благо избирать или принимать новаго Штатгалтера, но положили все без него управлять как в военных, так и в гражданских делах. Но чтоб при войске все порядочнее произходило, и чтоб командующие Генералы не имели главной власти при оном, то найден был новой род людей, которые назывались при войске Депутатами, и которые представляли правительство при оном; без ведома их и соизволения не можно было ничего важнаго предпринимать: они получали инструкции от господ Генеральных Штатов и их обратно уведомляли о всех произшествиях <…>.

P. 5

Atque a principio, [p. 6] sacra curare, magistratus gerere, ius dicere, tantum ad patricios, id est ad senatores, pertinuit. Plebeii agros plerique colebant, &, ut homines rudes, civilibus negotiis abstinebant, rustica re, aut quaestuariis artibus victum sibi comparantes. Ab agris in urbem veniebant, vel ut magistratus crearent, vel ut leges sciscerent, vel ut bella, a rege rogati, suffragiis iuberent. Haec enim tria, cum cetera per senatum omnia curarentur, a populo statuebantur: & hanc illi potestatem Romulus permisit, neque tamen absolutam, sed ita, ut, quod plebs iussisset, id tum demum ratum esset, si senatus idem approbasset. Post exactos reges video rationem esse commutatam. Non enim de plebiscitis senatus iudicavit: sed ea, quae senatus decreverat, populi arbitrio subiecta, tamquam a domino pendebant, presertim si aut ad magistratus, aut ad leges, aut ad bellicam rationem spectarent: ut confirmanda potius per populum, quae senatus decreverat, viderentur, quam, quae populus iusserat, per senatum. Quod magnis in republica motibus & contentionibus caussam praebuit.

C. 6

Сначала отправлять богослужение, быть в чинах и судить, надлежало только до Патрикиян, то есть до Сенаторов; а простой народ по большой части упражнялся в земледелии, и как малознающий, не входил в дела общества, снискивая себе пропитание земледелием и торговлею; в город приходил из сел или для постановления начальников, или для уложения законов и для определения своими голосами, когда будет вопрошен о сем от Царя, войны. Ибо сии три только вещи определял народ, а все прочее производил Сенат; и сию только власть [с. 7] оставил оному [народу] Ромул, однако не совсем совершенную, но с тем, чтобы тогда только было твердо, что определит народ, когда то одобрит Сенат. Примечательно, что по изгнании Царей сие переменилось: ибо не Сенат уже разсуждал об уложениях народных, но что определял Сенат, то, отдано будучи произволению народа, зависело от него, как от господина, а особливо естьли то касалося или до чинов, или до законов, или до воинских дел, так что казалось правильнее, что подтверждал то народ, что определял Сенат, нежели Сенат то, что повелевал народ. А сие было причиною великих в Римской республике движений и споров.

P. 173

L. 353. Les grandes charges de la Couronne, les ambassades, et presque toutes les places distinguées, sont également remplies par la noblesse. Les premieres ne donnent plus la même autorité dont jouissoient ceux qui les possédoient anciennement, et qui élevoient leurs prétentions, chacun dans l’exercice de leurs charges, à l’égal des Souverains. Aujourd’hui les titres sont, il est vrai, conservés ; le Roi les confere aux plus grands Seigneurs de son royaume : mais les fonctions sont extrêmement limitées.

С. 128

П. 342. Большие Коронные чины, Посольствы, и почти все отменные места занимаются Дворянством. Первые не дают уже той власти, какую имели в старину, и которая чинила получивших оные, каждаго в исправлении своей должности, почти равным с Государем. Ныне поистинне звании збережены, и Король раздает оные первым Господам, но должности крайне ограничены.

P. 254

L. 355. La nombreuse noblesse qui vit des revenus qu’elle tire de ses terres, les magistrats qui joignent à leur fortune les émolumens de leurs charges, les curiaux qui s’enrichissent par la rage des procès et par la chicane, les bourgeois qui sont dans l’aisance, font subsister plus de cent mille personnes, soit par les gages qu’on leur donne, soit par leur adresse à de dédommager de la lésinerie de leurs maîtres.

С. 186

П. 344.  Многочисленное Дворянство, которое живет доходами с своих деревень, властелины, кои с собственным имением совокупляют прибытки места, приказные, кои обогащаются склонностию к ябеде и к тяжбам, мещане, кои зажиточны, питают больше ста тысяч человек, или давая им жалованье, или доставляя способы самим себя награждать за скупость Господ.

P. 42

QUAESTIO.

Liceatne igitur & deceat, in eventus inquirere, & vates aut divinos consulere?

Non arbitramur: etsi supra tetigi, prudentia aliqua scrutari posse & odorari, quo tendant fata. Sed distinguenda tota res est; & sic habe. Indiciis aut notis, quas vir prudens ex lectione, ex usu, & observatione similium collegerit, aliquid suspicari aut praesumere de fatis, id licet: sed caute, & timide. At ex artibus magorum, ariolorum, divinorum, mathematicorum, & quod aliud tale genus, id vero nefas est, nec divina aut humana lex permittit. Deus palam edicit [Deuteron. ca. XVIII]: Non inveniatur in te, qui ariolos sciscitetur, & observet somnia atque auguria: nec sit maleficus, nec incantator, nec qui Pythones consulat, nec divinos, & quaerat a mortuis veritatem. Omnia enim haec abominatur Dominus. Et nostra divina lex tantum? etiam falsa illa Mahumetis. Ioannes Leo scribit [Lib. III. de Africa]: Magiam & caballisticas artes lege Mahumetica veritas, & velut haereticas haberi. Huius enim, inquit, Alcoranus Omne Divinationum genus vanum esse asserit, Deumque solum arcana nosse. Bene hoc & prudenter Mahumetes: atque omnis bona Respublica damnat. Illa Romana, quot decretis & legibus? notae sunt: nec caussae etiam ignotae, aut diu quaerendae. Eruo istas;

Primam, quod turbant praedictionibus animos, & ad novas aut magnas spes impellunt. Mecaenas apud Dionem, in Oratione ad Augustum de Republica constituenda, digna quam Principes legant [Lib. III]: <...> Divinos & vates in republica esse, prorsus non oportet. Multos enim hi tales, dum vera quaedam, plura falsa proferunt, ad res nouas impellunt. Rem dicit; & quid tam proprium istis, quam magna & blanda praedicere, & animos ad fortunae fastigia attollere? facili nostra credulitate, tamquam peritia, & monitu fatorum (ait Tacitus [I. Histor.]) praedicantur; & cupidine humani ingenii, libentius obscura credi. O veriloquia! inclinamus: & vidi & risi Principes viros, auribus atque animis [Р. 43] in haec pronos, imo alia omnia artium prae his spernentes. At, ut Dio aiebat, turbas & res novas dant. Quis nescit, qui historiam veterem legit? & ad scelus (ait iterum Tacitus [Ibid.]) ab huiusmodi votis facillime transitur. Hinc conspirationes in Principem, aggressiones, deiectiones: & quae copia exemplorum deterreor affirmare. Poeta [Statius] sufficiat, aut veriori nomine hic vates:

Nos pravum ac debile vulgus

Scrutamur penitus superos. hinc pallor, & irae,

Hinc scelus, insidiaeque, & nulla modestia voti.

Apollo veriora dicta numquam dedit.

Sed caussa altera, Fallacia. Nihil in praedictionibus istis firmum, nihil ex arte certa (quidquid assimulent) haustum; & qui veriora dixisse videntur, a Geniis habent. Sed ipsi quam ament & gaudeant nos fallere, id quoque scimus. Quid, quod vel inviti etiam fallunt? neque enim sunt omniscii, & quamquam subtiles, & arcanorum Dei per notas scrutatores; tamen aberrant, & abyssum illam Fati non pervadunt. Itaque bene iterum Tacitus [X. Histor.]: Mathematici, genus hominum potentibus infidum, sperantibus fallax. Certe utrumque; nam & potentes destituunt aut decipiunt, alio transgressi; & vanitatibus fallunt. Patere (ait iocose Seneca) aliquando Mathematicos vera dicere. Patior; & tot sagittas cum emittant, unam tangere, aberrantibus centenis. Enimuero ridiculi Principes, qui huc se donant. Vide Agrippinam, Neronis matrem [Tac. XII. Annal.]: quae mortuo Claudio, domi eum aliquamdiu tenuit, & famam de morte suppressit, ut progressui scilicet & auspiciis tempus prosperum, ex monitis Chaldaeorum, attentaret. O dii deaeque, tetigit! quam salutaris ille rector, quam diuturnus, quam illi & sibi laetus etiam fuit! Bellum aliud in Niceta Choniate, prudenti illo (fatendum est) historiae scriptore. Tangit vitium sui (utinam non & nostri!) aevi, atque ait: Nostris temporibus Imperatores Nil Sine Praescripto Astrologorum agunt: & rebus gerendis dies atque horas eligunt, ut sidera dictarunt.

Л. 22 об.

Вопрос

Подобает ли християнину о будущих испытовати и пророков или иных тайнозрителей о том вопрошати?

Рекох вышше, яко невозбранно есть с разумом разсуждати и проразумевати будущая. И аможе смотрение Божие влечет, тамо преклонятися; что муж благоразумный, от чтения книг, от искуства и от предыдущих вещей удоб познати может. Обаче верити будущим со опаством и страхом подобает: многажды прелщают; художества ко познанию будущих не подобает употребляти ни единаго, такожде не подобает приходити до волхвов, до ворожбитов, до звездочетцов [л. 23] и не вопрошати их о будущих. Вси бо множае лгут, нежели истинствуют. Аще же иногда и правду рекут, обаче того ради, дабы потом много лжи вера была данна. Того ради и Бог еще в ветхом законе заповеда до сицевых приходити. Глаголет бо, да не последуете утробным баснем, и к волхвом не приходите, и не осквернитеся в них, и паки душа, яже аще последует утробным баснем или волхвом, погублю ту душу от людей ея1. Не точию ж Бог, но и слуга диаволский Магомет заповедает во Алкорании своем чернокнижнаго2. Глаголет бо, яко един точию Бог ведает будущая. И не токмо Магомет, но и всякий разумный народне терпит в себе имети сицевых прелестников, и не без вины оное.

 

Первая вина: яко таковыи человецы, паче же прелестницы, часто пророчеством своим велие между народом творят смущение; до новых и великих вещей народ возбуждают обещанием будущих. Меценас, пишушщи до Августа кесаря римского о устроении речи посполитой4 сице глаголет: провидцов и пророков отнюдь не треба держати в речи посполитой, ибо сицевыи, сказавше едину вещь праведно, потом много лгут и часто народ смущают. Истинну глаголет, яко нецыи человецы, хотяще себе прозорливыми показати, зело того любят, кто им веру емлет, и обещают ему зело великая и благополучная; он же их почитает и пред иными похваляет, яко тайнозрителей будущих вещей. Но се есть велие безумие, самому Богу5 противное. Видех аз и смеяхся мужей знаменитых и великих, иже не точию уши, но и души своя преклоняют к волхвом и возвестителем будущих; последуют, паче всего любят их. Обаче что Меценас, то и Дио глаголет: [л. 23 об.] Яко человецы, возвещающии будущая, часто великим мятежам виновны бывают. Ведомо то всякому, чтущему древние истории, наипаче Тита Ливия и Тацита, иже глаголют: Кто послушает человеков, сказующих будущая, той готов на всякое беззаконие, отсюду бо раждаются молвы, коварство, ковы и убийство6.

Вторая вина: прелесть. Ибо сицевые пророчества ничтоже в себе имеют известно. Аще же кто неложно будущая сказует, мню, яко от бесовского откровения то творит.

Но речеши: како убо мнози и святые мужие прорицаху будущая?

Ответ: разумный человек удобь познати может, кто пророчествует духом Божиим, и кто духом бесовским; аще духа Божия имеет, той всуе ради малыя вины ничтоже о будущих глаголет, точию ради зело великия нужды, а пророчествующия духом диавольским не стыдится и о худшей вещи прорицати, убо от сего знамения и от протчих подобает познавати духа Божия и духа лестча: мнози бо, по свидетелству самого Христа Господа, лжепророцы изыдоша в мир; сицевые иногда хотяще прелщают нас, иногда же и нехотяще, ибо и сами часто прелщаются о знамении тех, от нихже познают будущая, и никогда могут постигнути бездну судеб Божиих. Того ради добре и праведно написа Тацитус: математики, сиречь звездочетцы, господам лгут и надеющихся прелщают. О них же и Сенека филосов аще и жартой, обаче истинно глаголет: иногда и математики могут истинну рещи и подобны суть тем стрелцам, которые, три стрелы в цель испустивши, единою точию в цель ударяют. Сего ради вижд, како посмеятелныи суть человецы, паче же началствующии7, иже сицевыми прелестьми водятся. Никита Хонеят преславный историк, описуючи век тот, в онже живяше, сице глаголет: нашего века повелители без соизволения звездочетцов ничтоже творят, и аще что хощут делати, день и час избирают, смотря на звезды.

1 В финальной редакции: «да не обрящется у вас волхвуяй волхвование, ни чародей, ни обоятель, ни смотряяй во утробу и волхвуяй, ни вопрошаяй мертвых, вся бо сия мерзость Господеви, и паки душа, яже аще последует утробным баснем или волхвом, погублю душу ту от людей ея»; здесь же маргиналия: «Левит 19 Левит 20»

2 В финальной редакции: «художества чернокнижнаго и волшебнаго»

3 В финальной редакции: «всякая разумная речь посполитая»

4 В финальной редакции: «государства»

5 В финальной редакции: «убийства на князей и государей».

6 В финальной редакции: «на высоких властех сущии»] 

Нашли опечатку?
Выделите её, нажмите Ctrl+Enter
и отправьте нам уведомление. Спасибо за участие!