народ

.term-highlight[href='/en/term/naroda'], .term-highlight[href^='/en/term/naroda-'], .term-highlight[href='/en/term/narod'], .term-highlight[href^='/en/term/narod-'], .term-highlight[href='/en/term/narodu'], .term-highlight[href^='/en/term/narodu-'], .term-highlight[href='/en/term/narodov'], .term-highlight[href^='/en/term/narodov-'], .term-highlight[href='/en/term/narody'], .term-highlight[href^='/en/term/narody-'], .term-highlight[href='/en/term/narodom'], .term-highlight[href^='/en/term/narodom-'], .term-highlight[href='/en/term/narod-1'], .term-highlight[href^='/en/term/narod-1-'], .term-highlight[href='/en/term/narodami'], .term-highlight[href^='/en/term/narodami-'], .term-highlight[href='/en/term/narodam'], .term-highlight[href^='/en/term/narodam-'], .term-highlight[href='/en/term/narod-obsche-k-chemu'], .term-highlight[href^='/en/term/narod-obsche-k-chemu-'], .term-highlight[href='/en/term/narode'], .term-highlight[href^='/en/term/narode-'], .term-highlight[href='/en/term/narodah'], .term-highlight[href^='/en/term/narodah-'], .term-highlight[href='/en/term/narody-1'], .term-highlight[href^='/en/term/narody-1-'], .term-highlight[href='/en/term/naroda-1'], .term-highlight[href^='/en/term/naroda-1-'], .term-highlight[href='/en/term/narodu-1'], .term-highlight[href^='/en/term/narodu-1-'], .term-highlight[href='/en/term/narodom-1'], .term-highlight[href^='/en/term/narodom-1-'], .term-highlight[href='/en/term/na-rodov'], .term-highlight[href^='/en/term/na-rodov-'], .term-highlight[href='/en/term/narodam-1'], .term-highlight[href^='/en/term/narodam-1-'], .term-highlight[href='/en/term/narod-2'], .term-highlight[href^='/en/term/narod-2-'], .term-highlight[href='/en/term/naroda-2'], .term-highlight[href^='/en/term/naroda-2-'], .term-highlight[href='/en/term/naro-d'], .term-highlight[href^='/en/term/naro-d-'], .term-highlight[href='/en/term/naro-du'], .term-highlight[href^='/en/term/naro-du-'], .term-highlight[href='/en/term/narodi'], .term-highlight[href^='/en/term/narodi-']
Original
Translation
P. 26

Elle [la loi] consistoit en trois principaux articles, qui sembloient avoir été établis & arrêtez pour la sûreté & l’indépendance de chaque Nation.

С. 32

Он [закон] [с. 33] состоял в трех главных пунктах, которые (казалось, что) сделаны были для безопасности и независимости каждаго народа.

P. 261

Le Peuple au désespoir d’un Gouvernement si tyrannique, perdit la crainte avec le bien, il entra avec ardeur dans l’indignation & le ressentiment du Clergé & de la Noblesse. Ce fut une conspiration générale de tous les Etats & de tous les Ordres du Royaume. <…>. [p. 262] La révolte commença dans la Province de Jutland, qui confine au Holstein. Les Etats de cette Province assemblez à Arhusen déposerent publiquement Christierne, & ils oserent même lui faire signifier l’Acte de sa dégradation par Munce, Chef de la Justice de cette Province.

С. 26

Простой народ, будучи в отчаянии от такого его тиранскаго владения, потерял с благополучием своим страх против него. Он вступился горячо за неудовольствие духовенства и дворянства, и зделалось всеобщее возмущение во всех государственных чинах. <…>. [с. 27] Бунт начался в Ютландской провинции смежной с Голштиниею. Чины сей провинции собравшись в Аргузене лишили Христиэрна публично престола, и отважились объявить ему [с. 28] низложение его чрез Мунса главнаго судию сей провинции.

P. 294

Ce ne furent cependant ni les murmures du Peuple, ni les reproches de la Noblesse qui engagerent ce Prince dans cette Guerre. Il avoit déja établi trop solidement son autorité pour avoir rien à craindre du mécontentement de ses Sujets <...>.

C. 70

Однако не роптание народа, и не выговор дворянства, принудили сего Государя вступить в сию войну. Он уже довольно утвердил свою власть, и был в безопасности от возмущения своих подданных <...>.

P. 310

Qu’il convenoit cependant qu’il falloit des prétextes plus plausibles même que le bien de l’Etat, pour empêcher que les Peuples, à qui le Clergé & les Religieux font toujours regarder les entreprises sur leur temporel, comme autant d’attentats sur la Religion, ne pussent remuer. Que pour les guérir de leurs préventions, il devoit profiter de la réforme de Luther qui commençoit à faire beaucoup de progrès dans le Royaume.

C. 90

А чтоб удержать от бунта народ, которому духовные толкуют предприятия противу временнаго их добра святотатством, то надобно употребить к тому сильнейшия меры, нежели представление государственной пользы. И чтоб отвратить его от духовенства, то должно употребить в пользу Лютерское исповедание, которое [с. 91] начинает усиливаться в государстве <...>.

P. 314

<...> les commencemens des Regnes & des Empires n’étoient jamais sans de grandes difficultez. Mais <…> les Princes mêmes que les Peuples ne souffroient d’abord qu’avec peine pour Maîtres, en étoient à la fin considerez comme Peres de la Patrie.

C. 95

<...> начало государств и империй происходило всегда с великою трудностию, но <…> [с. 96] Государи, которых народы сперва не могли терпеть своими обладателями почитаемы были наконец от них за отцов отечества.

P. 337

Les Paysans sur tout souffroient impatiemment qu’on enlevât leurs cloches & les croix d’argent de leurs Eglises, qui faisoient souvent la partie la plus essentielle de leur culte. Ces Paysans naturellement feroces, prévenus par leurs Curez, regardoient cette conduite du Prince comme un attentat sur la Religion & sur leur liberté. <…> Il se faisoit tous les ans, en cette saison, une Foire considérable proche d’Upsal, ou il se trouvoit une affluence extraordinaire de Peuple, de toutes les Provinces circonvoisines. C’étoit comme une espece d’Etats pour les Paysans. <…> [p. 338] Les mécontens résolurent de profiter de cette Assemblée pour exciter quelque révolte <...>.

С. 123

Мужикам наипаче [с. 124] несносно было то, что взяты были у их церьквей колокола и серебреные кресты, которые часто составляли самую существенную часть их богочтения. Сии мужики, с природы дикие, предупрежденные своими священниками, почитали такую поступку сего Государя за посягательство на их веру и вольность. <…> В сие время бывала ежегодно великая ярмонка не подалеку от города Упсаля, куда сходилось великое множество народа со всех ближних провинций, и это был, как некоторой сейм для мужиков. <…> Бунтовщики вознамерились употребить [с. 125] в свою пользу сей случай ярмонки, чтоб начать возмущение.

P. 370

Le Chancelier représentoit incessamment aux principaux Députez que les Royaumes ne se devoient pas gouverner par les maximes des Prêtres & des Moines, qui ont des intérêts differens de ceux de l’Etat, & qui reconnoissent même un Prince Etranger pour Souverain dans la personne du Pape. Que selon l’exigence des tems & du bien public, le salut de l’Etat devoit être la premiere de toutes les Loix, & que toutes les autres constitutions humaines n’étant faites que pour l’entretien & la conservation de la société civile, le Prince & le Souverain Magistrat devoit être Maître de les changer suivant le besoin & la disposition de chaque Nation

С. 166

Канцлер представил тотчас главнейшим депутатам, что государства не должно управлять по мнению духовных, которых польза различествует от государственной пользы, и которые в особе Папской признают иностраннаго обладателя за своего самодержца; что смотря по нужде времени и общей пользе, благосостояние государства почитать должно за главнейший из всех законов, и как все человеческие уставы зделаны для содержания и соблюдения гражданскаго общества, то Государь и главное правительство должны [с. 167] иметь власть в перемене их, смотря по нужде и способности всякаго народа <...>.

P. 260

<...> tout le Royaume de Dannemarq s’étoit enfin soulevé contre Christierne.

[p. 261] Ce Prince toujours violent méprisoit les Loix & les Privileges de son Païs, il disposoit selon son caprice des biens & de la vie même de ses Sujets; il en vouloit sur tout au Clergé du prémier Ordre, & à la Noblesse qu’il soupçonnoit de méditer quelque revolte, parce qu’ils avoient lieu de se plaindre de lui.

С. 25

<...> все Дацкое Королевство взбунтовалось против Христиэрна.

Сей немилосердой Государь презирал законы и привилегии своего народа. Он во удовольствие своей наглости, похищал имение и живот у своих подданных, а наипаче у духовных первых санов и дворян, думая, что они, недовольны будучи его правлением, хотят против его взбунтоваться.

Fol. d5a

Tertius consensus omnium in terris gentium fuit in recipiendis legibus. Etsi enim sociati vivebant homines; alter tamen alteri nolebat subjici; itaque crebrae inter ipsos contentiones et turbae oriebantur.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 32

Третье, согласие народов всея подсолнечныя было в восприятии законов; по тому что хотя люди и совокупно жили, однак друг другу покаряться не хотели; от чего происходили между ими ежечасные мятежи и бунты.

Fol. d5a

Ab eo tempore neque vidimus hactenus, neque audivimus, neque legimus regnum ullum aut populum, quantumvis remotum atque barbarum, cui [fol. d5b] nullae fuerint leges, ad bonorum defensionem, aut poenae constitutae ad malorum castigationem. Quanquam potius ego optarim, atque securius etiam duxerim, homines rationem amare, quam legem formidare.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 32

С того времени доселе ни видали, ни слышали, ниже читали мы, чтоб которое царство или народ, сколь бы отдаленной и варварской ни был, не имел ни каких законов, для охранения добродетельных; или учрежденных наказаний, для карания злодеев; хотя лутче и безопаснее кажется было бы человекам любить правду, нежели бояться закона.

P. 2

<…> Romanos habuisse in duodecim tabulis legem his verbis scriptam: Cives omnes singulari in perpetuo privilegio illo in loco gaudento, quo in loco majores ipsorum insigni aliquo populum Romanum adfecere beneficio.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 81

<…> у Римлян имелся закон, писанной на двенатцати досках следующими словами: «все граждане особливым преимуществом пользоваться должны, на самом том месте, где предки их Римскому народу какое либо знатное оказали благодеяние».

P. 3

Nullum faciunt Romani Historici modum querelarum, quod temporum varietas, Tyrannorum multitudo, et bellorum civilium perturbatio causam dederint, ut pessum iret antiqua illa Respubl[ica] Romana, et in locum illius novum vitiosumque vitae genus introduceretur. Sed nemini hoc mirum videri debet, cum in omnibus regnis nationibusque usu venire soleat, ut mutatis dominis, externa mox in subditis vitia pullulent.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 82

Римские историки безмерно жалуются, что перемена времен, множество тираннов, и замешательства междоусобных браней возпричинствовали упадок древней республике Римской, и на место ее ввели новой и порочной род жизни. Но сему никто удивляться не должен, для того, что и во всех других царствах и народах обыкновенно, при перемене Государей, тот час в подданных странные прозябают пороки.

P. 105

Non sine magno ordinavit Deus mysterio, ut in una familia unicus sit paterfamilias ; ut populo nobili unus imperet civis ; ut unicum Provincia praesidem habeat ; ut ab unico Rege regnum gubernetur amplissimum; ut validissimus exercitus uni pareat duci, et quod omnium est maximum, ut unicus Imperator Monarcha sit et dominus mundi.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 275

Он [творец] не без великой тайны устроил, что в целом семействе один старшинствует хозяин; один гражданин знатным повелевает народом; целая провинция одного имеет начальника; один царь пространнейшим управляет государством; и всего вящшее, один Император монархом и обладателем вселенныя бывает.

P. 108

Quot populi et regna, quia justis Principum (et superiorum) imperiis parere noluerunt, violenta deinde saevorum pertulerunt tyrannorum imperia (et injurias atrocissimas ?) Aequissimum enim est, ut qui mitium sceptra (potentiamque) Principum contemsere, crudelium (et immanium) experiantur fl[a]gella tyrannorum.

Horologium principum (1615)
Antonio de Guevara
С. 281

Сколько царств и народов по той причине, что законным повелениям Государей своих послушны быть не восхотели, мучительную свирепых тираннов власть и жесточайшия понесли насилия. Ибо те, кои кротких Государей возгнушались Скиптром, терпеть бичь лютых тираннов весьма достойны.

Р. 58

§ХIХ Gouvernement mixte

Il est une autre systême de Gouvernement composé de Monarchie & d’Aristocratie. Sparte joignoit à ces deux branches, celle de la Démocratie : son Sénat avoit le pouvoir de réformer les décrets même des Rois ; & de son côté, le Peuple soutenu par ses Ephores, pouvoit s’opposer aux declarations du Sénat & les annuler. De nos jours, la Pologne joint le systême Aristocratique au Monarchique; & les Royaumes d’Angleterre & de Suede, sont aussi des Gouvernemens mixtes.

L’homme d’état, par Nicolo Donato. T. 1 (1767)
Nicolò Donà (Donato), Jean-Baptiste-René Robinet
Л. 24 об.

Смешенное правление

Есть другая система правления из Монархии и аристократии сложенная. Спарта присоединяла к сим двум отродам [sic] еще демократическую: Сенат ея имел власть переменять решение даже и самых королей, народ же с своей стороны, ефорами поддерживаемый, мог сопротивляться узаконениям Сената и уничтожать оныя. В наши дни Польша соединяет Аристократическую систему с Монархическою; Аглинское же и Шведское королевства суть также смешенныя правления.

Статской человек (1786)
Николо Дона (Донато), Жан-Батист-Рене Робине
P. 59

§ХХI. Essence du Gouvernement, la même dans tous les systemes.

Quelque variés que soient ces systèmes, il es constant qu’ils se ressemblent tous les uns aux autres, en ce qui fait l’essence du Gouvernement. Or, le point essentiel, qui réunite les divers systèmes, c’est (comme on peut l’inférer du Chapitre précédent) la puissance de porter des loix & de faire des décrets, qui réside dans tous les Gouvernemens soit Monarchiques ou Républicains, avec cette seule différence que dans la Monarchie elle réside en un seul, au lieu qu’elle appartient à plusieurs dans la République, savoir à tous, ou seulement à un nombre limité. Du reste cette différence bien appréciée se réduit à bien peu de chose, puisque dans la République le Peuple, ou les Grands constituent le Souverain, comme le Monarque l’est dans son Royaume.

L’homme d’état, par Nicolo Donato. T. 1 (1767)
Nicolò Donà (Donato), Jean-Baptiste-René Robinet
Л. 25 об.

Сущность правления во всех системах одинакова

Коль бы различны ни были системы, но непременно уподобляются друг другу в том, что составляет сущность правления. Того  ради самоважнейший пункт, соединяющий между собою разныя системы, есть (как то из следующей глав усмотреть можно) власть давать законы и производить суды, которая обретается во всех правлениях, как в монархическом, так и в республиканском с тою только разностию, что в монархии оная пребывает в одном, в Республике во многих, то есть во всех или только в известном числе людей. Впрочем сия разность весьма не велика, ибо в Республике народ, или вельможи составляют Государя, а Монарх есть уже таков в своем Государстве.

Статской человек (1786)
Николо Дона (Донато), Жан-Батист-Рене Робине
Р. 87 

Notes sur le chapitre II

(2)

Le célebre Auteur de l’Esprit de loix admet trois espèces de Gouvernement, le Républicain, le Monarchique & le Despotique, dont il donne les trois définitions suivantes : Le Gouvernement Républicain est celui où le peuple en corps, ou seulement une partie du peuple a la souveraine puissance: le Monarchique, celui où un seul gouverne, mais par des loix fixes & établies au lieu que dans le Despotisme, un seul, sans loi & sans regle, entraine tout par sa volonté & par ses caprices. De l’esprit de loix Liv. I1. Chap. I.

On a très-bien observé que cette division étoit inexacte, en ce que le Despotisme qui est la corruption d’un Gouvernement quelconque, ne peut pas être regardé comme une espece particuliere C’est une erreur de s’imaginer qu’il n’y ait que la Monarchie qui puisse dégénérer en Despotisme. Le Despotisme peut avoir lieu sous le Gouvernement de plusieurs comme sous celui d’un seul. Il peut arriver que dans la République aristocratique, les chefs, sans loi & sans regle, entrainent tout au gré de leurs caprices. Et qu’est-ce en effet que l’Olygarchie, sinon le Despotisme de plusieurs ? Qu’est-ce encore que ce qu’on nomme Politie, sinon le Despotisme de tous ? Ainsi le Despotisme peut non seulement se trouver dans un Etat Monarchique, mais encore dans l’Aristocratie, & même la Démocratie la plus formelle.

L’homme d’état, par Nicolo Donato. T. 1 (1767)
Nicolò Donà (Donato), Jean-Baptiste-René Robinet
Л. 27

Примечания на вторую главу

Примечание (1)

Славный писатель О разуме законов полагает три рода правлений Республиканское, Монархическое и Деспотическое, которым следующия даст знаменования: «Республиканское правление есть то где народ весь или только некоторая часть его верховную власть имеет: Монархическое есть то, когда одна особа управляет, но по установленным неподвижным законам; деспотическое имеет то различие, что одна особа всякаго закона и правил владычествует над всеми по своей воле и прихотям. О разуме законов. Книга II, Глава 1.

Справедливо заметили, что определение сие было не исправно, потому что деспотизм не иное что есть как испорченное какое либо правление и не должен полагаем быть в особенном роде. Неправильно думать, чтоб одна токмо Монархия могла обратиться в деспотизм. Деспотизм может быть в правлении многих также как и одного. Случит[ь]ся может, что в Аристократической республике начальники, не имея правил, ни законов поступают по произволении своих прихотей. Что же такое олигархия как не деспотизм многих? Что такое полития как не деспотизм всех? И потому деспотизм может не только обретаться в Монархическом Государстве, но равно в Аристократическом и даже в самом точном Демократическом.

Статской человек (1786)
Николо Дона (Донато), Жан-Батист-Рене Робине
P. 101

Notes sur le chapitre III

(2)

Second moyen : polir une Nation & en étendre les lumieres

Voulez-vous prévenir les crimes ! Faites que les lumieres accompagnent la liberté. A mesure que les connoissances s’étendent, les maux qu’elles entraînent diminuent, & les avantages qu’elles apportent deviennent plus grands. Au lieu que l’ignorance & l’abrutissement sont des causes de toutes sortes de désordres. Quand les hommes manquent de principes, il n’y a que la crainte des supplice les plus cruels qui puisse les tenir en bride. Les moeurs s’adoucissent à mesure que l’esprit s’éclaire. Devant les lumieres répandues avec profusion dans une nation, on voit disparoître la cruauté & la fraude, trembler l’autorité lorsqu’elle est desarmée de raisons, & demeurer immobile la seule force des loix. Il n’y a point d’homme éclairé qui n’aime les conventions dont l’utilité, est claire & connue, & qui sont les fondemens de la sureté publique ; parce qu’il compare ce peu de liberté inutile dont il s’est dépouillé, avec la somme de toutes les autres libertés dont les autres hommes lui ont fait le sacrifice & qui, sans les loix, pouvoient s’aimer & conspirer contre lui. Quiconque a une ame sensible, jettant un regard sur un code de bonnes loix, & reconnoissant qu’il n’a perdu que la funeste liberté de nuire à ses semblables, sera forcé de bénir le trône & celui qui l’occupe. Quel est le Peuple le plus méchant ? C’est, à coup sûi, le plus ignorant & plus superstitieux, celui qui, avili par sa crasse ignorance, se refuse opiniâtrément aux efforts des Sages qui cherchent à l’éclairer.

L’homme d’état, par Nicolo Donato. T. 1 (1767)
Nicolò Donà (Donato), Jean-Baptiste-René Robinet
Л. 35 

Примечания на третью главу

Примечание (2)

Второе средство [предупреждать преступления]: просветить Государство и распространить благонравие

Ты желаешь предупредить преступления! Сделай, чтоб просвещение сопутствовало вольности. Невежество и грубость суть причины всякаго рода безпорядков. Когда людям недостает правил благонравия, то единый токмо страх жесточайших наказаний может содержать их в обуздании. Нравы умягчаются по мере просвещения разсудка. Пред просвещением изобильно распространенном в государстве жестокость и коварство. Очевидно исчезают и законы остаются во всей [л. 35] своей силе. Нет просвещеннаго человека, которому бы не нравились соглашения, коих польза приметна и дознана [так] и которыя служат основанием для общественной безопасности; ибо он сравнивает сию небольшую вольность, которой он лишил себя с суммою тех вольностей, коими пожертвовали ему другие люди, которые б без законов могли вооружиться и вступить в заговор против его. Всяк имеющий чувствительную душу, обратив внимание свое на законоположение устрояющее благо, признается, что он лишился токмо бедственной свободы вредить себе подобным и будет благословлять престол купно с обладателем его. Какой народ злобнее всех верно тот, которой пребывает в невежестве и весьма суеверен, тот которой унижен будет чрезмерным невежеством. За упрямством своим отказывается от старания мудрых пекущихся о его просвещении.

Статской человек (1786)
Николо Дона (Донато), Жан-Батист-Рене Робине
P. 159-160

118. 

Democratores

Democratores, collective sumti, unicam Regis personam repraesentant. Democratia, vel Respublica proprie sic dicta, est imperium populi, in quo universus populus, vel eijus pars magna, cum summa potestate secundum leges imperat, ut liber sit.

Л. 93 об.-94

[§] 114.

Панство демокрации.

Демократоры совокупне суще едину королевскую персону являют. Демокрацыя же или речь посполитая власне тако нарицаемая, есть власть народа, в которой увесь народ или онаго великая часть с великою велми силою подлуг прав управляет, до волный будет народ и никим же владомый.

P. 88

ART. LVI. De la Censure des Livres.

Pour oter aux méchans l'occasion de divulguer des Libelles scandaleux & diffamatoires contre la Religion & l'Etat, la Police pourvoit à ce que la Censure pour les Imprimeurs ne manque pas.

Si la liberté de la presse êtoit un titre de la félicité d'une Nation, celle des Anglois seroit sans bornes : mais il est incontestable que la liberté & la félicité ne sont pas toujours une même chose.

Les Loix n'ont pas été données pour les justes, & l'homme, qui n'a pas dessein d'offenser la Réligion ou l'Etat, n'appréhendera pas la Censure, parcequ'il sait qu'elle n'est pas souveraine, & qu'à tout événement il seroit lui même obligé de soumettre sa partialité à l'examen de la Regence. Quel malheur, au contraire, n'est ce pas pour les Etats, où chaque scélérat a le droit de chagriner impunément un honnête homme [p. 89] dont il est l'ennemi. Dans les endroits où l'on est obligé de supporter cela patiemment, on ne peut guéres se louer de la protection de la Police**. 

** Voïez MONTESQUIEU Tom I. Chap. XIII, des Ecrits.

Abrégé de la Police (1765)
Johann Peter Willebrand
Л. 31 об.

Статья LVI.  О разсматривании издаемых книг

Отъемля у злых людей случай выпускать в народе соблазнительныя, и ругательств исполненныя сочинения противу Закона Божияго и отечества, полиция смотрит, чтоб не было недостатка типографиям в разсматривателях печатаемых сочинений. 

Когда волность иметь всякому кто хочет типография есть знаком благоденствия народа, то бы не было пределов благополучию англичан; но неоспоримо однако же, что вольность и благоденствие не всегда единою бывают вещию. 

Законы не для справедливаго изданы и честнаго человека. Не имеющий намерения упорствовать противу веры своей и отечества не страшится разсматривания его дел. Какое же несчастие напротив тово для областей где всякой бездельник имеет [л. 32] право ненаказанно оскорблять честнаго человека, котораго он всегда бывает неприятелем? Но местам, где должно сие сносить терпеливно совсем неможно хвалиться покровительством полиции*.

* Читай Монтескю том 1 глава XIII О сочинениях. 

Сокращение о полиции (ок. 1766 г.)
Иоганн Петер Виллебранд
Have you found a typo?
Select it, press CTRL+Enter
and send us a message. Thank you for your help!