Нашли опечатку?
Выделите её, нажмите Ctrl+Enter
и отправьте нам уведомление.
Спасибо за участие!
William Penn (1644–1718) / Уильям Пенн

Плоды уединения

Описание

Язык оригинала, с которого сделан перевод
Немецкий  
Название в русском переводе
Вильгельма Пенна, основателя и законодателя Пенсильванской провинции, Плоды уединения, основанные на разсуждениях и правилах о перемене человеческой жизни / Перевод с английскаго на немецкой, а с онаго на российской.
Переводчик
Неизвестный
Место публикации
Москва
Типография/издатель
Тип. Комп. типогр.
Год публикации
1790
Объём
164 с.; 8°
Номер по Сводному каталогу
5148
Место хранения
РГБ; БАН; РНБ; ГПИБ
Электронная публикация

Образец текста

Оригинал
Перевод
S. III

Leser, Die Anleitung die ich dir hiermit überreiche, ist eine Frucht der Einsamkeit; einer Schule, worinn wenige Menschen gerne lernen, obgleich keine besser lehrt. Einige Theile des Werkgens sind das Resultat ernster Ueberlegung; andere, Wetterleuchten des Verstandes in heiteren Zwischenzeiten: es wurde zu des Verfassers Privat-Vergnügen [S. IV] geschrieben, und nun zu einiger Erleichterung eines menschlichen Lebenswandels heraus gegeben.

C. 3

Сочинение, мною здесь тебе посвящаемое, есть плод уединения, плод такого училища, в которое не многиe себя определяют. Иныя сочинения наполнены восхищением и важными разсуждениями, а другия блистанием разума и острыми замыслами: но сие сочинение было единым предметом приватнаго удовольствия для сочинителя, и издано в свет как бы для некотораго облегчения переменных случаев жизни человеческой.

S. IV

Er hat nun einige Zeit gehabt, die er sein Eigenthum nennen konnte; eine Art Eigenthum, die er vorher nie so vollkommen besessen hat. In dieser Zeit hat er sich, und die Welt betrachtet; und geforscht, worinn er den Zweck getroffen oder verfehlt hat; was er, in seinem eigenen menschlichen [S. V] Lebenswandel hätte thun, oder bessern, oder meiden können; nebst den Unterlassungen und Ausschweifungen anderer, Gesellschaften und Regierungen, sowohl als Privat-Familien und Personen.

C. 3

Он пользовался временем, которое назвать мог собственным своим, и коим он прежде совершенно владеть не мог. В сие толь драгоценное время разсуждал он о мире, находящихся в нем вещах и о самом себе; [.4 ] испытывал, каким образом может он достигнуть своего предмета и в чем не обходимо должен он ошибиться, и что он в жизни своей делать и что не делать должен; сравнивал между собою разныя общества и образы правления.

S. XII

Denn, du seyst Vater oder Kind, Fürst oder Unterthan, Herr oder Knecht, verehlicht oder unverehlicht, ein Beamter oder Privatmann, hoch oder niedrig, reich oder arm, glücklich oder unglücklich, im Frieden oder im Streite, in Geschäften oder ruhiger Einsamkeit; deine Neigung oder Abneigung, Handlungsart oder Pflicht seyen was sie wollen; so wirst du doch allemale hier etwas finden, das zu deiner Leitung und deinem Besten nicht undienlich seyn dürfte.

C. 8

Ибо ежели ты представишь себя умственно на месте отца или дитяти, Государя или подданнаго, господина или раба, женатаго или холостаго, чиновнаго или приватнаго, знатнаго или низкаго, богатаго или беднаго, счастливаго или несчастливаго, находящагося в тишине или несогласии, в трудах или спокойном уединении; то всегда найдешь здесь нечто такое, которое никогда не отречется тебe служить в сопутствовании к достижению полезнейшаго.

S. 20

52. Eine Unehre ists für Religion und Regierung, daß sie so viele Armuth und Ausschweifung dulden.

C. 25

52. Бедность, произшедшая от мотовства, как пред законом, так и пред начальством предосудительна и безчестна.

S. 31

91. Wie schändlich muß sich der Mensch verirrt haben, der ein Sklave seines Knechts wird, und ihn zur Würde seines Schöpfers erhebt, dessen Gold sein Gott, seine Frau, sein Freund, seine ganze Welt, ist

C. 34

91. К какому посрамлению заблуждается человек, который делаясь невольником своего раба, отдaет ему такую честь, какая прилична его Творцу; коего злато делает своим идолом, супругою, своим верным другом, и всем тем, что только есть для него лучшее на свете!

S. 37

110. Was der eine hat, kann dem andern nicht mangeln. *Gleich den Ersten Christen* haben sie alles in Gemeinschaft, *und kein Eigenthum, als einander selber.*

[Примечание: фрагменты, выделенные * *, не были переведены].

C. 38

110. Что имеет один, в том не имеeт недостатка и другой; все, что они ни имеют, почитают общим.

S. 51

176. Nächst Gott, deine Aeltern; nächst ihnen, die Obrigkeit.

C. 51

176. По Боге почитай своих родителей, а по них начальников.

S. 52

178. Darum ward durch Gottes Gesetz, die Todesstrafe auf Rebellion der Kinder, gesetzt; und Empörung des Volks zur nächsten Sünde nach der Abgötterey gemacht; der Abgötterey, die Gott, dem großen Vater der Welt, den Gehorsam verweigert.

C. 51

178. В противном же случае дети в сходственность Божия закона за неповиновение и сопротивление к родителям должны быть наказаны смертною казнию, яко богохульники и противники против великаго Отца мира.

S. 82

329. Regierungsarten haben mancherley Gestalten: in allen aber giebt es Oberherrschaft, obgleich nicht in allen Freiheit.

C. 75

329. Образы правления имеют различные виды: но во всех находится верховная власть, хотя не во всех вольность.

S. 82

330. Ein König und ein Tyrann, sind sehr verschiedene Charaktere: Jener regiert sein Volk nach Gesetzen, worinn es willigt; dieser nach seinem unumschränkten Willen und Gewalt: Jene Regierungsart heißt man frey: diese, tyrannisch.

C. 75

330. Государь и Тиранн суть весьма различныя между собою свойства: первый правит народом по законам, а второй по своей неограниченной власти и насилию: первый образ правления называют вольным, а второй тиранским.

S. 82

331. Jene läuft Gefahr von Seiten der Herrschsucht des Volks, die die Staatsverfassung erschüttert; diese, von Seiten einer schlechten Staatsverwaltung, dadurch der Tyrann und seine Familie in Gefahr geräth.

C. 75

331. Первый безопасен от народных возмущений, могущих поколебать правление государства; а второй очень к оным близок, чрез что сам Тиранн и вся его фамилия находятся в опасности.

S. 82

332. Sehr weißlich handeln Fürsten beyder Art, wenn sie ihr Volk nicht zu weit treiben: denn das Volk mag durch die Staatsverfassung berechtigt seyn oder nicht, [S. 83] sich ihnen zu widersetzen, so wirds doch gewiß versuchen, wenn man die Sachen zu weit treibt: wiewohl das Arzneymittel oft schlimmer ausfällt als die Krankheit war.  

S. 75

332. Весьма разумно поступают правители обоего рода, когда не притесняют они народ: ибо народ, будучи недоволен правлением, не охотно оному покоряется, а стремится паче оному возпротивиться: так как некоторыя лекарства гораздо худшую имеют силу, нежели какой требует болезнь.

S. 83

333. Wohl dem König, der durch Gerechtigkeit groß, und dem Volke das durch Gehorsam frey, ist.

C. 75

333. Счастлив тот Государь, который велик правосудием, и народу за его повиновение доставляет вольность.

S. 83

334. Wenn der Herscher gerecht ist, so darf er strenge seyn: sonst schadet er sich selber durch Strenge; und wenn er auch das Volk überwältigt, so gewinnt er doch nichts da wo sein Volk einbüßt.

C. 76

334. Ежели владетель правосуден, то может, он к правосудию присовокупить и строгость; но только оная не безвредна бывает для него самаго. Ежели он принуждает народ насильственно, то не получит из того никакой пользы, кроме того, что народ придет чрез тo в упадок.

S. 83

335. Fürsten müssen keine Leidenschaft, in ihrer Regierung äußern, und auch nicht weiter ahnden als so weit Staatskunst und Religion es erfordern.

C. 76

335. Владетели не должны в правлении народом удовлетворять своим cтрacтям, а должны себя вести так, как требует политика и закон.

S. 83

336. Wo Authorität und Beyspiel einander begleiten, da geschieht es selten, daß man der Macht nicht gehorchte oder die Regierung nicht ehrete.

C. 76

336. Ежели важность и добрый пример вместе соединены, то редко случается, чтоб не покорялись власти, или бы не почитали правление.

S. 83

337. Man lasse das Volk denken, es regiere; so wird sichs regieren lassen.

C. 76

337. Но пусть думает народ о правлении, как ему угодно.

S. 84

338. Und diß kann nicht fehlschlagen, wenn man die Macht Männern anvertraut, in die das Volk sein Vertrauen setzt.

C. 76

338. Сие ни мало не предосудительно, когда вверяют власть тем достойным мужам, на коих и народ полагает доверенность.

S. 84

339. Der Fürst, der gegen das Volk in Haupt-Sachen gerecht, und in Kleinigkeiten verbindlich und gefällig ist, wird sich seine Liebe und Treue gegen die ganze Welt, erwerben und sichern.

C. 76

339. Владетель, наблюдающий для народа в важнейших случаях правосудиe, и угождающий оному тем же самым и в маловажных случаях, обретает любовь и верность от всех своих подданных, во всем безопасен бывает.

S. 84

340. Denn das Volk ist die politische Ehegattinn des Fürsten, die sich weit besser durch Klugheit als durch Gewalt, regieren läßt.

C. 76

340. Ибо народ есть как бы некоторый род политической супруги, [с. 77] которою управляет он более благоразумием, нежели насилием.

S. 84

341. Wo aber der Regent partheiisch, und auf schlimme oder schlechte Absichten bedacht ist, da büßt er sein Ansehen beym Volke ein, und giebt dem Pöbel Gelegenheit, seine Herschsucht zu vergnügen; und legt also seinem Volke einen Stein des Anstoßes in den Weg.

C. 77

341. Ежели владетель не обходителен и заражен худыми предприятиями, то тогда теряет он достоинство свое у народа и подает oному случай к удовлетворению его самовластию [sic]; таким образом поступая, кладет на дорогу для народа своего камень соблазна.

S. 84

342. Wahr ists, wo ein Unterthan populärer ist, als der Fürst, da läuft der Fürst Gefahr: es ist aber auch eben so wahr, [S. 85] daß er sichs selber zu danken hat: denn niemand hat eben so große und viele Mittel, und Beweggründe sich die Liebe des Volks zu erwerben und zu sichern als der Fürst.

C. 77

342. *Справедливо, что владетелю необходимо должно быть ласкову и снисходительну, что самое служит к безопасности*, и за что он сам себе в таком случае обязан; ибо никто не имеeт столько средств и причин к приобретению от народа любви и быть самому безопасну, как владетель.

[Примечание: выделенная * * часть переведена очень неточно]

S. 85

343. Etwas unbegreifliches ists, wie gewiße Fürsten lieber gefürchtet als geliebt seyn wollen; *) da sie doch sehen, dass Furcht einen Fürsten nicht öfter gegen das Misvergnügen seines Volks sichert, als Popularität einen Unterthan für einen solchen Fürsten zu mächtig macht.

*) oderint dum metuant

C. 77

343. Несколько непонятно, что некоторые владетели охотнее желают, чтоб их боялись, нежели любили; они так говорят: оdеrint dum mеtuаnt: пускай ненавидят, только бы боялись. Они того не воображают, чтo страх не чаще владетеля делает безопасным от народнаго неудовольствия, как и подданнаго весьма сильным и дерзким делает против такого владетеля.

S. 86

348. Könige sollten vozüglich hierinn Gott nachahmen: ihre Gnade sollte über alle ihre Werke gehen.

C. 78

348. Государи наипаче обязаны во всем последовать Богу; и милость их должна превышать все их действия.

S. 86

349. Der Unterschied zwischen dem Fürsten und dem Bauren geht nur dieses Leben an: wer aber hier den Vorzug hat, sollte ihn mit Mäßigung benuzen, weil er im andern Leben dafür Rechenschaft geben muß.

S. 78

349. Различиe между Государем и крестьянином бывает только в сей жизни: ежели кому дано преимущество здесь, тот должен пользоваться оным умеренно, поелику в будущей жизни должен за то отдать отчет.

S. 86

350. Die Mittel sollten sich immer nach dem Endzweck eines jeden Dinges richten. Nun aber ist der Endzweck einer Regierung die Wohlfahrt des ganzen Staats, und folglich sollte die Absicht des Fürsten auf nichts geringeres gehen.

C. 78

350. Средства должны быть употребляемы по предмету всякой вещи: почему ежели предмет правления есть благосостояние всего государства, то следовательно намерение Государя не должно почитать маловажным.

S. 86

351. So lange Herscher sich bestreben, gerechte Endzwecke durch gerechte Mittel zu erreichen; so lange können sie einer sichern und leichten Regierung versichert [S. 87] seyn: aber eben so sicher müssen sie Erschütterungen erwarten, wo die Natur der Dinge verletzt und ihre Ordnung verkehrt wird.

S. 78

351. Доколе стараются Государи достигнуть правильных предметов правильными средствами, то до тех пор могут они быть уверены о безопасном и легком правлении: но столь же безопасно должны они ожидать перемен и поколебаний, [с. 79] когда природа вещей повредится и порядок переменится.

S. 87

352. Gewiß ists, Fürsten sollte man viele Regierungsfehler übersehen, weil sie durch andrer Leute Augen sehen, und mit fremden Ohren hören müssen. Aber Staatsminister, ihre nächsten Vertraute und Werkzeuge haben vieles zu verantworten, wenn sie, um Privat-Leidenschaften zu vergnügen, den Fürsten zu Ungerechtigkeiten verleiten.

C. 79

352. Подлинно Государи должны все дела изследывать и поправлять погрешности; поелику оныя производимы были другими. Но министры, яко ближайшие поверенные и орудия Государей, много должны отвечать, ежели они по лености своей или по угождению своим прихотям не наблюдали правосудия.

S. 87

353. Staatsminister sollten ihre Posten auf ihre eigene Verantwortung übernehmen. *Zwingen Fürsten sie, nachzugeben, so sollten Minister sich aufs Gesetz berufen*, und ihre Aemter ehrerbietig niederlegen. Lassen sich aber Minister durch Furcht, Habsucht, oder Schmeicheley verführen, so sollten sie den Gesezen dafür Rechenschaft geben.

[Примечание: фрагмент, выделенный * *, не был переведен].

C. 79

353. Министры обязаны должность свою верно и безпристрастно изполнять; ежели же по слабости своей или по какому либо пристрастию, сделают преступление, или измену, то имеют быть подвержены строгости закона и лишению достоинства.

S. 89

358. Ein falscher Ankläger sollte daher eben so exemplarisch bestraft werden, als ein schuldiger Minister.

C. 80

358. Почему ложной доноситель должен быть столь же примерно наказан, как и виноватый министр.

S. 89

359. Denn es ist eine Entweihung der Regierung, wenn das Ansehen ihrer vornehmsten Häupter der, oft ungegründeten, Censur des Pöbels unterworfen ist.

C. 80

359. Ибо сие наносит правлению безчестие, ежели достоинство знатных онаго особ часто подвержено бывает неосновательному разсматриванию черни.

S. 89

360. Die Sicherheit eines Fürsten beruht demnach auf einem wohlgewählten Staatsrathe: und nur denjenigen kann man wohlgewählt heißen, dessen Mitglieder die nöthigen Eigenschaften und Fähigkeiten zu den darinn vorkommenden Geschäften besizen.

C. 80

360. Безопасность Государя наблюдается благоразумными и прозорливыми Сенаторами: но только того должно назвать благоразумным и прозорливым, коего сочлены имеют потребныя свойства и способности для отправления случающихся в Государстве дел.

S. 89

362.*Ueber die Handlung seze man also Kaufleute; über die Admiralität Seeleute; über auswärtige Staatsgeschäfte, gereißte Standspersonen, über die einheimischen, Männer von Gewicht und Ansehen aus dem Lande, und über die Justizpflege, [S. 90] Rechtsgelehrte, die sich allezeit genau an die Vorschriften der Geseze halten sollten.*

[Примечание: выделенный * * фрагмент переведен с большими сокращениями и весьма неточно].

S. 80

362. В торговле обращаются купцы, на море искусные плаватели, в гражданских делах [с. 81] искусные и знающие гражданския права и предписанные законы и проч.

S. 90

365. Unterdrückung macht ein Land arm, und ein Volk desperat; und aldenn lauret es immer auf eine Gelegenheit, sein Joch abzuschütteln.

S. 81

365. Притеснение приводит государство в бедность а подданных в отчаяниe, и всегда бывает поводом избавиться от игa наглым образом.

S. 90

367. Neid zerrüttet und verwirrt die Regierung, hemmt ihre Räder, und macht die Staatsverwaltung verlegen: und nichts befördert diese Unordnung so sehr als eine [S. 91] partheyische Austheilung der Belohnungen und Strafen von Seiten des Fürsten.

C. 81

С. 81

367. Зависть приводит правление в безпорядок и смущение; подобно как бы делает помеху колесам под какою либо повозкою, и ничто так не полезно к изтреблению такого безпорядка, как достойное награждение за услуги, и наказание за преступления.

S. 91

370. Das Privat-Leben verdient den Vorzug. Die Ehre und Einkünfte öffentlicher Aemter kommen an Werth dem Vergnügen des Privat-Lebens bey weitem nicht bey. Dieses ist frey und ruhig: jene sind unruhig und sklavisch.

C. 82

370. Приватная жизнь заслуживает преимущество. Честь и доходы публичных чинов не могут сравниться с достоинством и удовольствием приватной жизни. Приватная жизнь изполнена спокойствия и вольности, а публичная напротив того изполнена безпокойств и невольничества.

S. 92

375. Entbehren sie die Vergnügungen des Hof-Lebens, so entgehen sie auch seinen Fallstricken.

C. 83

375. Ежели почитают их лишенными тех удовольствий, какия бывают в придворной жизни, то вместо того должно их почесть счастливейшими, *потому что они удалены от больших оной хлопот и сует*.

[Примечание: выделенный * * фрагмент был добавлен переводчиком].

S. 92

376. Kurz, Privat-Leute sind so sehr Herren ihrer selbst, daß sie, nach Bezahlung der allgemeinen Gebühren und Abgaben, über all ihr übriges Eigenthum unumschränkt schalten können.

C. 83

376. Словом, *находящиеся в придворной службе* суть столь полномочные владетели самих себя, что они по воздаянии за всеобщие труды могут без всякой помехи управлять своим остальным имением.

[Примечание: выделенный * * фрагмент переведен неправильно].

S. 93

378. *Um aber dem Staate wohl zu dienen, muß man nicht nur seine Besoldungen vom Staate ziehen, sondern auch patriotisch denken und handeln: sonst diente man seinen Privat-Absichten und Leidenschaften, auf Kosten des Staats.*

[Примечание: выделенный * * фрагмент переведен не полностью и с искажениями].

C. 83

378. А чтоб еще более ревности оказывали своему государству, то должно определить им пристойное жалованье и другия награждения.

S. 93

379. Regierungen können niemals wohl verwaltet werden, wenn nicht diejenigen, denen sie anvertraut sind, ihre Amtspflichten getreulich und gewissenhaft erfüllen.

C. 83

379. Государства не могут иначе хорошо быть управляемы, как ежели будут рачительно и ревностно изполнять должность свою те, коим оныя вверены.

S. 93

380. Zu einem guten Staatsmann oder Beamten werden fünf Stücke unentbehrlich erfordert: Fähigkeit, Uneigennüzigkeit; Arbeitsamkeit, Gedult, und Unpartheylichkeit.

C. 84

380. Доброму гражданину и чиновному мужу необходимо должно иметь и наблюдать сии пять правил: способность, нелихоимство, трудолюбие, терпение и безпристрастие.

S. 94

381. Wer seine Amtsgeschäfte nicht versteht, der muß, so viel anderweitige Einsichten er übrigens auch besizen mag, zu seinem Amte untüchtig seyn, und dem Staat durch seine Untüchtigkeit schaden.

C. 84

381. Кто должности своей не разумеет, сколько бы он впрочем прозорлив ни был, тот не имев к оной способности может причинить вред государству.

S. 94

384. Staatsdiener, die sich bestechen lassen oder Geschenke nehmen, sollten darum eben so strenge bestraft werden, als Staatsbetrüger.

C. 84

384. Государственные служители, будучи подкуплены или задарены, должны быть за то не менее строго наказаны, как и государственные обманщики.

S. 95

388. Arbeitsamkeit und Beschleunigung der Geschäfte ist eine gute und große Eigenschaft an einem Staatsdiener; wo sie aus Liebe zur Pflicht, und nicht aus Gewinnsucht entsteht. Allein, daraus ziehen nur zu viele ihren Privat-Vortheil und eine Zugabe zu ihrer Besoldung. Die Besoldung nehmen sie demnach, dafür, dass sie ihre Amtsgeschäfte verrichten, und die Geschenke oder Bestechungen dafür, dass sie dieselbe fördern. *Als ob Geschäfte verrichtet [S. 96] werden könnten, ehe sie gefördert wären: oder als ob die Verrichtung der Geschäfte, von Seiten der Regierung, und ihre Förderung, von Seiten der Partheyen, bezahlt werden müßten.*

[Примечание, выделенный * * фрагмент не был переведен].

C. 85

388. Трудолюбие и ускорение в отправлении дел есть хорошее и великое свойство в государственном служителе, ежели произходит оное от любви к должности, а не от корыстолюбия. Но многие, столько суть подлы, что будучи недовольны жалованьем, присовокупляют к oному еще и посторонния выгоды. Жалованье получают они за то, что изполняют свою должность, а подарки за то, что оная в скорейшем действии oтправляется.

S. 97

398. Andere so schwach, daß sie unter der Last ihrer Amtspflichten erliegen, wiewohl sie ihre Amtsbesoldungen sehr leicht und fertig einziehen können.

C. 86

398. Другие же напротив того столь бывают слабы, что они не в силах снести [c. 87] тягость своей должности, думая, что будто бы жалованье должно им легко доставаться.

S. 99

404. Unpartheilichkeit ist zwar der letzte, aber nicht der kleinste Zug im Charakter eines guten Richters.

C. 88

404. Безпристрастие есть не малый знак в свойстве добраго судии.

S. 150

61. Ihm ists allezeit um irgend ein gründliches, bürgerliches oder sittliches, Gut zu thun: zum Ex. sein Vaterland tugendhafter zu machen, dessen Frieden und Freiheit zu erhalten; seine Arme zu beschäftigen, die Feldwirthschaft, und Ländereyen, zu verbessern, die Handlung zu befördern, das Laster zu kämpfen, Gewerbsamkeit und alle mechanische Kenntnisse zu befördern, *damit sie der Gegenstand der Vorsorge der Regierung, und der Segen und Ruhm des Volkes werden.*

[Примечание: выделенный * * фрагмент переведен с большими сокращениями и весьма неточно].

С. 117

61. За главнейшее правило поставляет делать всякому добро и всюду наблюдать справедливость, на пример: благоразумием своим доставлять отечеству своему пользу, наблюдать тишину и вольность, ревностно исполнять свою должность, возстановлять торговлю, удобрять землю, истреблять пороки, разпространять науки и стараться о благосостоянии народном.

S. 177

181. Die Gerechtigkeit ist eine große Stütze der Gesellschaft, weil sie einem jeden sein Eigenthum sichert. Wird sie verletzt, [S. 181] so hört die Sicherheit auf; und alles geräth in Verwirrung, bis man sie wieder erlangt.

C. 138

181. Правосудиe есть великая в обществе подпора, поелику оным сохраняется всякаго собственная польза. Ежели же оное повреждено, то тогда всяк близок к опасности, и все будет находиться в великом безпорядке до тех пор, пока оное паки возстановлено будет.

S. 180

191. Eifersucht ist eine Art Bürgerkriegs in der Seele, wo Verstand und Einbildungskraft einander unaufhörlich bekämpfen.

C. 140

191. Ревнивость есть некоторый род междоусобной в душе войны, где разум и сила воображения безпрестанно между собою ссорятся.

S. 187

222. Wäre ein jeder in so ferne gleichsam ein Pachter für das Publikum, daß sein überflüßiger Gewinn und Aufwand zu den Bedürfnissen des Staates angewendet würde, *so würden Taxen aufhören, kein Mensch betteln dürfen, und die größte Bank für eine National-Handlung, in Europa daraus entstehen*.

[Примечание: выделенный * * фрагмент переведен с большими сокращениями и весьма неточно].

C. 145

222. Ежели бы всякой, отправляющий торговлю, употреблял некоторую часть своих прибытков для государственных нужд; то бы всякая вещь не столько была дорога, и люди не приходили бы от дороговизны в бедность.

S. 188

226. Da sich aber die Leute mehr für menschlichen als für göttlichen Gesezen fürchten, weil die Uebertretung menschlicher Geseze am geschwindesten bestraft zu werden scheint; so weis ich nicht, *wie man Obrigkeiten entschuldigen kann, daß sie dergleichen Ausschweifungen ohngeahndet lassen*.

[Примечание: выделенный * * фрагмент переведен с сокращениями и весьма неточно].

C. 146

226. Но когда люди опасаются более человеческих законов, нежели Божеских, поелику нарушение человеческих законов скоро наказывается; то я не знаю, почему можно извинить излишния расточeния и пышности?

S. 188

227. Unsere edelmüthige Englische Patriarchen, und Patrioten sahen dies Uebel so wohl ein, daß sie verschiedene vortrefliche sogenannte Aufwands-Gesetze gaben; um die Pracht des Volks zu verbieten, oder wenigstens einzuschränken: und wie die Vollziehung dieser Gesetze ein Vortheil und eine Ehre für uns seyn würde, so muß auch ihre Vernachläsigung ein gerechter Verlust und eine Unehre für uns seyn.

C. 146

227. Наши Англинскиe Патриоты, предвидя такое зло, издали многиe так называемые законы для содержания, коими пышность народная запрещается или, по малой мере ограничивается: исполнение оных служит нам не малою выгодою и честию, небрежение же оных должно быть некоторым уроном и безчестием.

S. 189

232. Giebts denn keine bessere Arbeiten für die Armen, *als der Ueppigkeit der Reichen zu fröhnen?* Unglückliches Volk!

[Примечание: выделенный * * фрагмент переведен весьма неточно].

C. 147

232. Несчастливый народ! Не уже ли нет для бедных лучших упражнений, как только богатым утопать всегда в роскошах?

S. 190

234. Können wir unsere Armen nicht in unsern Kolonien, mit Arbeiten beschäftigen, die die Handlung, ohne die Ueppigkeit befördern.

C. 147

234. Не уже ли наши бедные в провинциях наших ничем не могут заниматься, или производить торговлю, не утопая в роскоши?

S. 194

249. Vernünftig ists, mit andern übereinzustimmen, wo das Gewissen es nicht verbietet: denn Conformität ist wenigstens eine bürgerliche Tugend.

C. 150

249. Разумно тот делает, кто с другими согласуется в том, в чем и совесть не запрещает: ибо согласование есть вообще гражданская добродетель.

S. 195

253. Und doch ist derjenige Freydenkende, den ich liebe, nur in Absicht auf Menschen Liebe ein Freydenker; denn die Freyheit, die ich empfehle, ist keine Zweifelsucht im Beurtheilen, und noch weniger im Ausüben.

C. 151

253. Однакож те не совсем предосудительны, кои так вольно думают без обиды ближняго: ибо вольность, здесь сказанная, не есть сомнение в разсуждениях, а того менее в исполнениях чего либо важнаго.

S. 195

255. Denn ohnerachtet er alle Völker von Einem Geblüte gemacht hat, so hat er sie doch nicht in Einen nämlichen Rang oder Stand, sondern in eine Art von Unterordnung und Abhängigkeit gesetzt.

C. 151

255. Положим, что хотя Он и всех одинаково сотворил; однакож не всем одинаково определил состояние и достоинство, а разпределил их по степеням зависимости.

S. 195

256. Sehen wir empor, so finden wir diese Ungleichheit am Himmel, wo die Planeten ihre verschiedene Grade von Herrlichkeit, [S. 196] und so auch die andern Gestirne, ihre Verschiedenheit an Grösse und Glanz haben.

C. 151

256. Ежели воззрим мы вверьх, то найдем мы также неравенство и на небе, где планеты имеют различныя степени достоинства, равно как и прочия светилы имеют свое различие в величине и сиянии.

S. 196

258. Unsere Hohen würden ohne Zweifel vom weisen Schöpfer der Welt, zu unsern Religions-Moralischen und Politischen Planeten, zu Lichtern und Wegweisern, für die niedrigern Stände der zahlreichen menschlichen Gesellschaft, so wohl durch Unterricht als durch Beyspiel, bestimmt: auch wird ihnen ihre Mühe sehr wohl belohnt; da ihnen die Ehrerbietung um Dienste ihrer Mitmenschen, und das Mark und Fett der Erde zu Theil geworden sind.

C. 152

258. Без сомнения знатныя особы определены на свете премудрым Творцем для низких состояний наставниками в законе и политике, и путеводителями в неизвестных случаях; однакож сами они должны быть лучшим примером для многолюднаго общества, за что также труды их весьма щедро награждаются, и подобныя им творения, отдавая им всякое почтение, оказывают свои услуги, и самая земля произращает для них изобилиe всяких плодов.

S. 199

267. Allein, auch in erlaubten Diensten, ists doch ein demüthigender Gedanke, der die Dankbarkeit der Hohen gegen denjenigen, der ihren Stand um so viel besser gemacht [S. 200] hat, erregen, und den Gebrauch ihrer Macht und Herrschaft über ihre Nebenmensche mäßigen sollte.

C. 154

267. Не менее того должно навсегда остаться в мыслях у знатных особ и то, чтоб они и в самых позволенных вещах питали в себе благодарность к Тому, кто определил их в толь знатное состояние, и наблюдали бы умеренность в употреблении своей власти над подобными им людьми.

S. 200

269. Und was von ihrer Ausschweifung gesagt worden, läßt sich gewißermassen, auch auf andere Zweige von Ueppigkeit anwenden, die den Niedrigern böse Beyspiele geben, und den Dürftigen ihren Lebensunterhalt und ihre Versorgung rauben.

C. 155

269. Но какое бы это было в жизни благополучиe, когда бы они превосходными своими достоинствами и похвальными примерами влияли в сердца людей низкаго состояния такия чувства, чтоб они, взирая на своих начальников, вели жизнь безпорочную подобную, им!